Валерий Рощин - Двадцатый - расчет окончен

Осишвили выбрал для осмотра самый неприятный участок – проходящий через зеленевший островок камышей. Эту густую расти­тельность преподаватели вождения заставляли форсировать исключи­тельно на грузовиках, но и на тех мощных машинах курсанты стара­лись не лезть в середину, где ко­леса норовили увязнуть в толстом слое болотной тины.

Раздевшись, Артур встал в нескольких шагах от друга и посето­вал:

– Врач запретил даже в чистой воде мочить рану, а тут, мля… болото с головастиками. И холерой.

Странно, но эта фраза отчего-то сильно расстроила Сашку. Лицо его помрачнело, брови сдвинулись… Но, быстро опомнившись, он обернулся к инструктору и крикнул:

– Один не выдержал – сэ-сбежал, второй после операции подце­пит заражение кэ-крови. У вас люди, что ли лишние?!

Наставник заметил белевшую блямбу пластыря, украшавшую правый бок кур­санта и снисходительно бросил:

– Дорохов, отставить купание. Осмотри хорошенько эстакаду – вокруг нее по колено…

Пока Артур обходил со всех сторон металлическое сооружение, заглядывая под него и меланхолично шаря по дну босыми ногами, ос­тальной на­род потихоньку добрался до противоположного берега и повернул об­ратно. Один лишь Оська почему-то задержался в камы­шах, тща­тельно прочесывая островок замысловатым зигзагообразным мар­шрутом.

– Сашка, он левее сидит!

– С аквалангом, мля!..

– Не-е… Через палку бамбуковую дышит, – подкалывали его приятели.

Наконец и тому надоело пустое занятие. Вывалившись из зеле­ных зарослей, он крикнул:

– Тэ-трупов нет! Одни живые лягушки. Чатлахи!..

– Держи, – подал Дорохов одежду, когда тот выбрался из воды.

Стуча зубами от холода, Осишвили скоренько оделся. Всю до­рогу до столовой он напряженно молчал, а, поднимаясь по ступень­кам в фойе, с непонятной обреченностью в голосе справился:

– Арчи, тебе л-любые нагрузки возбраняются?

– Да, врач пока рекомендовал воздержаться от нагрузок и резких дви­жений. Если разойдутся швы, дело может принять хреновый обо­рот.

– Так зэ-значит, и в воду нельзя?

– От занятий в бассейне док вообще отстранил на две недели. А почему ты об этом спрашива­ешь?

– Да так… А когда будет можно? Что сэ-сказал доктор?

Вымыв руки и проходя в зал, капитан пожал плечами:

– Обещал через недельку по­смот­реть. Тогда и примет решение.

– Жаль…

– Чего жаль? – не понял Артур.

– Форму потеряешь и занятий мэ-много пэ-пропустишь, – по­спешил объяснить тот, прихватывая из стопки верхний поднос и при­страиваясь в хвост очереди.

Глава пятая

Ставропольский край. 28 мая

Да, Сашка был прав: одну неделю занятий Дорохов уже пропус­тил, впе­реди маячила вторая… Так недолго и потерять с трудом и му­чениями набранную форму.

Потому-то следующим утром, невзирая на освобождение, капи­тан и отважился совершить легкую километровую пробежку по ас­фаль­товым аллеям жилого городка. Пока товарищи, как всегда обла­чив­шись в одинако­вые костюмы и отличавшиеся лишь размером крос­совки, наматывали круги изну­рительного кросса, он короткими шаж­ками, обогнул ка­зармы, бассейн, столовую, учебную часть… Мимо проплыл длинный ряд сим­патичных двухэтажных коттеджей, окру­женных сочной зеле­нью га­зонов…

Каждый новый день для курсантов начинался с жуткого испыта­ния – с двадцатикилометрового кросса. И каждый раз препо­даватели не уста­вали твердить: «Да, парни, осваивать на­выки после подобных нагру­зок тяжеловато, зато потом, в настоящем деле при­менить их бу­дет во сто крат легче». И, скрепя зубами, парни тер­пели…

Сразу после кросса группа прибыла на автодром, построилась в две шеренги перед инструктором по вождению, присевшим на под­ножку большого грузовика.

– Старшина, доложите о наличие людей, – напомнил он, что-то помечая в блокноте.

– По порядку номеров рассчитайся! – скомандовал бывший майор спецназа, исполняющий обязанности старшины группы.

– Первый.

– Второй.

– Третий… – понеслась перекличка по шеренгам курсантов.

– Девятнадцатый, – молвил последний в шеренге и растерянно глянул на пустовавшее место слева.

– Двадцатый – расчет закончен, – крикнул Дорохов, неторопли­вым шагом подходя к месту построения.

– Не опаздывай. Становись в строй, – кивнул старшина и, обра­щаясь к инструктору, доложил: – Группа в полном составе на за­нятия по вождению прибыла.

