Зеркало Архимеда - Наталья Николаевна Александрова

в зеркале и проговорил успокоительным тоном:

— Толя отдыхает.

— Что значит — отдыхает? И опять-таки, кто ты такой?

— Не волнуйтесь, я не причиню вам вреда. Наоборот, я вам помогу. Очень существенно помогу.

— Если ты… если вы хотите мне помочь — остановите машину и выпустите меня.

— Непременно остановлю и выпущу. Но только прежде кое-что вам расскажу. Извините за такой способ, но иначе я не смог бы с вами поговорить.

— Так в чем дело?

— Дело в том, что ваш муж… Вадим… хочет вас убить.

— Что?! — Женщина нервно засмеялась. — Это такая шутка?

— Нет, Надежда Васильевна. К сожалению, это не шутка.

— Я вам не верю! Муж любит меня…

Мужчина промолчал, и Надежда Васильевна произнесла не так уверенно:

— Он от меня полностью зависит…

— А вы не думаете, что рано или поздно это может ему надоесть?

— Все равно, я вам не верю.

— Тогда взгляните на свой телефон. Я прислал вам несколько фотографий.

Женщина взглянула на экран телефона и скрипнула зубами.

Помолчав несколько секунд, она проговорила изменившимся голосом:

— Да, я подозревала, что он мне изменяет. Но, наверное, все мужчины такие… это еще не повод убивать…

— Вы так думаете? А вот та женщина, которая на этих фотографиях, она думает иначе. И она сумела убедить вашего мужа…

— Но он полностью от меня зависит!

— Вот именно. Мне кажется, как раз это — очень серьезный мотив… Вадим считает, что унаследует ваши деньги, вашу фирму и начнет новую жизнь… с этой женщиной.

— Неужели он такой дурак? Он же погубит все дело, потеряет все деньги… Он понятия не имеет, как вести бизнес, у него нет знаний и навыков, он не сумеет управлять фирмой…

— Не сомневаюсь. Но он, наверное, думает иначе.

— Мы могли бы остановиться? Честно говоря, я немного нервничаю, а мы еще едем… это не способствует…

— Конечно… я вижу, что вы справились со стрессом.

— Если бы я не умела держать удар, я бы не многого добилась в бизнесе. Хотя, признаться, этот удар очень сильный…

Машина въехала в тихий переулок и остановилась.

Надежда Васильевна внимательно взглянула на водителя и проговорила строго:

— Вы так и не ответили на мой вопрос. Кто вы такой? И каков ваш собственный интерес в этом деле? Только не говорите мне, что вы — борец за мировую справедливость.

— Не собираюсь.

— Так кто же вы?

— Вообще-то я предпочитаю не афишировать свою профессию. Она у некоторых вызывает… неприятие.

— Но все же. Я настаиваю.

— Вообще-то я выполняю заказы.

— Заказы? Какие именно.

— Ну вы понимаете… довольно специфические заказы. Кому-то мешает жить свекровь, кому-то — конкурент… ну в таких случаях обращаются к людям моей профессии.

— То есть вы — наемный убийца?

— Ну, зачем так грубо… можно назвать меня хотя бы специалистом по устранению.

— Не вижу разницы! Так все же какой у вас интерес в этом деле?

— Вы ведь — бизнес-вумен, и вам хорошо знакомо понятие конкуренции…

— Разумеется.

— Ну так в нашей профессии тоже существует конкуренция, и очень жесткая. Мне удалось узнать, что моему… конкуренту заказали вас. Ну я и подумал, что было бы неплохо…

— Помешать конкуренту?

— А почему бы и нет?

— И что вы предлагаете мне?

— Ну, как минимум я могу помешать вашему устранению. А как максимум — поступить по принципу «око за око».

— То есть… я вас правильно поняла? Вы хотите предложить… устранить моего мужа?

— Ну разумеется, решать вам.

Женщина замолчала, глядя перед собой.

В ее лице что-то неуловимо менялось.

— Черт знает что! Это черт знает что! — Надежда Васильевна почувствовала себя во власти сильнейшего неуправляемого гнева.

Она поерзала на сиденье, снова попыталась открыть дверцу, но та оставалась заблокированной.

— Я дала ему все!

Надежда Васильевна по природе была женщиной сдержанной, то есть умела управлять своими эмоциями, но сейчас слова вдруг полились из нее неудержимым потоком.

— Я нашла его в какой-то ничтожной фирмочке, он прозябал там на крошечную зарплату. Я дала ему все — деньги, машину, положение. Он говорил, что творческий человек, оттого и не получалось у него с работой. Он не может быть как все, ему нужен простор для настоящего творчества, он фотограф с большой буквы.

Он не может снимать женихов и невест на шумных вульгарных свадьбах, не может крутиться на детских праздниках в пестром клоунском наряде и с гроздью воздушных шаров, привязанных к заднице, он — творческая личность, он должен ходить по городу и упорно искать свои темы…

Он видит, как солнце отражается в лужах после весеннего дождя, как радуга выступает на небе, как мальчишки прыгают в речку с деревянного моста…

О, что он умел хорошо делать, так это говорить. Он говорил и говорил, и глаза его то горели, то смотрели вдаль. Еще он брал меня за руку и заглядывал в лицо своим фирменным, специальным, фотографическим, как он говорил, взглядом.

Он говорил, что не занимается портретной фотографией, но для меня он сделает исключение…

Надежда Васильевна споткнулась на полуслове и покачала головой, медленно приходя в себя. Затем продолжала своим обычным, только слегка повышенным голосом:

— Я дала ему эти самые возможности, я купила ему студию, и вот чем он занимается в этой студии! — Она швырнула на пол машины пачку фотографий и растоптала их ногой. — Мерзавец, наглый мерзавец и отвратительный врун!

Водитель выслушал ее слова без всяких комментариев, дал ей выговориться, после чего сказал:

— Мы уже приехали. Если не возражаете, мы можем подняться в ваш офис и там, в спокойной обстановке, более подробно обсудить наши дальнейшие действия…

— Я не возражаю, — теперь голос его собеседницы был абсолютно спокоен. — Правда, у меня были кое-какие дела, но то, о чем вы мне рассказали, важнее…

Надежда Васильевна со своим новым знакомым поднялась в офис своей фирмы. Секретарша бросила на нее удивленный взгляд, но ничего не сказала.

Они вошли в кабинет.

Надежда Васильевна села за стол, Барсук расположился сбоку. На краю стола стоял небольшой монитор, экран которого был разделен на четыре части.

— Это что за монитор? — спросил Барсук хозяйку кабинета.

— А, это… я попросила начальника службы безопасности вывести ко мне изображения с камер у входа в офис, из коридора и приемной. Хочу все время знать, что происходит в фирме.

— Очень правильно. — Барсук повернул к себе монитор и продолжил:

— Позвольте, я изложу вам, как я вижу ситуацию. Перед нами — две задачи. Главное — это предотвратить покушение на вашу жизнь. Второе — разобраться с вашим мужем…

Надежда Васильевна хотела что-то возразить, и Барсук предупредительно поднял