Детектив за обедом. Убийство подают горячим - Токуя Хигасигава

он всего лишь дворецкий. Его удел — тихо чай разливать, а не сражаться с убийцами. Да и не он, а я — Рэйко Хосё, черная роза следственного отдела Кунитати — должна поймать преступника!

С этими мыслями Рэйко крепко сжала в руке телескопическую дубинку, и тут незнакомец в маске внезапно ринулся на нее. В тот же миг из-за кровати вынырнула какая-то тень — она метнулась вперед и, отразив удар сабли, встала между Рэйко и нападающим.

Кагаяма!

Словно бы почуяв угрозу, противник отступил к стене. Рэйко, спрятавшись за спиной дворецкого, срывающимся голосом проговорила:

— Куда же ты делся?.. Я думала, ты бросил меня…

Она была готова разрыдаться. По правде говоря, перепугалась Рэйко не на шутку.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать, одзё-сама. Извольте теперь доверить это дело мне.

— Какое еще «доверить мне», глупый ты дворецкий! Если мы сейчас вдвоем не навалимся, нас здесь вдвоем и уложат!

— И все же — сначала я, — сказал Кагаяма тоном, не терпящим возражений. Подняв биту до уровня груди и приняв боевую стойку тюдан-но-камаэ[68], он вызвал противника на поединок: — Как насчет того, чтобы сразиться один на один, как подобает мужчинам? Что скажете, Тосиюки?

Что?.. Тосиюки Маэда?!

Рэйко выглянула из-за спины Кагаямы и пораженно уставилась на мужчину в маске. Услышав имя, тот и впрямь будто вздрогнул — пусть всего на долю секунды. Но маски снимать не стал — лишь крепче сжал рукоять сабли и направил клинок на дворецкого. Во мраке комнаты лицом к лицу замерли двое мужчин в черном. Один сжимал в руке саблю, другой — металлическую биту. И если не учитывать разницу в оружии, оба производили на удивление сходное впечатление.

В спальне повисло напряжение, казалось, оно наэлектризовало сам воздух — и вот, словно не в силах дольше вынести затянувшуюся паузу, мужчина с саблей бросился в атаку.

— Ки-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-иэ-э-э-эу-у-у!

С пронзительным воплем, больше похожим на крик хищной птицы из народных сказаний, он ринулся на Кагаяму. Тот, разумеется, никаких воплей не издавал — лишь резко взмахнул битой, молниеносно отражая удар. В самом центре комнаты скрестились меч и бита — и в этот же момент раздался оглушительный звук удара. Не звонкое «дзинь!», а скорее глухое, тяжелое «бдыж!». Двое мужчин на мгновение застыли, словно приросли к месту.

В глазах Рэйко происходящее выглядело как бравый поединок двух равных. Однако уже через мгновение в поведении мужчины с саблей что-то изменилось — его явно охватило беспокойство. Он несколько раз дернулся, будто пытаясь встряхнуться. И именно в этот момент Рэйко отчетливо увидела: на озаренном лунным светом лице Кагаямы промелькнула едва заметная улыбка, словно в знак того, что итог схватки уже предрешен. А в следующий миг мужчина в маске внезапно выпустил саблю из рук и, будто признавая свое поражение, в смятении кинулся к выходу.

— Что?..

Рэйко не понимала, что происходит.

— Одзё-сама! Преступник готов к задержанию!

Голос Кагаямы вернул ее к реальности — Рэйко рванула за преступником и, настигнув его уже у самой двери, точным движением врезала телескопической дубинкой по затылку. Бум! Мужчина в маске пошатнулся и, потеряв равновесие, рухнул вперед. Бдыж! — с глухим стуком он впечатался лбом в дверь. Сраженный двойным ударом — сзади и спереди, — мужчина, казалось, лишился всякой воли к сопротивлению и бессильно осел на пол.

— И это все?.. Как-то уж слишком просто… — пробормотала Рэйко, глядя сверху вниз на преступника, внезапно растерявшего весь свой боевой дух.

— Кагаяма, свет!

Темная комната мгновенно озарилась ярким светом, но взгляд Рэйко был прикован не к поверженному преступнику, а к бите в руках Кагаямы. Это была вовсе не та металлическая, которую он раньше использовал в сражении.

— Что это значит? У тебя ведь до этого была металлическая бита… Когда ты успел поменять ее на деревянную?

