Пианист из Будапешта. Правдивая история музыканта, пережившего Холокост - Роксана де Бастион

Когда Стефан прибывает на вокзал в городе Фот, он узнает среди собравшихся несколько лиц: это знакомые из самых разных областей его жизни, например, приятели из теннисного клуба, коллеги-музыканты и друзья семьи. Среди мужчин Стефан замечает одного из своих приятелей, чуть более высокого и значительно более прилежного, Ласло Шомодьи. Семья Ласло также занимается текстилем, но, в отличие от Стефана, Ласло нашел свое призвание в этом деле и упорно трудился, чтобы открыть собственный магазин текстиля, которым он управляет вместе с женой. Заметив друг друга, друзья обнимаются и болтают перед посадкой на поезд. В целом атмосфера на платформе вокзала скорее напоминает волнение перед экскурсией, небольшим приключением, которое позволит ненадолго отвлечься от напряженной жизни. Когда они садятся в поезд, Стефан замечает фотоаппарат, висящий на шее Ласло на толстом кожаном ремешке.

– Собираешься сделать несколько качественных праздничных снимков? – смеется Стефан.

– Что-то вроде того. Я решил задокументировать наше приключение, – говорит Ласло и засовывает фотоаппарат под куртку.

Ласло рассказывает Стефану, что благодаря связям ему удалось получить должность личного помощника командира и вместо физической работы на него взвалят административные обязанности и обязанности секретаря. Поэтому он и решил, что у него будет возможность сделать своего рода фоторепортаж.

Поездка на поезде занимает почти весь день. Наговорившись с Ласло, Стефан закрывает глаза. Даже если последующие месяцы и отнимут драгоценное время от выступлений и сочинения музыки, по крайней мере, он будет в хорошей компании. Именно так думает Стефан.

По прибытии мужчинам кажется странным, что им не выдали униформу и не снабдили инструментами. Вместо этого их заставляют носить нарукавные повязки со звездой Давида, обозначающие, что они евреи. Большинство повязок желтые, а у тех, кто обратился в христианство, – белые.

Я не очень понимаю, почему было сделано такое различие, признается Стефан, ведь нам всем приходилось выполнять одну и ту же физическую работу.

Как и следовало ожидать, ни у кого из группы Стефана нет опыта прокладки железнодорожных путей. Это тяжелый ручной труд, включающий в себя очистку болот и установку тяжелых металлических элементов, и лишь немногие мужчины в группе физически готовы к таким испытаниям. Их одежда, жилеты и очки больше подходят для вечерней прогулки по городу, а не для работы десятичасовыми сменами, переноски и укрепления железнодорожных путей.

Все это напоминало смешную пародию.

Утешает то, что, несмотря на тяжелую работу, здесь нет жесткой дисциплины или даже пристального надзора. Пока мужчины послушно выполняют свои ежедневные обязанности, перетаскивая через высушенное болото металл в перепачканных грязью кожаных ботинках, их командир занимается бумажной работой в своем деревенском доме. Ласло быстро понимает: офицер считает, что руководить такой гражданской группой, как они, ниже его достоинства. Хотя, как по мне, так заниматься административными делами куда приятнее. Стефан не завидует положению Ласло: помимо прочего, в его обязанности входит выносить ночной горшок командира.

Мне бы не понравилось выносить и опорожнять ночной горшок капитана. Я предпочитал работать, но вскоре это оказалось труднее, чем я ожидал.

Хотя работа тяжелая, она «совсем не похожа на ту, что была позже», признается на пленке повзрослевший Стефан.

Мы, несколько человек, крепко сдружились (среди нас был и Ласло Шомодьи). Думаю, нас было семеро, и мы по-настоящему сблизились.

Стефан, по его собственным словам, «силен как бык», и годы тренировок по боксу, плаванию и теннису пришлись как нельзя кстати. Лишь однажды он достиг предела своих физических возможностей: один кусок железной дороги оказался настолько тяжелым, что ему пришлось позвать на помощь других людей. Чтобы поднять его, потребовалось восемь человек. В воздухе висит осенняя прохлада, но Стефан и его товарищи сбрасывают пальто и теперь без рубашек, потные, с подтяжками, болтающимися на натруженных икрах, объединяют усилия, чтобы донести груз до места назначения. Поклажа с грохотом падает на землю, и, вытерев со лба пот и произнеся все знакомые отборные ругательства, они опускаются на колени и вбивают фрагмент железнодорожных путей на место. Крик командира возвещает о долгожданном перерыве на обед. Пробираясь по грязи, мужчины выбираются из расчищенного болота и направляются к полевой кухне, устроенной в старых развалинах на склоне холма. Впереди Ласло Шомодьи держит перед лицом фотоаппарат. Когда он снимает людей, стоящих в очереди за хлебом насущным, один из них его окликает.

– Ласло! Твоя жена приедет тебя навестить?

Ласло поворачивается с фотоаппаратом в руках.

– Да! Эдит… А как твоя?

Поскольку Стефан был холост, никому не пришло в голову сообщить ему, что свидания с супругой разрешены. Он тоскует по дому, и у него появляется идея.

– Эй… эй, Ласло! – Стефан привлекает к себе внимание друга. – А Эдит не может привезти сюда Катицу, мою маму? Они могли бы вместе поехать из Будапешта.

– Почему бы и нет? – Ласло пожимает плечами и становится в конец очереди. – Попробую с ней связаться и спрошу.

Стефан задумчиво последовал за приятелем. Из-за всех этих выступлений и переездов он почти не проводил времени с семьей с тех пор, как два года назад впервые уехал в Швейцарию, и перспектива увидеться с матерью – то, что поможет ему пережить следующие недели.

Только представьте, какие у нас были привилегии! Шесть жен и семь друзей – столько человек могли нас навестить!

В конце октября, в середине срока трудовых работ, Стефану и другим мужчинам разрешают взять по этому случаю отгул. Они целый день могут принимать гостей, гулять в близлежащей деревне и, если захотят, нормально поесть в местных заведениях. Это приятная перемена по сравнению с обычной миской супа из походной кухни. Стефан легко мирится с тяжелым физическим трудом, но для него, как для человека, который ценит в жизни все самое лучшее, помои, подаваемые в качестве ежедневной еды, невыносимы.

В маленькой деревушке в трансильванском округе Колож тихо. В холодный, но солнечный день Стефан и Ласло направляются в деревенский ресторан отеля, где они договорились встретиться с Эдит и Катицей. Пребывая в прекрасном расположении духа, мужчины довольно долго ждут, изучают меню, обсуждают, что заказать и насколько хорошим здесь может оказаться вино. Обычно гладко выбритое лицо Стефана теперь покрывает кустистая борода. Ему она нравится, и, к его изумлению, она отливает рыжиной. На мгновение он задумывается, узнает ли его мама. По его воображаемому сценарию, он помашет ей рукой через весь ресторан, и она улыбнется лишь после того, как во второй раз оценит суровую внешность своего сына.

Дверь со скрипом открывается, и в комнату входит