Горничная с проживанием - Моника Арья

спокойной матовой отделкой здесь, в отличие от всего остального дома, и не пахло. Золотые стены напомнили мне о жилище Райны. Кстати, я продолжала надеяться, что смогу к ней вырваться – надо ведь сообщить о благополучном результате собеседования и поблагодарить за заботу. Не подбери она меня вчера, не одолжи свою одежду – вряд ли я оказалась бы в этом роскошном зале. Набивала бы сейчас листвой пакет из-под продуктов, готовя себе подушку, а потом улеглась бы спать на сырую скамейку в парке.

В зале пока никого не было.

– Ваше место здесь, – указал Брэдли на один из стульев.

Я опустилась на мягкое бархатное сиденье, а он прошел к другому концу стола. Раздражал меня Брэдли не на шутку, и все же мне не хотелось оставаться одной. Интересно, кто сядет рядом? Я окинула взглядом серебряные приборы, чувствуя, как в душе зарождается тревога.

Три вилки, два ножа, две ложки. Мне никогда не приходилось пользоваться подобным арсеналом. Тяжело сглотнув, я уставилась на самый большой нож и осторожно тронула его пальцем. На глаза навернулись слезы.

Сестренка…

Я выдохнула и на секунду зажмурилась.

– Мисс Рао…

Медленно обернувшись, я встретилась взглядом с бледными зелеными глазами миссис Айвори. Ее светлые волосы были распущены и завиты в мягко блестящие локоны. Не знала, что они такие длинные – на первой встрече она их закалывала. На шее переливалось жемчужное ожерелье; к ужину миссис Айвори нарядилась в нежно-розовое платье – хоть на красную дорожку Голливуда выходи.

– Привет, – с облегчением выдохнула я.

Все какое-то разнообразие – богатая разноцветная комната, розовое платье. Ну есть у хозяев пунктик насчет стерильной атмосферы дома и скучной однотонной одежды прислуги – и что?

Миссис Айвори вдруг наклонилась и, прикоснувшись к моим вискам руками в шелковых перчатках, поцеловала в макушку.

– Мы счастливы, что ты к нам присоединилась, Деми! Наши работники – не просто прислуга. Они настоящие члены семьи. Верно, Конрад? – не оборачиваясь, спросила она.

Тот вошел совершенно бесшумно и встал за нашими спинами в потрясающем темно-синем смокинге.

В отличие от старшей сестры, кожа у меня и вправду была гораздо светлее. Когда краснею – сразу заметно. Миссис Айвори, задумчиво приподняв брови, перевела взгляд с меня на молодого человека.

– Конрад, садись рядом с Деми.

Ее легкая улыбка заставила меня смущенно потупиться. Неужели она поняла, что я строю глазки ее сыну? Паршиво… Сейчас-то, может, оно и к месту, но, как только я переоденусь в униформу домработницы и полезу драить хозяйский унитаз, мои заигрывания будут восприняты совсем иначе.

– Миссис Айвори, я очень рада здесь работать, – откашлявшись, произнесла я. – Обещаю, буду делать все, что прикажете.

– Ну-ну, когда-нибудь мы поймаем тебя на слове. Не правда ли, дорогая?

Подошедший к нам доктор Айвори глянул на меня, положив руки на плечи жены. Вот черт, надо было встать, но теперь уж поздно…

Конрад уселся на соседний стул, пока родители нежно обнимались, и посмотрел мне в глаза.

– Я тоже счастлив, что ты с нами, Деми.

Миссис Айвори запечатлела на моей макушке еще один поцелуй.

Для большинства людей подобные жесты ничего особенного не значат, но меня никто и никогда так не целовал. Впечатление было настолько сильным, что я даже испугалась. Нельзя проявлять уязвимость; не хватало еще вбить себе в голову, будто хозяева и вправду ко мне неравнодушны.

Нет уж. Чем больше я себе навыдумываю, тем страшнее будет потом разочарование. Работа и работа, отличные условия проживания – и ничего больше.

– Спасибо за такую возможность, доктор Айвори. Я действительно очень вам благодарна.

Доктор презрительно усмехнулся и, отходя к другому концу стола, пробормотал себе под нос:

– Благодарна за возможность возиться в чужом дерьме…

Я медленно отвернулась и опустила глаза на пустую тарелку.

– Мне стыдно за него, Деми, – прошептал Конрад так тихо, что я едва расслышала.

Посмотреть ему в лицо я не посмела. Мои щеки зарделись – не от того, что рядом сидел красивый парень, а от дурацкой ситуации: пришлось выслушивать извинения от сына унизившего тебя работодателя.

Самое глупое, что все правда. Чем меня унизили? Можно воображать себя королевой, сидя за столом в красивом платьице после первого за долгое время душа, только это ничего не меняет: меня наняли драить хозяйские сортиры.

Я молчала, переживая в уме неловкий момент. В это время на противоположной стороне открылась дверь, совершенно незаметная на фоне яркой стены, и в зал гуськом вошли несколько женщин в белых, облегающих фигуру платьях до середины бедра. Каждая держала в руках поднос с едой. Они синхронно скользили к нашему столу, и у меня вдруг застыла кровь в жилах. Все как одна стройные блондинки европейской внешности с короткими аккуратными прическами и зелеными глазами. Ни на одной не было макияжа, и все они выглядели… безупречно чистыми. Я заметила, как четко выделяются в вырезах платьев ключицы и скулы на их лицах. С одной стороны – задумаешься, с другой – не похоже, что их здесь морят голодом или как-то не так обращаются.

Все равно безумие. Эксцентричная семейка, черт возьми… Я бросила взгляд на миссис Айвори; та радостно улыбалась и хлопала в ладоши, не отрывая глаз от девушек.

По залу разнесся легкий звук – мне померещилось в нем нечто волшебное и возвышенное. Хм, арфа? Освещение убавили, оставив полную яркость лишь на одном светильнике, выхватившем из темноты женщину в длинном золотистом платье.

Присмотревшись, я увидела, что ее светлые волосы на самом деле крашеные, с отчетливыми темными корнями. И все равно она была прекрасна. Тонкие длинные пальчики перебирали струны, извлекая из них чудесную мелодию. Музыка поплыла по темному залу, и мое сердце тревожно забилось. Ненавижу музыку… Зажмурившись, я осознала: дом как раз и привлекал меня своей тишиной. Здесь никто не пытался заглушить…

– Это Миша, – склонившись ко мне, шепнул Конрад. – Она скоро нас оставит.

Я бросила на него взгляд, хотя темнота не позволяла рассмотреть выражение лица.

– Оставит?

Как странно он сказал… Я ждала продолжения, однако Конрад замолчал, уставившись на Мишу.

– Чем она здесь занималась?

Я и сама поняла, что в моем голосе прозвучала тревога. Наверняка ее заметил и Конрад.

Он вздохнул и откинулся на спинку стула.

– Ты ее заменишь, Деми.

Что за история такая? Домработница в золотом платье, играющая на арфе?

И тут до меня кое-что дошло. Ужин-то вовсе не в мою честь. Нет, похоже, семья Айвори сегодня провожает Мишу.

Но… почему «оставит», а не «уволится»?

Глава 16

После выступления Миши ничего необычного