Ирина Мазаева - Под солнцем любви (сборник)

– А мне – нет! А ты просто эгоистка. Это тебя Федька не полюбил, у тебя с ним ничего не вышло. А в меня Петька влюбился! И теперь я…

– Он не влюбился в тебя, – тихо сказала Марля. – Если бы он влюбился, он бы никуда не уехал…

– Как ты можешь мне говорить, влюбился он в меня или нет? Кто ты вообще такая? Что ты понимаешь в любви? – возмутилась Надя.

– Не кричи на меня. Я твоя подруга. И кое-что я теперь в любви понимаю. Я вчера с такими двумя женщинами познакомилась. Мы сидели с ними на пляже, говорили о любви, и они тоже сказали, что ты неправа, что все твои приемы…

– Что?! – перебила ее Надя. – Ты что несешь? Какие женщины? Это ты вчера все испортила. Фальшь! Игра! Что ты там наговорила?! Это у тебя фальшь и игра, а меня Петька любит! Любит! Любит!!! – И неожиданно она разрыдалась.

Марля растерялась. Надя плакала! Надя, вечная оптимистка, энерджайзер, плакала. Это не укладывалось у нее в голове. Марля осторожно подсела к подруге на кровать, погладила ее по плечу:

– Надя, не надо… Пожалуйста, ну что ты, конечно, он тебя любил. Это Федьке стало со мной скучно, и он убедил Петьку поехать с ним в Абхазию. Прости меня, пожалуйста, я не хотела, чтобы все так вышло…

Надя как неожиданно расплакалась, так же неожиданно и пришла в себя, вытерла слезы:

– Все, не буду больше страдать по этим козлам. Собирайся, мы тоже поедем в Абхазию, мы тоже крутые путешественницы!

– Надя, не надо в Абхазию! Давай пойдем на море, искупаемся, подумаем, как нам быть дальше…

– Никуда вы не пойдете! – тут же раздалось в комнате.

Обе подружки снова вздрогнули и испуганно уставились в дверной проем, в котором стоял огромный, голый до пояса и ужасно волосатый мужик.

– Вы кто?! Выйдите вон! – попыталась возмутиться Надя, но вместо грозного окрика получился почти писк.

– Вы шо моей матери наплели? Где гроши?

– Какие гроши? – с перепугу не поняла Надя.

– За хату! Гроши на стол – и выметайтесь.

– Но у нас нет денег…

И тут Марля вдруг поняла весь ужас ситуации: ведь у них с Надей фактически не было денег, только на обратные билеты в Армавир. И если сейчас придется расплатиться за четверых… Марле было страшно даже представить себе сумму…

Мужик между тем сумму озвучил. И весь его вид говорил о том, что без денег он отсюда не выйдет.

– Дяденька, – неожиданно взмолилась Надя совсем по-детски, хлопая глазами и почти пуская слезу, – дяденька, у нас нет денег, нас сюда мальчики привезли, все деньги у них, а у нас нету совсем… Но мы готовы уйти прямо сейчас, и вы спокойно сможете сдать домик другим людям…

– В полицию звонить будем? – ласково предложил мужик. – Скильки вам годов? Восемнадцати немае. Где ваши родичи? Знают воны, шо вы с хлопцами разъезжаете?..

У Марли внутри все оборвалось. Она в ужасе представила, как ее, будто преступницу, забирают в полицию, выясняют, кто она, сообщают родителям, а уж родители… Судя по тому, как побелела Надя, она, наверное, представила тоже самое.

Между тем мужик заметил Надину сумочку, валявшуюся у кровати. Надя даже возмутиться не успела, как мужик ловко вытащил кошелек и вытряхнул из него все деньги. Потом так же спокойно и не торопясь обследовал сумочку Марли и тоже опустошил кошелек. И только потом кинул подружкам:

– И шо б я больше вас здесь не видел! – и вышел.

– Что мы будем делать?! – Теперь Надя впала в настоящую панику.

Марля же как будто была в ступоре. Она методично собирала свои вещи, почти не слыша, что кричит подруга. Та же между тем продолжала:

– Все мужики – козлы! И Федька с Петькой, и этот… сынуля. Как он мог отобрать у нас все деньги?! Мы же несовершеннолетние! Детей обворовал! Вор! И куда мы теперь, куда?!

Марля вспомнила, что вчера повесила свой купальник сушиться снаружи, рядом с летней кухней, и молча вышла из комнаты.

Подойдя к кухне, она поняла, что очень хочет чаю, а лучше кофе. Залезла в шкафчик, где вчера оставила пакетики растворимого кофе и чая и печенье, которыми предусмотрительно закупилась накануне. Включила чайник, сняла с веревки свой, а подумав, и Надин купальник, села за стол. И стала ждать, пока закипит вода.

