Если ты, то я - Ивонн Вун

сияли наши с Митци лица. Это было то самое селфи, которое она сделала на вечеринке. Меня удивило, как классно я получилась: взгляд в камеру, полуулыбка на губах, скрывающая какую-то тайну. Митци склонила ко мне голову, со стороны мы выглядели как близкие подруги. Взгляд у нее был томный, длинные волосы словно впитали в себя свет. Нечеткий фон придавал снимку ощущение достоверности, как будто Митци позволила остальным заглянуть за кулисы своей жизни.

Под фото она оставила подпись: «Не каждый день встречаешь человека, чье изобретение изменит мир. Знакомьтесь: Шиа Чань, будущая знаменитость в области ИИ. Если хотите узнать, что она изобрела, спросите у нее сами. Я нема как рыба. Но знайте: ее звезда скоро взойдет. Смотрите не проморгайте, а то она пролетит мимо вас».

Я поняла, что улыбаюсь, лишь когда Амина закатила глаза.

– Ну хорошо, я вижу, что мне нашлась замена, но совершенно не обязательно так откровенно сиять по этому поводу.

– Никакой замены, – ответила я, – в моей жизни хватит места для двух гениев.

Амина наставила на меня вилку.

– Ты лестью пытаешься отвлечь мое внимание от того факта, что скрыла свою дружбу с Митци. Я все заметила, но у тебя получилось: ты прощена.

– Спасибо. Я же сказала, что познакомилась с ней на вечеринке.

– Да, но ты не сообщила, что она – твой новый чирлидер.

– Она не мой чирлидер.

Дебора вскинула бровь:

– А похоже.

– Интересно, как она узнала мое имя, – пробормотала я.

– Она фактически изобрела фотопоиск, – напомнил Рави. – Ее программа использует технологию распознавания лиц. Если твое лицо есть в интернете, тебя найдут.

Ну конечно. Как же я не догадалась?

– Когда ты так говоришь, становится страшновато.

– Это и правда жутко, – сказала Дебора. – Но в то же время впечатляет.

– Определенно впечатляет, – согласился Рави.

Я разглядывала фотографию, желая подольше насладиться радостным чувством, но тут мой взгляд упал на комментарии ниже.

>Кто это?

>Я посмотрел. Она с Фабрики

>Что это на ней надето? Она похожа на фанатку Фабрики

>Что за имя такое – Шиа?

>Кажется, китайское

>К нам приезжает слишком много китайцев, они забирают все наши награды

>Она вообще-то родилась здесь. Почитай биографию

>Она была бы ничего, если бы чуток подкрасилась

>И переоделась

>Из какой она компании????

>Загляни на сайт Фабрики. Она работает над ботом по имени Умница

>Это не бот, это ИИ

>Какая разница, все одно и то же

>Большая разница [смайлик, закатывающий глаза]

>Она горяча… для азиатки

>Ни за что не стал бы встречаться с азиаткой

>У них хорошая кожа

>М-м-м это не приложение для знакомств. Зачем обсуждать ее внешность?

>Эта Митци сфотографировалась с человеком, который, по ее мнению, делает важную работу

>Вот почему на руководящих должностях так мало женщин

>Я бы с обеими замутил. Мне не помешает немного суши к ванильному пирожному

>Суши – это японская еда, а не китайская, ну а ты – козел

Я вдруг почувствовала себя ужасно неловко. Мне действительно стоило переодеться? Накраситься? Да, я выделялась среди других и всегда знала об этом, но никак не ожидала, что люди увидят мое фото с Митци Эрст и только и будут обсуждать, можно ли со мной встречаться, раз я китаянка.

Похоже, Амина тоже прочитала комментарии, потому что у нее вытянулось лицо.

– Не обращай внимания. Они – интернет-тролли, им просто завидно.

– Неужели я так плохо одета?

– Нет. – В голосе Амины слышалась легкая неуверенность. – Черная водолазка – это классика.

Рави поморщился:

– Она слегка устарела. И потом, тебе в ней не жарко?

– Устарела?

– Не слушай его. – Амина бросила на Рави многозначительный взгляд. – Он геймер.

– Я годами наряжаю свои аватары, – возмутился Рави.

– А мне нравится, – сказала Дебора. – Если упростить процесс одевания, можно высвободить время и сэкономить энергию. Каждый день одно и то же – черная водолазка, черные брюки. Последнее, на что стоит тратить свои умственные способности, – это шмотки.

Я вздохнула.

– Ясно. Новая одежда, новый макияж, не такой азиатский вид.

