Николай Зенькович - Мальчики в розовых штанишках. Очень грустная книга

Из интервью с Александром Невзоровым: — Расскажите о двух людях, без которых вы прос­то не появились бы на свет. Недавно вы заявили, что считаете себя круглым сиротой. Отца вы никогда не знали, а от матери отказываетесь.

— Ну что значит «отказываюсь»... А вообще это мое личное дело. И вопрос, конечно, дурацкий, но фактически я действительно круглый сирота и счаст­лив, что у меня нет родственников.

— И это вы говорите при живой матери?

— Ребята, ну чего вы лезете не в свое дело? Живой, неживой... Для меня нет понятия: мать— не мать.

— Кстати, ведь именно Галина Георгиевна приве­ла вас в свое время на телевидение?

— Это очередная легенда. Когда я пришел на ТВ, Галина Невзорова здесь давно не работала и о моем желании тут трудиться вообще не знала.

— По вашим словам, об отце вы знаете только то, что он был русским. Для вас принципиален вопрос его национальности, почему именно это вы акцентируете?

— Ох, опять вы лезете. Ничего я не акцентирую. Национальность — это единственное, что сказал мне об отце дед.

ЯБЛОКО ОТ ЯБЛОНИ

Сын экс-премьера России Егора Гайдара ходил в детский сад. Как-то воспитательница читала детям какую-то повесть Аркадия Гайдара. Правнук знамени­того советского писателя Петр ходит гордый:

— Это мой дедушка!

На следующий день читают сказ Бажова «Серебря­ное копытце». И Петя опять — грудь колесом:

— Это мой дедушка!

Воспитательница и говорит:

— Ты что же, думаешь, что теперь каждый писа­тель будет твоим дедушкой?

Петя от огорчения заплакал. Так хотелось быть необыкновенным.

ЧТОБЫ НЕ СГОРЕТЬ НА РАБОТЕ

— Алла Александровна, — попросили Ярошинскую, знаменитую демократку эпохи Горбачева, — расскажите о своей семье...

В эпоху Ельцина Ярошинская была уже членом президентского совета, лауреатом международной ма­лой Нобелевской премии.

— У меня два сына. Много муж по дому помогает. И вообще, дома должен быть тыл. Муж служит в по­жарной части. Чтобы не сгореть на работе, я вышла замуж за пожарника.

Так и сказала — «пожарника». То есть она имела в виду пожарного — человека, который тушит пожа­ры. А «пожарник»— это погорелец.

Или она имела в виду что-то другое?

ЭКОНОМИЛА НА СВЕЧАХ

Июнь 1993 года. С министром иностранных дел России Андреем Козыревым беседует главный редак­тор газеты «Аргументы и факты» Владислав Старков.

— Недавно ходили бесконечные слухи о вашей от­ставке. Как вы ко всему этому относитесь? — спраши­вает интервьюер.

— Когда пошел особенно сильный слух о моей отставке (ушел с поста министра печати Михаил Пол­торанин, из Гостелерадио — Егор Яковлев), я пришел домой поздно: жена не спит, пирог испекла, зажгла свечку, стол накрыт, кофе, коньяк. Я в ужасе. Первая мысль, что сегодня день рождения жены, а я забыл. Оказалось, она услышала сообщение «Эха Москвы» и, поскольку оно было на фоне реальных отставок, в это поверила, страшно обрадовалась и решила отпраздно­вать. Закончилась эта сумасшедшая жизнь, и теперь я буду больше бывать дома, и дочка будет меня ви­деть, и т.д. Когда, разобравшись, в чем дело, я сказал, что это очень далеко от правды и что для отставки никаких оснований нет, потому что я только что гово­рил с Ельциным, она свечку тут же потушила и сказа­ла: тогда ложись спать, завтра рано вставать.

ДУБЛЕР ТОЖЕ ЗАБЕРЕМЕНЕЛА

Иосиф Кобзон:

— Недавно я был у Александра Яковлевича Го­мельского, на дне рождения его сына Виталика. Го­мельскому— 71, его жене Тане— 30, а сыну— год. Нормально.

— Есть анекдот про хорошего соседа...

— Да ладно! Я ему рассказывал этот анекдот, мы там все ржали. А есть другой анекдот. Еврей приходит к врачу и говорит: «Доктор, я хочу жениться, мне 60 лет, а жене 20. Как считаете?» Доктор отвечает: «Если охота, надо жениться, но желательно с дублером». Через год еврей с врачом опять встречаются, пациент рассыпается в благодарностях: «Спасибо вам за совет, я счастлив, мне жена родила сына!» Доктор интересу­ется: «А как дублер?» «Вы знаете, тоже заберемене­ла», — радостно сообщает еврей. Так вот, Гомельский подходит больше под этот образ...

РАЗНОГЛАСИЙ НЕТ, ПОТОМУ ЧТО ВСЕ РЕШАЕТ МУЖ

В августовском номере газеты «We-Мы» за 1992 год (приложение к московским «Известиям») было опубликовано первое интервью Наины Ельциной, всег­да избегавшей встреч с журналистами.

