Диверсанты - Алексей Дягилев

А потом почти все вместе с трактористами мобилизовали. С посевной еле справились. И то псу под хвост… — В сердцах машет рукой председатель.

— Слушай, Иваныч, а ты часом не в курсе, горючка там какая осталась? — не хочу я попасть в просак, перепутав вид топлива.

— Бензин вряд ли… — Чешет макушку дядька Митяй. — А вот лигроин пошукать можно. А зачем тебе?

— Пригодится. — Коротко отвечаю я. — Ты вот что, Иваныч, веди-ка сюда своих мужиков-разбойников, дело есть. — Загораюсь я новой идеей. Значит все дороги ведут в Рудкино. Только где надёжных людей брать? Снова придётся своих тусовать, но ничего, справимся.

Когда все собрались, на двух полуторках едем сначала к танку, где кипит работа по рытью котлована на обратном скате небольшого бугра. Убедившись, что тут всё в порядке, тем более парадом целый воентехник второго ранга командует, меняем шило на мыло, и катим в балку к машинам. Теперь со мной Лёха-танкист и оба сапёра, а «траншейный экскаватор» с прямой лопатой будет оборудовать капонир.

На парковке в балке меня ожидала приятная неожиданность. Там кипела работа. Старшина Клюев, с которым я не очень вежливо пообщался в селе Старые Семилуки, не стал долго дуться, а организовал шоферов, которые шуршали как электровеники. Разгружали автомашины, местами вырубали кустарник, копали и что-то перетаскивали с места на место… Причём не сваливая всё в одну кучу, а фасуя военное имущество и снаряжение. Как я понял из доклада подошедшего ко мне старшины, в первую очередь были выкопаны ровики для боеприпасов и взрывчатых веществ в глубине балки. Оружие укрыто в палатке под охраной бдительного часового. Ну а всё остальное имущество кучками складировалось в кустарнике на расстеленном на земле брезенте, видимо до него ещё не дошли руки, хотя старшина и старался. Порожние грузовики, в основном полуторки, замаскированные масксетями и ветками, стояли у самого выезда. Большая же часть трёхтонок была загружена под завязку, и укрывалась в дальней части парковки. Как пояснил старшина Клюев, в машинах находились продукты, запчасти, а также военная форма и прочее вещевое имущество. Откуда-то снизу вкусно пахло едой и дымом костра, но признаков самого дыма я не обнаружил, только запах.

— Товарищ старшина, не подскажете, где у вас здесь сапёрное имущество? Меня в первую очередь интересует взрывчатка и средства минирования. — Уважительно обращаюсь я к будущему зампотылу отряда.

— Это там, дальше в овраге. — Поясняет он. — Сейчас вас проводят.

— Ефрейтор Харитонов, ко мне. — Зовёт он своего шофёра-каптёрщика и по совместительству писарчука, сортирующего очередную кучу добра неподалёку.

— Проводи товарищей до склада боеприпасов, и выдай всё, что им нужно. Не забудь поинтересоваться и записать, что выдал и сколько. — Напутствует старшина каптёра.

Митрохин с Валеевым уходят вместе с ефрейтором, а я продолжаю озадачивать старшину, показав ему список потребных боеприпасов.

Через четверть часа небольшой колонной из пяти машин едем на высоту 197,5, прихватив с собой патроны, гранаты, а также половину грузовика больших сапёрных лопат и прочего шанцевого инструмента, вторую половину сапёры увезут на высоту к Майскому.

На высоте 197,5 кипела работа. Бойцы уже оборудовали как одиночные, так и парные стрелковые ячейки полного профиля, а добровольцы копали соединительные ходы сообщения. Так что осматриваюсь и накоротке беседую с Быковым, выясняя подробности, пока моя команда разгружает машины.

— За боеприпасы и помощь спасибо. Но что мне потом с гражданскими делать? Девчата же молодые совсем. — Спрашивает младший лейтенант.

— Ничего с ними делать не надо. Особливо с девчатами. Закончите оборудовать узел сопротивления, отправишь в тыл. Если немцы нагрянут раньше, отправляй сразу, под прикрытием высоты отойти в балку успеют, а оттуда на переправу. Разведку на запад я выслал, но и сами ушами не хлопайте. Дорог, да и оврагов хватает, а немец противник серьёзный, в любом месте просочиться способен, и не обязательно на танках и мотоциклах, хотя, сам знаешь.

— Знаю, потому и выслал дозоры на запад и северо-запад. Пополним боекомплект, выставлю боевое охранение, пары отделений я думаю, хватит.

— А чего у тебя станкачи на обратных скатах? Как стрелять будешь, если немец с фронта попрёт? Или это запасные позиции? — интересуюсь я.

— Максимы я на фланги поставил. Их у меня всего два. Можно сказать основная огневая мощь батальона, так что беречь надо. С фронта и ручников хватит. Да и противотанковые ружья у меня в первой линии, вдоль дороги.

— А сколько тех ружей?

— Три осталось от целой роты.

— Не густо. А всё же насчёт станкачей, поясни.

— Пулемётчики опытные, могут и с закрытой позиции жахнуть. Неопытные все там остались. — С тоской смотрит мамлей в западном направлении.

— Пополнение-то подходит?

— Да толку от него. Тыловики в основном, некоторые вообще без оружия. А у кого оно есть, стрелять не умеют.

— Извиняйте, других у меня нет. Так что лепи из того, что есть.

— Да я не в претензии. Просто…

— Ладно, бывай, лейтенант. Обустраивайтесь здесь, а я пока по делам скатаюсь. Кстати, проверкой личного состава теперь сам занимайся, или назначь кого опытного. — Заканчиваю я разговор.

Объехав высоту слева, выбираемся на просёлок и катим на юг, сделав короткую остановку на перекрёстке, чтобы забрать Пацюка, оставив за командира на блокпосту Лёху-танкиста. НКВДешник из меня липовый, и бодаться со службой охраны тыла на переправах не выйдет. А там наверняка волки опытные, из погранцов, а это не какая-нибудь там вохра, любой сержант вмиг раскусит. Да и званием я не вышел, а опер может и со старшим лейтенантом на равных поговорить, несмотря на то, что он младший, но лейтенант из госбезопасности. Пока едем, обгоняя телеги и пеших беженцев, распугивая непонятливых сигналом клаксона, чтобы убирались с дороги, объясняю задачу товарищу Пацюку.

— Дело в следующем, Семён. Мы сейчас едем к паромным переправам возле села Рудкино, чтобы разобраться, что там творится. Там этих паромов до хэ, в общем много, но гражданских не пропускают, потому они и прут снова на мост, в объезд нашего блокпоста. Твоя задача, договориться с охраной, чтобы людей пропускали к паромам. Нужно разгрузить мост, иначе все наши старания в топку.

— А если не получится договориться? — сомневается он.

— А ты постарайся. Блесни красноречием. Это же наши, советские люди. Должны понимать. Да и лишний балласт в городе ни к чему. Диверсанты под видом беженцев легко могут просочиться.