– Удачи тебе, особенно с последним пунктом, – сказала Амина, потом посмотрела мне за спину. – Приближается.

Я обернулась. К нам направлялась Кейт, которая встала, чтобы подлить себе чаю со льдом.

– Привет, – сказала она, поправив волосы. – Безумная вчера была вечеринка, правда?

У нее был свежий вид – лицо сияло, волосы были забраны в свободный хвост, – как будто она только что собирала цветы в лугах на юге Франции. Все остальные выглядели так, словно накануне вернулись с вечеринки пьяные и вырубились на полу прямо в одежде, а проснувшись утром с рвотными позывами, еле приползли в столовую, чтобы поесть каких-нибудь углеводов, прежде чем их стошнит. А тут Кейт, в льняных брюках и светло-желтом топе, благоухающая лавандой и ковыряющаяся в тарелке с фруктами.

– Я видела твою фотографию, – как бы между делом бросила она. – Не знала, что ты знакома с Митци.

– Мы почти не знакомы.

– Как же вы оказались вместе?

– Случайно на вечеринке.

– На вчерашней? – удивилась Кейт. – Ты с ней познакомилась только вчера, и она уже постит фотографии с тобой?

– Значит, Шиа произвела впечатление, – вставила Амина.

– Мы сразу сдружились, – сказала я.

– Хм. – Кейт натянуто улыбнулась. – Здорово. Рада за тебя.

Она направилась к своему столу. Мы проводили ее взглядами.

– Ну прям обычный разговор, ничего особенного, – повернулся к нам Рави, когда Кейт уже не могла нас слышать.

– «Здорово»? – повторила Амина. – «Рада за тебя»? Да у нее глаз дергался, когда она это говорила.

– Паучиха, – сказал Рави.

– Причем из этих, прозрачных, которых не видно на ковре, – добавила Амина. – Они самые отвратительные.

– Не обижай пауков, – нахмурилась Дебора. – Они необходимая часть экосистемы.

– Ну так какая она, Митци? – спросил Рави.

Я вспомнила вечеринку, Митци, смотревшую на мое отражение в зеркале, ее размазанную тушь и такое прекрасное лицо, что пришлось ущипнуть себя, чтобы убедиться: мне это не привиделось.

– Несколько лет назад мы с мамой ездили в Бостон на выставку Ван Гога, – сказала я. – Мне всегда нравились его картины, но я ни разу не видела их в реальности. Когда мы пришли в галерею, меня поразило то, насколько настоящие полотна больше и ярче, то, какие они завораживающие. Я не могла оторвать от них взгляда. Тогда я впервые поняла, что значит настоящее искусство. – Я подняла голову от тарелки. – Вот она какая, Митци.

Почти весь день мы делали домашние задания в классе. Ковальски задал нам задачу, которая оказалась еще сложнее, чем я думала. И, кроме того, надо было написать бизнес-план для миссис Перес и собрать воедино несколько сводных таблиц для мистера Ладжани. Я настолько безнадежно отстала от остальных, что в какой-то момент отвлеклась и, глядя в окно, задумалась, чем сейчас занят Маст. Может, он нарочно пропал, чтобы не видеться со мной? Может, он и на завтрак не пришел, потому что понял, какую ошибку совершил, поцеловав меня?

Я все время поглядывала на телефон, как будто ожидая увидеть сообщение от Маста, хотя он даже не знал моего номера. И каждый раз, когда я смотрела на экран, Амина бросала на меня вопросительный взгляд. Я старалась вести себя непринужденно, но меня тревожило собственное огорчение. Ведь был всего один поцелуй. Почему же я так переживала?

Хотела уже убрать телефон, и тут он завибрировал. Пришло сообщение от неизвестного номера.

>Завтра все в силе?

>Кто это? – набрала я.

>Ваше королевское величество.

Улыбка расплылась по моему лицу. Митци. Я напечатала ответ.

>Да.

– Ну и где ты с ней встречаешься? – спросила Амина, когда мы возвращались в корпус.

Был поздний вечер, и над нашими головами синело огромное небо.

– В старом стейк-хаусе в Портола-Вэлли. Я посмотрела, что это за место. Там такая древняя атмосфера. И внутри есть знаменитая задняя комната…

– Стейк-хаус «У Роми»? – перебила меня Амина. – Вы там встречаетесь?

– Да. Ты о нем слышала?

– Э-э, да. А ты нет? – Амина весело переглянулась с Рави. – Вы идете не в стейк-хаус, – объяснила она, – а в «Уорблерс Рум».

– Ну да, это та самая знаменитая комната.

– Не просто комната в ресторане, – сказала Амина. –