Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников
Появленец пересек площадку и остановился на краю обрыва. Блестящая металлическая пленка окончательно сползла и канула в небытие, открыв взорам самую обычную человеческую фигуру в скафандре... точной копии их собственных. Это казалось невозможным, однако по всему выходило: никакой это не чужак, а землянин... либо удивительно точная копия землянина.
У каждого из десантников непроизвольно возникла одна и та же шальная мысль: может быть, это спасатели? Наконец-то, явились «туда не знаю куда», чтобы выручить из беды несчастный экипаж почившего в бозе рейдера. Однако спустя мгновение стало очевидно: нет, не похоже, спасатели так себя не ведут. Обстоятельства появления и манера поведения незнакомца заставили отбросить предположение о явившихся на выручку землянах... хотя и с немалой долей сожаления и разочарования.
Пришелец в явном раздумье смотрел в бездонную черную пропасть. Впору было принимать ставки – «прыгнет – не прыгнет».
Эмери вдруг приглушенно вскрикнула, глядя на появленца широко раскрытыми глазами.
– Что случилось? – мгновенно отреагировал Эллингхаузер.
– Вы видели? Это же вы...
– С чего ты взяла?
«Не хватало мне здесь галлюцинаций, – нахмурившись, подумал он. – Хотя действительно, впору сойти с ума.»
– Номер...
Капитан посмотрел на медиколога с недоумением. Мол, какой еще номер?
– Номер на крышке скафандрового люка – Л-5 ДКС №3... Это же ваш номер!
– В самом деле, – немного растерянно отозвался Эллингхаузер. – Номер мой, отрицать глупо. Однако это не означает, что внутри тоже я.
«А в самом деле – кто? – мысленно добавил он. – Я? Чушь какая-то. Может, подойти и спросить? Мол, друг, не подскажешь, как выбраться из этого чертова места? Вдруг и в самом деле наставит на путь истинный.»
– Смотрите, капитан, – вдруг произнес Хадсон. – Еще один...
Новый пришелец в точности повторил путь своего более раннего коллеги. Точно так же, абсолютно не реагируя на вжавшихся в скалу десантников, он протопал мимо и остановился рядом с первым. Лица под забралом шлема рассмотреть не удалось по причине опущенного противосолнечного фильтра, и это несмотря на царивший повсюду мрак, лишь в очень малой степени рассеиваемый замогильным сиянием изумрудных облаков. Зато в отраженном свете прекрасно различался скафандровый номер: Л-5 ДКС №3.
– И это тоже вы, капитан, – нервно хихикнул Далтон. – Теперь вы у нас едины в трех лицах.
– Если не появятся новые, – мрачно добавил Гиббс.
Он словно в воду глядел: один за другим из неотвратимо наползавших зеленых облаков народилось еще трое, причем с одним и тем же номером на скафандрах.
– Шесть, – подвел итог инженер. – Вместе с вами.
Пришельцы сгрудились на краю обрыва. Создалось полное впечатление того, будто происходит некое неслышное посторонним совещание. Вроде обмена мнениями, что делать или куда двигаться дальше, если дорога закончилась. Эллингхаузер лелеял крайне хрупкую надежду на то, что последующие действия незнакомцев могут указать путь к спасению, а потому не отрывал взгляда от замершей в нерешительности компании.
«Они, конечно, могут очертя голову броситься в пропасть, – думал он. – Однако надеюсь, не для того затеяна эта молчаливая дискуссия. Покончить с собой – много ума не надо. Должен существовать другой путь.»
Тем временем облачная стена придвинулась вплотную, захватив большую часть площадки. Времени на размышления практически не осталось.
«Ну же! – мысленно подгонял появленцев Эллингхаузер. – Решайтесь!»
И они решились. Капитан так и не сумел отследить действия незнакомцев, хотя всматривался в загадочную компанию до рези в глазах. Просто в какой-то момент на краю обрыва неожиданно возникло сильное дрожание, из-за чего исказился и поплыл весь окружающий пейзаж, а потом прямо из ничего возник объект, странный и знакомый одновременно. Более всего он напоминал огромное поставленное на ребро зеркало в массивной каменной оправе. Однако вместо отражающей поверхности внутри колыхалось некое подобие осточертевшей ртутной субстанции, только темного, практически черного цвета.
Первый из появленцев не колеблясь занес ногу и шагнул внутрь оправы. Одно неуловимое мгновение, и он бесследно исчез. Его действия тут же повторили второй... третий...
Эллингхаузер наблюдал за исчезновением, закусив губу.
«Не может быть, чтобы это было самоубийство, – думал он. – Броситься головой вниз в бездонную пропасть куда проще.»
Последний, пятый, пришелец неожиданно обернулся. Лица его видно не было, однако капитан был уверен: он смотрит на него и только на него. Незнакомец поднял руку и указал на волнующуюся едва заметной легкой рябью черную поверхность зеркала. Иначе как приглашением этот жест истолковать было невозможно. А потом развернулся и без колебаний шагнул за окоем, растворившись столь же бесследно, как и его сотоварищи.
Эллингхаузер внезапно почувствовал во рту вкус крови из прокушенной губы. Ему предстояло принять безумное, но единственно верное решение.
– Слушайте приказ, – сказал он. – Идем вслед за ними... без спешки, но и не мешкая. Эмери первая, следом Майлс, Боб и Энтони. Я замыкающий. Выполняй!
– А если мы того... этого... – неуверенно произнес Гиббс. – Растворимся, так сказать, без следа.
– Мы еще вернее растворимся, если останемся здесь. Я не знаю, сколько времени продержится это зеркало... может, исчезнет в любой момент. Но это наш единственный шанс. А потому – отставить разговоры! Вперед!
Один за другим десантники окунулись внутрь зеркала. Оставшись в одиночестве, Эллингхаузер оглянулся. Последние сомнения в правильности принятого решения отпали: зеленые облака уже вплотную придвинулись к краю обрыва.
Капитан занес ногу и шагнул за окоем.
***
Ступив внутрь черного зеркала, Майлс зажмурился. Он пребывал в полном убеждении, что делает последний шаг в жизни. Шанс на то, что экипажу «Леопарда» все-таки удастся выбраться из смертельной ловушки, представлялся настолько мизерным, что об этом не стоило даже думать.
«Эллингхаузер может сколько угодно уповать на свое везение, – думал он, – однако здесь он в явном пролете. Довериться выскочившим, словно чертик из табакерки, зеркальным призракам может только сумасшедший.»
Однако сошедшим с ума капитан явно не выглядел. Наоборот, он производил впечатление человека, с невероятным трудом выбравшегося из трясины безумия и узревшего вдалеке ослепительный свет надежды.
Несколько минут пилот простоял неподвижно, ожидая неизвестно какой неприятности. А когда она так и не случилась, понял, что Пауль-везунчик опять оказался прав.
Сквозь плотно прикрытые веки Майлс отчетливо ощущал разительное изменение окружающей обстановки. Выражалось это прежде всего в смене условий освещения: вместо тусклого замогильно-зеленого свечения вокруг разливалось ослепительное сияние, теперь в этом не было никакого сомнения. Пилот поднял руку