– Хорошо… Сколько вас?

– Двадцать.

– Двадцать? – поднял тот удивленный взгляд. – Ах да!.. У вас же один сбежал… Вот циркач, блин!

Сделав последние пометки в рабочем блокноте, он сунул его в карман и, прихватив два свернутых разноцветных флажка, встал с подножки. Хлопнув ладонью по гладкому боку автомобиля, сказал:

– На прошлой неделе вы освоили вожде­ние трех различных по тон­нажу грузовых автомо­билей по относи­тельно легкой трассе. Сего­дня задача усложнится – помимо сухих участков вам предстоит фор­сиро­вать наше болото. Сначала по­логий съезд и простейший выезд; затем прыжки с эста­кады и подъем по песку или камышам. Вопросы есть?

– С трамплина прыгать будем? – раздался чей-то голос.

– Нет. Трамплин используется только в заездах легковых автомо­билей.

– А по улицам зэ-здешнего «города» когда будем гонять? – по­ин­тересовался Осишвили.

– Гонки по городским улицам с преследованием или уходом от погони являются завершающим этапом подготовки. Это самые слож­ные, а так же наиболее вероятные элементы в вашей дальнейшей ра­боте. И их мы отработаем до автоматизма – не сомневайтесь. Всему свое время…

Глядя куда-то в сторону – на бугры и неровности трассы, Артур не то спросил, не то высказал мнение:

– Неплохо бы и грузовики опробовать среди городских кварта­лов.

– Данный элемент так же входит в программу подготовки, – кив­нул наставник. – Вы правильно мыслите, Дорохов – возможно, кому-то из вас когда-то доведется воспользоваться грузови­ком и в город­ской тесноте. Всяко может быть… Но сначала необходимо овладеть техникой вождения на относительном просторе. Поэтому не будем отвлекаться и забегать вперед. При­ступим…

Сначала инструктор проезжал по три круга с каждым из курсан­тов, указывая при этом на ошибки и подсказывая правильные дейст­вия: где добавить оборотов движку, где перейти на пониженную пере­дачу; какая крутизна склона стерпит пренебрежительное к себе от­но­шение, а какая непременно опрокинет машину… Затем правое инст­рукторское кресло занимал второй обучае­мый, и они на пару по­вто­ряли уже известный маршрут. После чего менялись местами, и гонка по бездорожью про­должалась…

Дорохову трястись на ухабах врач запретил, потому бедолага со скучающим видом сидел на невысоком взгорке неподалеку от старто­вых ворот и наблюдал за тре­ни­ровкой товарищей.

Быть может, оттого что рядом постоянно находился закадычный друг Оска, или же благодаря натуре равнодушного фаталиста, но все невзгоды, равно как и вынужденное заключение в бе­тонном пери­метре, вос­принимались Артуром спокойно, без душевной истерики. Постепенно стали забываться неприятности с расстрелом пассажиров «уазика», с недельным житием под арестом, с однообразными прово­кационными допросами ушлых следователей военной прокуратуры… Мысль о неизбежности пребыва­ния в учебном Центре понемногу за­полнила сознание, утвердилась там. Он все реже вспоминал прошлую жизнь, и все чаще пытался за­глянуть вперед…

Вот и сейчас, сидя на взгорке, всецело был поглощен созерца­нием заездов большегрузных автомобилей; при этом с тоскою поду­мывал: «Лучше уж гонять по трассе на мощном грузо­вике, чем тор­чать без дела с чертовым пласты­рем на боку!..»

Покусывая тонкую травинку, Артур выхватил взглядом Оську, улыбнулся… Оказавшись в списке допущенных к заездам последним – девятнадцатым, тот отмотал положенные круги с мастером вожде­ния и теперь остался в кабине один, без напарника. Выглянув в окно, бывший старлей пома­хал приятелю рукой, что-то задорно крикнул, да слова потонули в шуме рычащих двигателей. Капитан в ответ тоже от­махнулся – езжай, мол, балбес! Да повнимательней посматривай на дорогу. А позже – за ужином, поговорим.

Тупоносый «Вольво» с пустой короткой платформой для пере­возки фур выпустил из трубы клуб темного дыма и ринулся через стартовые ворота…

Первый круг Сашка прошел отлично. Дорохов не сводил глаз с белой кабины, прикидывая и придирчиво сравнивая, как сам бы справлялся с преодолением препятствий и крутых поворотов.

Особенно впечатляли полеты с полутораметровой эстакады.

Мастер вождения перед прыжками строго предупредил:

– Ничего не изобретайте! Просто держитесь накатанной колеи и помните главное: машина должна сойти с обрыва строго под девяно­сто градусов, чтобы оба передних колеса потеряли опору одновре­менно. Это обезопасит вас от завала набок и серьезной аварии…