Солнце, несмотря на ранний час, жарило вовсю. А сквозь деревья видно было огромное, до горизонта, море. Море цвета морской волны. Марля смотрела на него и думала, что все равно она ни о чем не жалеет, ведь она увидела, какое оно – море…

– Ты куда пропала?! – чуть позже рядом объявилась Надя и с размаху плюхнулась на табуретку. – Точно, попьем чая. И пусть этот гад только попробует выпнуть нас без чая! Я все придумала. Все отлично: мы поедем в Армавир автостопом. А что? Мы же крутые путешественницы! Познакомимся по пути с какими-нибудь клевыми парнями, круто проведем время.

– Надя, может, хватит? Может, хватит знакомств с парнями? Мне кажется, это опасно – ездить двум девчонкам автостопом… – робко запротестовала Марля.

– У тебя есть другие идеи?

Марле пришлось признать, что нет.

– Верь мне, и все будет хорошо! А чья это, кстати, машина стоит? – Надя заметила, что рядом с соседним домиком отдыхающих стоит автомобиль, а какая-то женщина в окружении всеми силами мешающих ей детей укладывает в багажник вещи. – О! Вот прямо сейчас и начнем стопить. Вдруг они в Армавир? – И она решительно направилась к автовладелице.

Марля вздохнула и налила себе кофе, а Наде чаю.

Через пару минут вернулась и подружка:

– Они в Краснодар. В Краснодар, сказала, довезут, а до трассы подкинуть отказалась. Странная тетка – жалко ей, что ли? Но ничего, мы сами выясним, где трасса и доберемся. Все ништяк, подруга, со мной не пропадешь.

Все внутри Марли протестовало против езды автостопом. И это был не обычный ее страх новых людей, непривычных ситуаций, это было другое. Надина задумка на самом деле была не безопасной. И соглашаться на нее нельзя было ни в коем случае. Но что делать она не знала.

– Надя, не надо… Поверь мне… – робко попыталась отговорить подругу Марля.

– Что значит – не надо? Все ведь из-за тебя, если ты помнишь. Если бы не ты, я бы давно уже ехала с парнями в Абхазию. Мандарины бы там трескала. А ты развыступалась вчера! Федьку отвергла. Вот он и психанул. И зачем я вообще тебя с собой взяла?! Навязалась ты на мою голову, мелочь пузатая! – снова вспылила Надя. – Думаешь, мне интересно с тобой возиться? Зашибись как интересно! Всю жизнь мечтала таскать с собой сестру-седьмая-вода-на-киселе, недоростка.

У Марли слезы сами собой на глаза навернулись. Она подавилась кофе и закашлялась.

– И можешь реветь тут сколько угодно. Сама парней отшила – сама и расплачивайся. И деньги еще я из-за тебя потеряла!

И тут в Марлю как демон какой вселился:

– Почему я виновата?! – не глядя на подругу, начала она. – Это все была твоя идея. И про любовь с парнями, и что мы должны ехать за ними. И что они должны за нас платить везде. А почему они должны за нас платить? Почему они непременно должны в нас влюбиться? Кто мы им? Кто они нам? Это – не наши мальчики. Федька – не мой парень, не мой человек. И Петька – не твой. Мне вчера феи… женщины на пляже все объяснили. Все про любовь. Какая она. И что не надо за ней бегать. И приемы не нужны. Я теперь все поняла.

– Что ты несешь? Федька не мой, Петька не мой. Все нормально у них с речевым аппаратом! Какие феи еще? Точно с горя крышняк снесло.

– Ты меня не поняла…

– Да мне вообще по фигу, что ты там говоришь. Не хочешь ехать автостопом – не надо. Я поеду одна. Ты мне не нужна. – Надя допила чай, сполоснула кружку и ушла с кухни.

Марля осталась одна.

Теперь уже точно совсем одна. В чужом городе и без подруги.

Море было, солнце было, лето было. Ничего не изменилось в мире, но он вдруг показался Марле каким-то страшным, зловещим. Ей так хотелось заплакать. Разреветься. Уткнуться в плечо кому-нибудь, как вчера в компании Анны и Ирины… А ведь она даже телефонов их не знает! Знает только, что они из Карелии… И не обратиться больше к ним, не попросить помощи. И вообще ей в этом городе не к кому обратиться. И ей еще больше захотелось плакать. Даже слезы уже подбежали куда-то близко-близко к векам. Но что-то упрямо, неумолимо подсказывало ей, что плачь не плачь, слезами горю не поможешь. Что нужно срочно что-то решать. Что нельзя сейчас быть ребенком, а надо срочно становиться взрослой. Взрослой. А как?

Марля сидела и крутила в руках пустую кружку. Она не знала, что делать и как быть дальше…

И вдруг какая-то мысль промелькнула в ее голове. Краснодар, Краснодар… Марля не знала, что это за город, где это… Если они в Краснодарском крае, значит, это где-то недалеко, но вот в каком контексте она слышала это название? И тут она вспомнила. Это Вася Беда говорил ей, что 25-го числа на краснодарском ипподроме будут скачки, какие-то очень важные скачки. И туда поедет коневозка их конного завода…

– Надя! – Забыв про размолвку, Марля кинулась вслед за подругой. – Надя! Какое сегодня число?!