Дарина – разрушительница заклятий. Ключ к древнему пророчеству - Евгений Фронтикович Гаглоев
– Передай ребятам, – сказала Марта, – что они должны подняться в воздух на такую высоту, куда не достает излучение вышек, гасящих магию. Я встречу вас в воздухе и смогу защитить, если вдруг начнется какая-нибудь заварушка.
– Хорошо, – важно изрек Акаций. – Я передам им ваши слова.
На этом собрание закончилось. Мариус накормил гостей сытным ужином, затем они начали расходиться. Барона Аурелия Эхо Эсселиты забрали с собой. Артемид отправился в Берберию. Марта и король вышли на улицу, чтобы пожелать ему удачной дороги. Ночь стояла теплая, но женщина отчего-то поежилась.
– Что с тобой? – спросил Гамед Наварро.
– Я так волнуюсь, – призналась она. – Завтра все решится. Мы или одержим победу, или…
– Даже не сомневайся, – не дал ей договорить кочевник. – Мы обязательно победим!
Он по-дружески обнял ее за плечи, и Марта улыбнулась.
– Мы победим! – воскликнул Артемид Трехо, вскакивая на своего коня. – И пусть нам сопутствует удача!
Глава тридцать седьмая,
в которой мадам Клеопа прекращает свою диету
Брат Акаций вернулся на завод тем же вечером в сопровождении Андерсона и еще нескольких десятков котов самых разных окрасов. Он провел воинов кошачьего братства через тайную дыру в заборе, и они бесшумными тенями направились к золотому дирижаблю. Правда, глава Братства едва не застрял в дыре, чего и опасался Акаций. Пришлось втянуть живот, насколько это было возможно. Пафнутий с Рапузаном навалились сзади, и таким образом, кряхтя и чертыхаясь, рыжий кот все-таки сумел протиснуться в узкое отверстие. Затем отставшие поспешили вслед за своими собратьями.
В помещениях завода было темно, рабочие уже разошлись по баракам. Свет горел лишь в гостиной особняка да еще в заводской столовой, где Дарина, Триш и Пима ждали Акация. Рекс отсутствовал – Брагим забрал его с собой для какой-то срочной работы.
На столе перед ребятами возвышался огромный торт, который Клеопа днем приготовила для Руфуса и Коптильды.
– У них сегодня помолвка, – мрачно заявила она девочке, сбивая крем. – Пусть я не выношу эту обезьяну, но мой сынок в нее здорово втрескался. Придется смириться с этим и накормить их праздничным ужином. Что еще мне остается?
– А что, Руфус больше не сидит на диете? – поинтересовалась Дарина.
– Он клятвенно пообещал мне, что этот торт станет последним в его жизни, – ответила старушка, с отвращением поморщившись.
Теперь ребята смотрели на торт и глотали слюнки. Когда Акаций вошел в кухню, Триш и Пима уже готовы были на стену лезть от нестерпимого желания слопать хотя бы одну из кремовых розочек.
С Акацием вошел и Пафнутий. Его появление было встречено громкими радостными криками. Ребята тут же забыли про торт. Дарина схватила кота и крепко прижала к себе.
– Как дела в Белой Гриве? – спросил Пима.
– Все по-старому, – ответил Пафнутий. – Только староста Гвидон со своей семейкой поехал в столицу смотреть военный парад. Сиротский приют остался на попечении Копотуна Гранже, а они с Федусеем только и делают, что хлещут свою микстуру от кашля, поэтому дети занимаются чем хотят. Целыми днями бегают и играют в салки на территории приюта.
– Я так рада тебя видеть, – призналась Дарина.
– Я тоже рад, – сказал Пафнутий. – Но хватит тратить время попусту. Коты уже пробираются на дирижабль. Вы уверены, что сможете поднять его в воздух?
Все повернулись к Тришу.
– Уверен! – ответил тот. – Поднять-то его я сумею. Вот только насчет приземления слегка сомневаюсь…
– Марта встретит вас в небе и поможет, – успокоил его Акаций.
– Так, значит, сегодня мы и в самом деле уберемся с этого завода? – воскликнул Триш.
– В полночь, – ответил брат Пафнутий.
– Ура! – грянули ребята.
– А я еще не успел усовершенствовать свою динамо-машину, – с сожалением произнес Пима. – Придется взять ее как есть. Я натяну перчатки, а ты, – кивнул он Тришу, – будешь крутить колесо.
– А меня током не треснет? – с опаской поинтересовался тот.
– Нет, если не взмокнешь от страха. Вода – очень хороший проводник.
– За это я не могу ручаться, – признался Триш.
В кухню вошел дед Мартьян с увесистым бумажным свертком.
– Уже знаете новости? – осведомился он, взглянув на их счастливые лица. – Очень скоро вы будете свободны. Моя семья желает вам счастливого пути, а это вам от Алисы в дорогу.
Он протянул Дарине еще горячие, душистые пирожки с капустой, завернутые в белую бумагу.
– Передайте ей от нас спасибо! – обрадовался Пима.
– Надеюсь, мы с вами еще увидимся, – ответил Мартьян улыбаясь. – Знайте, что двери моего дома всегда для вас открыты.
В этот момент, пинком распахнув дверь, в кухню вошла мадам Клеопа Анубис. Ее сопровождал доктор Юнгвальд. Их появления никто не ожидал. Ребята, коты и дед Мартьян словно окаменели.
– Кот удрал, и я понятия не имею, куда он запропастился… – продолжала старушка начатую фразу. – И вся моя диета… – Она вдруг умолкла, увидев на столе Акация и Пафнутия. – Коты! – раздался громогласный рев мадам Клеопы. – А ну, хватайте их!
Пока ребята приходили в себя, старушка проворно подскочила и сгребла обоих котов за шкирки. Акаций и Пафнутий громко шипели и вырывались.
– Доктор Юнгвальд! – закричала Клеопа. – Да помогите же мне! И вы, сборище остолопов, держите котов! Жаркое удастся на славу! Двух котов вполне достаточно. И моя диета будет соблюдена!
Дарина быстро огляделась, соображая, как помочь пушистым друзьям. Доктор бросился к старухе. Коты царапались и вырывались изо всех сил. Юнгвальду таки удалось схватить Акация и крепко прижать его к себе.
– Минуточку! – воскликнул он. – У меня же с собой есть шприц с успокоительным!
– Шприц? – испуганно завопил Акаций.
– Говорящий кот! – перепугалась Клеопа. – Колите его скорее, пока свою братву на помощь не позвал!
Доктор выхватил из кармана халата шприц и ткнул куда-то под извивающегося кота.
– Ой-ой-ой! Прямо в левую булочку, – застонал Акаций.
– Теперь второго, – скомандовала старуха.
– Сейчас… – Юнгвальд вдруг покачнулся. Оказалось, что он воткнул шприц себе в руку.
– А что же ты орал? – спросила у Акация Дарина.
– Хотел всех обмануть.
Кот с довольной ухмылкой наконец вырвался из ослабевшей хватки доктора. Но Клеопа продолжала держать за шкирку Пафнутия.
– То-то я чувствую, мне вдруг стало так хорошо… – невнятно пробормотал Юнгвальд и повалился на пол.
– Так у вас тут заговор, – догадалась Клеопа, подхватывая свободной рукой Акация. – И ты, Мартьян, туда же? Ну я вам всем сейчас покажу!
Она проворно запрыгнула на стол.
– Сдам вас Руфусу! Пусть отправляет всех в каменоломни, – прошипела старушка, встряхнув котов.
Акаций и Пафнутий вдруг одновременно дернулись и бросились в разные
