Валерий Рощин - Двадцатый - расчет окончен

«Чего бы только я сейчас не отдал за кружку пива, парочку пе­сен Павла Кашина и молчаливую телку в мягкой постели! – вторил про себя Артур. – Сказал бы лучше, куда едем; что предстоит делать; кого, где и каким способом отправлять на тот свет. И на хрена такие длинные вступления к одной элементарной фразе: убей гражданина США. Обра­зование, специальность и интенсивное обучение не позво­ляют мне интересоваться национальностью или гражданством перед нажатием на спусковой крючок…»

Сзади осталась высокая Бештау, справа промелькнул тонувший меж зеленых холмов Железноводск. Впереди открывалась обширная равнина с устьем Кумы, неспешно несущей свои прозрачные воды на восток – к Каспию.

– Тебе незачем много знать о предстоящем задании, – наконец-то соизволил перейти к более конкретной теме собеседник, – но знать в общих чертах о мотивах короткой поездки в одну из крупнейших ев­ропей­ских стран – не помешает. Вот почему я рассказываю об амери­канцах. Они сделали многое для того, чтобы осложнить нам жизнь в Чечне; сейчас добиваются создания так называемой Балтийско-Чер­номор­ской дуги из своих новых союзничков. Мы в свою очередь ста­раемся проти­востоять этому и, к тому же, ослабить их влияние в Азии – что с достаточным успехом и делаем…

«Достал! – мысленно зевнул Дорохов. – Японский конспира­тор…»

– …Ничего-ничего! Эти идиоты еще пожалеют о том, что поса­дили на электрический стул наш социализм. Советский Союз был ко­лоссом на глиняных ногах, а рыночная Россия им быстренько утрет шнобель. Мы еще многих заставим вспомнить славный тринадцатый год прошлого века!.. Короче говоря, как заявлялось на одном высоком и закрытом заседании: США должны быть где-то останов­лены, и Иран для них – красная черта…

«Скорей бы куда-нибудь приехали…»

– Вот при­близительно с этими вопросами и будет связан твой предстоящий вояж. Извини, большего сказать не могу…

– Спасибо, я все понял, – вымученно улыбнулся Артур, – меньше знаешь – дольше живешь.

– Совершенно в дырочку, японский конспиратор! – в свою оче­редь усмех­нулся новый знакомец.

Впереди показалась дорожная развязка. «Мерседесы» не повер­нули вправо – к Минводам, а пронеслись прямо – к аэропорту.

– В салоне рейсового самолета о делах мы говорить не бу­дем, – предупредил «покупатель». – До твоего отлета на задание оста­ется чуть менее трех суток. Подробный инструктаж получишь позже – в Москве.

«По крайней мере, с этим определились. Значит, сейчас полетим в столицу, – подумал Дорохов. – Два часа лету… И то слава богу – испол­нится заветная мечта последних лет жизни: спокойно поспать днем…»

Глава третья

Москва. 28–30 августа

– Как давно ты переводил деньги своему отцу?

Вопрос больно резанул по самому сердцу; грудь сдавило непри­ятным холод­ком. Наверное, оттого, что где-то да­леко в подсознании постоянно тлело беспокойство по поводу отца-инвалида; не давали покоя все эти подленькие завуалированные намеки, переходящие в прямые угрозы в случае неадекват­ного поведения выходцев из учеб­ного Центра…

Еще перед посадкой на рейс «Минводы-Москва» «покупатель», наконец-то, представился, назвавшись Александром Сергеевичем. Фамилии, правда, услышать не довелось, однако вскользь тот обмол­вился: дескать, за двадцать пять лет работы в разведке дослужился до ге­неральского чина и на том останавливаться не собираюсь…

В столице их встретил такой же эскорт из двух автомобилей с то­нированными стеклами и доставил в подмосковный закрытый санато­рий, с подозрительными парнями в штатском, неспешно курсирую­щими вдоль тенистых сосновых аллей. Ночь Дорохов провел в пре­красном одномест­ном номере – спать завалился в девять вечера, а проснулся лишь в де­сять утра; завтрак принесла улыбчивая, но несло­воохотливая девушка прямо в номер. А к полудню опять нагрянул Александр Сергеевич в сопро­вождении охранника, тащившего свертки, коробки и пару новеньких отглаженных костюмов на плечи­ках под целлофаном…

– Последний перевод отправил месяца три назад, – сдержанно от­ветил Артур, стараясь не выдавать волнения.

– Какую ты обычно посылал сумму?

