Серые кардиналы советской эпохи - Валерий Владимирович Пирогов

войной и в первые ее дни, иначе, как предательством, объяснить нельзя! Почему вдруг весь командный состав приграничных гарнизонов оказался в отпуске? Почему из воинских частей было вывезено старое оружие, а новое не подвезено? Почему гарнизоны не были обеспечены горючим и не были эвакуированы семьи, хотя такой приказ был? Почему военные самолеты оказались сконцентрированы на больших аэродромах, которые были уничтожены в первые же часы войны? Почему многие железные дороги, по которым должны были идти военные эшелоны, оказались в ремонте? И таких «почему» сотни!!!

Теперь о вероломном нападении 22 июня 1941 года. Я не отдавал приказа о том, чтобы пограничники совсем не реагировали на провокации со стороны фашистов — я говорил только о мелких провокациях. Я даже и представить себе не мог такую преступную глупость, как оставление без командиров и оружия границы, за которой только и ждут приказа к выступлению огромные и хорошо вооруженные полчища! За кого вы меня принимаете?!! Я уже столько лет был у власти, прошел революции, не одну войну, а тут вдруг ума лишился и Гитлеру поверил?!

Еще одна ваша выдумка — якобы я, получив известие о нападении Германии, несколько дней был в таком расстройстве и панике, что не мог принимать решения и за меня это делал Молотов. Очередная ложь. Я действительно был в шоке, но неожиданностью для меня стало не нападение, а полная неподготовленность войск к его отражению и слишком быстрое продвижение немцев вглубь страны — мне ведь предоставляли совсем другие отчеты о состоянии армии. А что Молотов выступил вместо меня по радио, так это понятно — я бы не смог сдержать эмоции, а лишнего в этих обстоятельствах говорить нельзя, иначе с паникой не справиться.

Вот теперь и вернемся к понятию «врага народа», что вас так сильно возмущает. В войну народ — это те люди, которые за Родину жертвуют свои и чужие жизни; которые надрываются у станков и на полях; которые до обмороков ломают головы, изобретая новое оружие и технику; которые пишут газетные и листовочные статьи, поднимающие дух и дающие новые силы; которые отлавливают и расстреливают всякую сволочь, прячущуюся от окопов и грабящую мирное население… Это война. Здесь не может быть митингов и разнобоя мнений.

Так были или нет «врагами народа» эти военачальники, шпионы, наводчики, вредители, воры, каратели и просто трусы?!! Вам это все еще не понятно? Если для вас это «безвинные жертвы сталинского террора», тогда мне понятно, почему вы разграбили и уничтожили СССР, — вы такие же!!! Для вас сейчас любой, кто требует выполнения законов и дисциплины, является тираном, душителем свободы и палачом! Теперь еще об одной болезненной теме — депортации отдельных групп населения и целых народов.

Да, это была страшная, часто несправедливая, но необходимая в тот период мера защиты советской власти. Если бы мы не отселили к тому времени казаков, некоторые кавказские народы, а также православных и иных священников, то советская власть могла бы рухнуть еще до войны, а во время войны нам пришлось бы сражаться не только с Германией и ее союзниками, но и со многими внутренними, затаившимися врагами. Обиженных было много.

Я не уверен, что мы бы в этом случае одержали победу, скорее всего, СССР был бы уничтожен. Однако после войны мы планировали реабилитацию этих народов (но не отдельных врагов!) и постепенное возвращение всех, кто захочет, на прежние места жительства. Просто я не дожил до этого времени, что и дает вам возможность самим придумывать мои поступки.

Другая ваша «больная тема» — евреи. Очередная ваша выдумка — мои планы о переселении всех евреев на Дальний Восток. Опять все перевираете. Наши планы были совсем другие и более полезные для страны.

Сразу после образования Израиля мы поняли, что это государство не будет искать сближения и дружбы с СССР, поэтому вполне вероятны внутреннее сопротивление и откровенный саботаж со стороны советских евреев и их родственников, которые, конечно же, захотели бы уехать в Израиль. Еще в 34‐м году мы образовали Еврейскую автономную область, куда потом и собирались переселить тех евреев и членов их семей, которые были репрессированы и уже находились в Азии, в Сибири и на Дальнем Востоке. Только их. После разгрома Японии и установления в Китае власти товарища Мао Цзэдуна нам было просто необходимо укреплять и развивать приграничные территории. Странно, что вы это не понимаете.

Политика вообще и особенно политика в строительстве нового государства — очень скользкая и грязная вещь. Потому что постоянно приходится наступать на чьи-то головы. Иногда это далеко не худшие головы, но которые почему-то не желают понимать, что в данный момент эта самая голова могла бы и помолчать. А поговорить можно и потом, в другое и более подходящее время. Причем это лучше и для самой головы. Это я о Кирове.

Я ведь никогда не отказывался от критики в свой адрес, но только без посторонних ушей, которые наверняка и поймут все не так, и переврут смысл разговора. Я не Бог и могу ошибаться, принимать неверные решения. Так помогите мне понять мою ошибку, но так, чтобы это не роняло мой авторитет перед партией и народом. Для них я должен быть непогрешимым и всезнающим, даже если я слышу об этом в первый раз. Народ не должен сомневаться в своем вожде, не должен видеть его слабым — это истина! А уж глупым и пьяным — тем более. Вы меня поняли.

А ведь абсолютно правильные решения, причем самые разумные и неотложные, в процессе их спускания вниз к исполнителям, очень часто искажаются до такой степени, что становятся глупыми, непрофессиональными или даже вредными. В этой управленческой цепочке, к сожалению, полно лентяев, людей малообразованных и просто откровенных дураков и вредителей. А сколько таких, которые, получив указ или постановление, сразу начинают подгонять их под свои интересы, для своей выгоды — и народ, получая такие кошмарные результаты управления, перестает верить партии! И ничего сделать невозможно — они научились хорошо приспосабливаться, политически грамотно выступать на собраниях, не подкопаешься.

Много споров идет о моей смерти, умер ли я сам, или кто-то помог мне уйти в мир иной. Было только два человека, которые действительно могли решиться на убийство, — Берия и Хрущев.

Лаврентий Берия. Я его высоко ценил — он человек сильного характера, смелый, не боящийся препятствий, решительный, но и прекрасный исполнитель. Кроме того, он умен и обладает силой гипнотического воздействия. Его даже Мессинг за это уважал. О Берии у вас