Горничная с проживанием - Моника Арья

уже не происходило. Оставив арфу, она села за стол. Мне ужасно хотелось с ней поговорить, расспросить, почему она отказалась от должности, которую теперь займу я. Увы, при взгляде на тарелку, наполненную свежеприготовленными экологически чистыми продуктами, у меня внутри что-то перевернулось, и я вспомнила присказку мамы: если сидишь в яме, не копай. Чем глубже будешь в нее погружаться, тем легче забросать тебя землей, тем меньше шансов выбраться. Так зачем закапываться, если есть шанс вылезти наружу?

В Айвори-хаусе живут богатые люди со странными заскоками: персонал на одно лицо, любимая домработница, которую наряжают в золотое платье, дают прощальный ужин в честь ее ухода… Наверное, Миша накопила достаточно, чтобы перейти на следующий этап жизни. Возможно, Айвори с удовольствием помогают несчастным молодым женщинам, а затем выпускают их, словно птичку из клетки?

Кивнув своим мыслям, я нахмурилась, изучая лежащие передо мной блестящие серебряные вилки.

– Сейчас потребуется вот эта, – подсказал Конрад, коснувшись нужной, и мягко улыбнулся.

– Ага, спасибо. А я уж думала, что лишняя – для расчесывания волос.

Я подмигнула ему, отпустив детскую шутку из «Русалочки». Последний фильм, который смотрела вместе… вместе с ней.

– Рад, что ты теперь – часть моего личного мира, – подмигнул в ответ парень.

Я едва сдержалась, чтобы не разрыдаться и не обнять его.

– Конрад…

Меня вдруг прервали, осторожно тронув за плечо. Я обернулась и выпучила глаза. Боже, эта девушка вблизи еще прекрасней, чем издалека.

– Привет, я Миша.

Она на мгновение задержала взгляд на Конраде, и я могла бы поклясться: в ее глазах мелькнула боль. Быстро отвернувшись, девушка села на соседний стул и протянула мне руку. Интересно… Такая же стройная, как и остальная прислуга, но с очень ярким, не принятым здесь макияжем.

– Привет! Я – Деми.

Обменявшись рукопожатием, я поразилась, насколько холодной была ее ладонь.

– Ты… ты очень отличаешься от девочек, которых здесь предпочитают, – грустно прошептала Миша.

– Наверное, в Айвори-хаусе есть какая-то квота для национальных меньшинств, – сострила я.

Похоже, Миша не поняла шутку – во всяком случае, выражение ее лица не изменилось.

– После ужина Брэдли проводит тебя к моей комнате. Мне разрешили рассказать тебе об особенностях работы – это очень поможет, Деми. – Она сжала в ладонях мои руки и тихонько выдохнула: – У меня хорошее предчувствие насчет тебя. Надеюсь, именно эти пальчики теперь будут перебирать струны арфы.

Миша приподняла мою кисть и переплела наши пальцы.

Бывает, человек совершает нечто жуткое, а ты в таком шоке, что не можешь ни помешать, ни уйти.

Сейчас был тот самый момент.

– Еще надеюсь, тебе позволят сохранить эти прекрасные черные волосы. – Она отпустила мою руку и отвела со лба прядь волос, выбившихся из пучка, который я попыталась соорудить перед ужином. – Хотя ей наверняка понравится такие носить…

Глаза Миши затуманились, и она рассеянно погладила меня по щеке.

– Миша, хватит! – перебил ее Конрад и отбросил руку девушки от моего лица.

Я сидела ни жива ни мертва, словно онемела.

Похоже, Миша психически неуравновешенна. Может, именно поэтому я и должна ее заменить? Не исключено, что она окончательно съехала с катушек.

– Защищай ее, Кон. – Она печально улыбнулась и разгладила подол платья. – И до свидания, красавчик. Прости, я была недостаточно хороша. А с тобой увидимся чуть позже, Деми.

Она помахала нам рукой и плавно переместилась к другому концу стола. Я перевела взгляд на почти нетронутую еду и принялась закидывать в рот ложку за ложкой. Я не из тех девчонок, что теряют аппетит из-за неприятного разговора – такое может себе позволить только тот, кто точно знает, когда поест в следующий раз.

Конрад наклонился ко мне, распространяя вокруг аромат сандалового дерева с кипарисом, и зашептал:

– Эй, не принимай всерьез Мишины бредни. Она немного… не в себе.

– По-моему, иногда люди, которых называют не совсем нормальными, оказываются самыми честными. Наверное, правда так ужасна, что они кажутся помешанными?

Ощущая на себе взгляд Конрада, я заработала челюстями, пережевывая картофель со сливками. Господи, ну почему в придачу к работе я получаю полный дом чокнутых богачей? Интересно, сколько нужно здесь продержаться, чтобы накопить небольшую сумму, уволиться и найти новое место и новый дом?

М-да, с нынешними моими активами – отсутствие банковского счета и пять долларов с мелочью за душой – трудиться в Айвори-хаусе мне потребуется… Примерно миллион лет.

Средний класс с трудом сводит концы с концами, как же выжить в этом мире девушке вроде меня? Надо заниматься тем, для чего я сюда пришла, а пришла я возиться в чужом… Впрочем, не давала покоя другая мысль: что именно на самом деле мне придется разгребать?

Глава 17

Почти весь остаток вечера я молчала, зато до блеска подчистила свою тарелку. Наконец за мной пришел Брэдли.

– Спокойной ночи, Деми, – смущенно попрощался Конрад, и в его глазах засветилась надежда.

Я чувствовала себя виноватой – все-таки разговаривала с ним не слишком учтиво, а он, как ни крути, один из немногих нормальных людей в этом доме.

– Спокойной ночи, Конрад. Спасибо за вашу доброту. Увидимся, – улыбнулась я.

Он вдруг просиял, вызвав у меня еще более широкую улыбку.

– Увидимся, принцесса Ариэль.

Конрад подмигнул, и Брэдли выразительно откашлялся.

– Мы идем, мисс Рао?

Он картинно согнул руку – видимо, предлагал взять его под локоток.

– Не собираюсь идти с тобой за руку, подлиза, – замотала я головой.

Брэдли сделал каменное лицо, явно стараясь не рассмеяться.

– Тебе следует пожелать доброй ночи доктору и миссис Айвори, – указал он мне кивком на хозяев, – затем у вас встреча с Мишей в Саду пионов.

Я на секунду задержала дыхание. Печально, но, еще не приступив к работе, я уже боялась встречаться с доктором. Как могла миссис Айвори выйти за человека, который того и гляди лопнет от осознания собственной важности?

– Улыбайся, – прошипел Брэдли и подтолкнул меня вперед. – Не будь как на похоронах.

– В реверансе присесть не надо? – огрызнулась я.

– Милая Деми, как тебе ужин? Ты наелась? – с неподдельной заботой осведомилась миссис Айвори.

Говорила она мягко и негромко – голос настоящей матери. Всегда хотела, чтобы моя мама общалась со мной именно так. Увы, она повесила на родную дочку ценник. Я была для нее всего лишь средством достижения цели.

– О, еще как! Огромное спасибо, доктор, миссис Айвори! За прекрасный ужин, за работу… С нетерпением жду завтрашнего дня.

Я искренне сложила руки в молитвенном жесте – до сих пор не могла поверить, что нашла достойный источник дохода.

– Добро пожаловать в наш дом, милая, – вставил слово доктор.