Величайший из изменников. Жизнь сэра Роджера Мортимера, первого графа Марча, правителя Англии в 1327-1330 - Ян Мортимер

в хозяйстве, но здесь, если руководствоваться подсчетом первичных источников, более применимо определение коронера.

Судебное обращение к графу Кенту взято из английского перевода французской длинной версии летописи Брут середины четырнадцатого века. Оригинальная бумага написана по-французски, тем не менее, не известен цитируемый ее автором источник.

Джон Гэлейс, вероятно, также являлся служащим королевского хозяйства. После смерти Изабеллы человек с этим именем получил плату за время, в течение которого останки королевы-матери лежали у него в доме.

Одной из возможных причин краха заговора графа Арундела могла оказаться близость принадлежащих ему земель к землям Роджера.

Частично цитируемые слова относительно предпочтения приказов Мортимера приказам суверена предположительны. Нельзя представить, чтобы одна из мощнейших военных цитаделей в стране могла обладать незащищенным проходом к своему средоточию, и данный проход не был бы заперт изнутри, особенно, принимая во внимание высокий уровень тревоги внутри замка. Равно невообразимо, чтобы хранитель крепости и другие ее обитатели не подозревали бы о существовании подземных коридоров. Их самонадеянность и запреты входить в замок «противникам королевы» получилось бы объяснить внутренними запорами. Также под данные объяснения подошло бы наименование автором Скалахроники, Томасом Греем Хетонским, описываемого коридора «задними воротами». Внутренний запор равно нуждался бы в человеке, его отпиравшем. Присутствие при разворачивающихся событиях Эдварда, подтверждающееся Изабеллой и в летописи Брута, и в докладе Джеффри Ле Бейкера, наталкивает на мысль о ее подозрениях в отпирании рокового засова и впускании осаждающих родного сына.

Притворное нездоровье суверена являлось попыткой объяснить, как Эдварду удалось примкнуть к заговорщикам, находясь в крепости после запирания ворот, и почему потребовалось вознаграждать королевского лекаря за вероятную роль в осуществленной интриге. Каролин Шентон считает неубедительным рассматривание награды за попытку излечения раненых и умирающих, ведь это не таило в себе никаких угроз, а значит, крайне маловероятно представлялось достойным чего-то очень ценного.

«Любимый сын, смилуйтесь над любезным Мортимером!» — это слова, приписываемые Изабелле Джеффри Ле Бейкером. В настоящей книге они приводятся наряду с похожими, но более косноязычными фразами из летописи Брут. В действительности, наверное, никто из летописцев не знал, что могла произнести королева, но нельзя написать книгу о Роджере Мортимере и пренебречь самой знаменитой из связанных с ним речей.

Впоследствии Эдвард отправил Изабеллу в замок Беркхэмпстед.

Эпилог

Останки Роджера, скорее всего, сначала отнесли в лондонскую церковь Серых братьев (Грейфрайерс). Обычно говорят, что его похоронили там, но равно представляется попытка вскоре после повешения возвратить труп в Уэльскую Марку. Это соответствовало бы полученнныму год спустя после казни вдовой Мортимера, Джоан, разрешением перевезти тело из церкви Серых братьев(Грейфрайерс) в Ковентри. Если бы Роджера выкопали, то, вероятно, также перезахоронили бы в храме Серых братьев в Шрусбери, или же в Уигморском аббатстве. Обе церкви были после Реформации и роспуска монашеских общин разрушены.

Имя Джоан оказалось замешано в приписанную Мортимеру государственную измену, хотя во время его задержания она находилась в Ладлоу. В 1336 году ее простили, вернув владения с извинениями, как и утраченный от них доход. Больше замуж леди Мортимер не выходила. Джоан умерла в 1356 году, в возрасте семидесяти лет. Возможно, что похоронили ее в Уигморе, также возможно, что рядом с супругом.

За два года до смерти леди Мортимер ее внуку удалось опротестовать вынесенный Роджеру приговор и стать наследником семейных владений. Эдвард Третий заявил, — первоначальное заключение не может иметь юридической силы, ибо графу не позволили выступить в свою защиту. Таким образом, внук казненного превратился во второго графа Марча, а Джоан вновь оказалась вдовствующей графиней.

Изабеллу ни разу не упрекнули в совершении вместе с Роджером супружеской измены. Как и в соучастии в заговоре в замке Беркли. С ней обращались очень мягко и любезно, предоставив крайне почетный доход и, в свое время, некоторую долю свободы.

Она не сошла с ума и не была заперта в крепости Райзинг, как часто описывают выпавшую Изабелле судьбу. Если у нее и родился от Роджера сын, то ребенок не унаследовал, наряду с любым другим титулом, графства Линкольн, и о нем ничего не известно. Королева-мать умерла в 1358 году в замке Хертфорд, в возрасте шестидесяти двух лет, и была погребена в своем свадебном платье в лондонской церкви Серых братьев (Грейфрайерс), где до этого недолго лежало тело Мортимера. Под ее могилой захоронили сердце Эдварда Второго. Могилу разрушил Большой Пожар, и, хотя храм перестроил сэр Кристофер Рен, в ходе Второй Мировой Войны здание погибло почти полностью. Сейчас через описываемый участок проходит не умолкающая дорога.

Роджера пережил единственный вопрос: как протекало дальнейшее существование короля Эдварда Второго. Его сыну, Эдварду Третьему, идеально подошла возможность обвинить Мортимера в расправе над отцом, позднее он выразил благодарность сэру Уильяму де Монтегю за размышления над средствами повернуть заговор в замке Беркли к собственной выгоде. Гибель низложенного короля в крепости Беркли впоследствии превратилась в установленный исторический факт. Однако, как уже утверждалось в настоящей книге, судьба Эдварда Второго гораздо сложнее убийства. Здесь соединены проблемы разложения и власти: знания и его использования. Исключительно таким образом и следует отвечать на вопрос, — что же произошло с низложенным сувереном после истории с Беркли. Сохранил ли Роджер политическое наследие в том виде, в каком оно было при свергнутом Эдварде Втором?

Как история жизни человека способна начаться задолго до его появления на свет, так и завершиться она может много лет спустя после его кончины.

Останки Роджера могли присвоить себе братья из Ковентри, надеявшиеся стать владельцами столь выдающегося тела.

Сохранились некоторые сомнения относительно перевоза трупа Мортимера в Уигмор. Ходатайство Джоан датирующееся 1332 годом и находящееся сейчас у Общественной Службы Записей, позволяет предположить, — Мортимер мог остаться погребенным в Ковентри, вопреки приказу Эдварда от прошедшего года. Так как Ковентри являлся городком, включенным в сферу интересов Изабеллы, вполне вероятно, что она убедила сына разрешить Роджеру упокоиться в храме местного братства. Благодарю Поля Драйбурга за обращение на данный аргумент моего внимания и Барбару Райт за то, что поделилась со мной сведениями о приведенном ходатайстве. Все, что можно добавить, — утверждение летописца Уигмора о захоронении Мортимера в церкви Серых Братьев (Грейфрайерс) в Шрусбери спустя год и день после его казни. Если тело перевозили из Ковентри в 1331 году, никак нельзя сохранить убежденность в повторных похоронах на землях аббатства Уигмора.

Возвращение к главе 12

Существует две основных причины, почему мы обычно приходим к выводу о гибели Эдварда Второго в замке Беркли. Первая — потому что именно это прозвучало в официальном объявлении как сразу в дни после события, так и после