— Пока вы доблестно сражались, одзё-сама, я успел заменить ее на запасную. Решил, что в сложившейся ситуации деревянная окажется эффективнее.

Он крепко сжал рукоятку и продемонстрировал Рэйко утолщенный конец деревянной биты — именно туда вонзилось серебристое лезвие сабли, образовав вместе с битой нечто вроде креста. В момент яростного столкновения клинок, отличавшийся поразительной остротой, глубоко вошел в дерево — и намертво там застрял. Вот почему преступник вдруг выпустил саблю из рук и бросился наутек. Теперь, когда Рэйко осознала, что же именно произошло, ей оставалось лишь восхититься изобретательностью Кагаямы.

— Невероятно. Ты понял, что он дерется настоящей саблей, и потому специально взял деревянную биту? Обычно ведь делают наоборот, нет?

— Признаюсь, затея была рискованной, но, как видите, она себя оправдала. Впрочем, одзё-сама, сейчас бы нам… — Кагаяма перевел взгляд на поверженного преступника.

Рэйко еле заметно кивнула и опустилась рядом с ним на корточки.

— Ну что ж… Давай-ка посмотрим, кто ты такой.

Рэйко ухватилась за край маски и резким рывком ее сдернула. Перед ней предстало лицо человека, которому безоговорочно доверяла Кинуэ Кодаме. Лицо ее личного секретаря.

— Тосиюки Маэда… Значит, это и правда был ты. Но почему?.. Зачем?

— Ради мести за любимую!.. — тяжело дыша, воскликнул Маэда с надрывом. — Моя девушка покончила с собой… По вине этой женщины… Я стал ее секретарем только ради мести… Случилось это три года назад, летом… Я никогда не забуду то лето… Мы тогда жили вместе и…

— Так, подожди. — Рэйко прервала исповедь Маэды, выставив перед собой ладонь. — История у тебя, вижу, длинная, да? Давай тогда лучше оставим ее на завтра — расскажешь мне все в допросной. А то, не обессудь, время уже совсем позднее…

По правде говоря, сил выслушивать душераздирающую исповедь убийцы о любви и возмездии у Рэйко уже не осталось.

И как раз в этот момент — щелк! — дверь спальни приоткрылась. В проем робко заглянули двое молодых патрульных в форме.

— А-а, инспектор Хосё…

— Что-то произошло?..

По всей видимости, они прибежали на шум… Вот только немного припозднились. Рэйко устало вздохнула и, уперев руки в бока, бросила на них взгляд, в котором ясно читалось: «Ну что с вами делать?..»

Хотя, вообще-то, если так подумать, то их появление было очень даже кстати. Рэйко величественно выпрямилась, расправила плечи с тем достоинством, которое не оставляло сомнений, кто здесь главный, и отдала патрульным приказ, окончательно ставя точку в этом деле:

— Немедленно доставьте этого мужчину в участок Кунитати. Пока что — за сопротивление при задержании. Но, скорее всего, он и есть истинный убийца Кинуэ Кодаме. Полагаюсь на вас. А, нет, стойте. Нет-нет… Не этого… Этот — не убийца… Убийца — вон тот… А этот… Э-э-э… Как бы объяснить… Ну… Он, вообще-то, на моей стороне. Так что вы уж его не арестовывайте, ладно?

7

— Покорнейше вас благодарю, одзё-сама. Не будь вы столь любезны, меня бы уже заковали в наручники.

Они вновь ехали в лимузине. Сидя за рулем, Кагаяма изливал благодарность с таким усердием, что это уже начинало походить на язвительную тираду. Похоже, его все-таки задело, что, несмотря на активное участие в задержании преступника, он сам едва не оказался под арестом. Впрочем, Рэйко могла понять его чувства.

— Ну а чего ты хотел? Ты и в самом деле производишь какое-то подозрительное впечатление — неудивительно, что тебя приняли за преступника. Да еще и таскаешь с собой всякие странные штуки вроде этой дубинки… Хотя тут уж ладно, сегодня она пригодилась. — Рэйко повертела в руках позаимствованную у Кагаямы телескопическую дубинку. — Кстати, у меня к тебе есть один вопрос.

— Вы хотите спросить, почему убийцей оказался Тосиюки Маэда?

— Меня больше интересует,