– По-разному. От пятнадцати до тридцати тысяч. Лекарства нынче жутко дорогие…

– Понимаю. Значит, мы не рассчитали с суммой – слегка пере­борщили. Но это неважно. Сейчас у тебя будет возможность погово­рить с ним по телефону, – остановившись у раскрытой балконной двери, прикурил тот сигарету. – Он не в курсе о происшест­вии с рас­стрелом на проселочной дороге, равно как не знает и об уголовном деле. Поговори с ним так, как всегда разговари­ваешь после команди­ровок: мол, все нормально – жив, здоров – вернулся в гарнизон, отды­хаю в профилактории…

Он достал из кармана сотовый телефон и, пыхтя сигаретой, начал набирать номер. Но, прежде чем нажать на зеленую клавишу, одарил своим пронзи­тельным взглядом:

– Да и по поводу денег. Скажи: сегодня отправил ему переводом пятьдесят тысяч. Наплети что-нибудь… боевых получил побольше или командование премировало за удачно проведенную операцию. Ты ведь и в самом деле отлично отработал с группой у той реки – сдерживая часть банды. Не так ли?..

– Совру – не беспокойтесь, – снова подивившись информирован­ности генерала, поморщился Дорохов.

– Хм, похвально! Хороший шпион должен лгать почти бессозна­тельно…

Однако капитан поспешил предупредить:

– Отец на­верняка спросит и на счет отпуска – я всегда наведы­вался после ко­мандировок. Что сказать по этому поводу?

Тот неопределенно развел руками:

– Намекни на середину сентября. Раньше никак не получится… И вот еще что, Артур, – выпуская на улицу струйку дыма, впервые на­звал он его по имени, – я искренне надеюсь на взаимопонимание и до­брые отношения между нами. Во время твоего отсутствия за отцом, ко­нечно, будут наблюдать. Но это наблюдение скорее можно окре­стить… охраной, что ли… Опекой или гарантией от всяких форс-ма­жорных обстоя­тельств – мало ли в нашей стране, может с человеком приклю­читься.

– И что же эта гарантия из себя представляет?

– Во-первых, к нему будет регулярно наведываться врач – твой отец, насколько мне известно, инвалид и нуждается в подобном на­блюдении. Нор­мальный, проверенный врач – не из тех, что отбывает номер или всеми способами тянет с больного деньги. Во-вторых, якобы по ли­нии собеса организуем доставку продуктов и всего необ­ходимого. Если согласится, дадим путевочку в хороший санаторий – пусть отдохнет там, подлечится… Ну и, в-третьих, разумеется, скрытное наблюдение за квар­тирой. Короче го­воря, твой отец будет доволен – это я обещаю.

Дорохов молчал, обдумывая услышанное…

– Держи, – протянул трубку Александр Сергеевич. – И за­помни: – Ты не пожалеешь, если мы станем добрыми друзьями.

После пяти длинных гудков в мобильнике что-то щелкнуло, и послышался до боли знакомый хрипловатый голос:

– Да, я слушаю…

Дорохов, уже не таясь и не стесняясь, тяжело вздыхал.

Опять ав­томобиль с тонированными стеклами, опять несущееся на­встречу темное полотно шоссе, опять дорога в аэропорт… И опять эти ду­рацкие требования дотошного генерала разведки в двадцатый раз по­вторить давно за­ученное наизусть.

– Как будет «здравствуйте» по-французски?

– Утром или днем – бонжур. Вечером – бонсуар.

– Будьте добры, отвезите меня в гостиницу.

– Суайе жантий ме дэпозэ а лотель.

– Нужен номер на одного.

– Же безуэн дюн шамбр пур юн пэрсон.

– На двоих?..

– Де пэрсон.

– Та-ак… Хорошо, – расслабленно откинулся на спинку Алек­сандр Сер­геевич. – Теперь повторим твои действия после прилета в Париж.

– Первое: после посадки в аэропорту «Руасси – Шарль-де-Голль» делаю круг по аэровокзалу и убеждаюсь в отсутствии хвоста.

– Верно. Дальше…

– Второе: сразу после прилета я должен пройти паспортный кон­троль и получить вещи. И ровно через тридцать шесть минут после посадки по­дойти к стоянке такси на­против второго терминала…

– Отлично. Но ты кое-что забыл.

– Нет, про голых баб в моем возрасте забыть невозможно – про­гуливаясь по аэровокзалу, я покупаю глянце­вый журнал с фотогра­фией обнаженной красотки на обложке. Сложив его попо­лам, держу в левой руке и осторожно посматриваю по сторонам – ищу на стоянке агента, описание которого вы обещали дать позже.

– Все точно. Агента я тебе опишу, не сомневайся. Давай дальше…

– Установив визуальный контакт с агентом, прохожу в конец второго терминала – к автобусной остановке и сажусь на автобус ли­нии «Air France», – вперив взгляд в спинку переднего сиденья, бубнил под нос Артур. – Еду до конечной остановки на площади Этуаль. В течение получаса осмат­риваю площадь и, убедившись в от­сутствии слежки, сажусь в такси.