Из откровений первой леди вытекает, что после более тридцати лет замужества супруги полны заботы друг о друге.

— Я не припомню, чтобы у нас были какие-то ссоры или серьезные разногласия,— говорит Наина Иосифовна.

Да и откуда взяться им, этим разногласиям, если ее «супруг все решения принимает сам»?

— Последнее слово только его, а мы за ним как за каменной стеной, — говорит супруга президента.

ДВАЖДЫ ДУРЫ

Из того же интервью Наины Ельциной:

— Три тревожных августовских дня, перевернув­ших полностью жизнь в России, я с дочерьми и вну­ками провела в московской квартире. Из осажденного Белого дома муж смог позвонить лишь раз.

— А мы, — обращается к соседке в подмосковной электричке экзальтированная дама бальзаковского возраста, — три дня провели на баррикадах. Дуры мы, нет, дважды дуры — как защитницы демократии и как женщины.

ХВАТАЙ ЭТУ, А ТО ДРУГАЯ МОЖЕТ НЕ ПОСМОТРЕТЬ

Автор сценариев знаменитых фильмов «Звонят, от­кройте дверь», «Старшая сестра», «Дочки-матери», «С любимыми не расставайтесь» и многих других, Але­ксандр Володин называет себя «уходящей натурой». В 1998 году 80-летний мастер жил в Санкт-Петербурге довольно одиноко и писал «Записки нетрезвого че­ловека».

Из юбилейного интервью «Комсомольской прав­де»:

— Была у нас толстая Лидка Чеснокова, жутко неграмотная, по 22 ошибки в диктанте делала, почему- то я эту цифру запомнил. Я взял ее под руку в расчете на то, что она отпихнет, и всё. А она потащила меня в парадное, и в этом парадном была моя первая лю­бовь. Отвратительная. Не любил я ее. Но единствен­ная, кого мог тискать. В госпитале медсестра говори­ла: сладкого так и не знал, да? Не знал. Потом Галя Волчек сказала: ты такой, на тебя любая посмотрит, и ты готов, потому что думаешь, что другая уже не посмотрит...

ЖЕНАТЫЙ ХОЛОСТЯК

27-летнего Павла Буре называют «русской раке­той». Он один из лучших бомбардиров регулярного чемпионата HXJI. Капитан олимпийской сборной Рос­сии в Нагано. Год провел в Канаде в качестве напада­ющего «Ванкувер Кэнакс».

— Павел, ходили^ слухи, что вы уехали за океан, женившись на канадке?

— Это был фиктивный брак, и я пошел на него, послушав тех людей, которые в то время принимали за меня решения. Я рассчитывал, что такой шаг об­легчит процедуру отъезда, но он ничего не изменил. Напрасные хлопоты, ненужная трата времени. Сейчас я понимаю, что это была ошибка — моя и моих со­ветчиков.

Раньше на фиктивный брак шли из-за квартиры. Сейчас — чтобы ускорить отъезд за границу.

ДЕЛАЕТ ТО, ЧТО ПОЛУЧАЕТСЯ ХОРОШО

Из откровений генерального директора «Телевизи­онной службы новостей» Александра Гурнова:

— Мне 41 год, но я до сих пор не женат. То есть я женат, но не расписан. Как-то у нас были проблемы с визами, и я предложил расписаться. На что мне было сказано: «Ты сколько раз был женат? Дважды. Первый раз прожил полтора года, второй два. А мы с тобой уже шесть лет, и все хорошо. Так зачем делать то, что у тебя получается плохо, когда можно делать то, что у тебя получается хорошо».

ОТБИЛ ЖЕНУ НЕ РАДИ КВАРТИРЫ

— Говорят, вы полвека прожили с одной женой! Она случайно не актриса? — спросили у артиста Миха­ила Глузского в день его 80-летия.

— Хуже — театровед! Мы познакомились, когда она была замужем, а я закоренелым холостяком.

— Холостыми актеры бывают только условно.

— Ну, влюбленности, какие-то романы, конечно, случались. Но условия после войны были сложные, квартира коммунальная, а я — неимущий молодой актер... Словом, отбил я ее у мужа и переехал из своей коммуналки в ее. Но не подумайте — не ради улучше­ния жилищных условий.

ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ СРОК ВЯЧЕСЛАВА ДОБРЫНИНА

Ко Дворцу бракосочетаний № 1, что в районе Чис­тых прудов, подъехал вишневый «роллс-ройс-бентли» в сопровождении кортежа из нескольких «мерседесов». Из шикарного лимузина вышли композитор и певец Вячеслав Добрынин и его любимая жена Ирина, кото­рые, прожив более пятнадцати лет в гражданском браке, решили официально скрепить свой союз, то есть «расписаться».

Фотографы из числа допущенных не преминули задать жениху вполне естественный вопрос:

— А зачем, собственно, это вам нужно?

— Просто закончился испытательный срок, — не задумываясь, ответил кумир. — Время, в течение кото­рого мы с Ириной присматривались друг к другу, наконец истекло.