Старая любовь - новые неприятности - Марина Серова

Так что ей прямой резон раскошелиться. А еще пусть приоденет тебя, а там, глядишь, и что-то более существенное тебе обломится. У него денег куры не клюют, и все, считай, ее.

Последнюю фразу Ольга произнесла с тайным умыслом, рассчитывая постепенно подвести брата к главной цели своего плана. Никита с сомнением покачал головой.

— Деньги с нее тянуть… — Он на минуту задумался. — Как-то стремно получается, — ввернул он в очередной раз свое излюбленное словцо.

— А с родной сестры постоянно тянуть деньги тебе не стремно? — зло отозвалась Ольга. — Я, между прочим, с утра до ночи упахиваюсь, чтобы себя прокормить и тебе помочь. И подработки беру постоянно. А у нее деньги, считай, дармовые.

Она ожидала, что Никита ответит какой-нибудь резкой выходкой, но вместо этого он миролюбиво произнес:

— Да правильно ты все говоришь, что ж я, не понимаю, что ли. Надо что-то решать…

— Вот и решай! — с живостью подхватила Ольга. — Пока кто-то другой прежде тебя не решил.

Эта мысль Никиту явно обеспокоила. Он почувствовал себя так, словно кто-то уводил жирный кусок пирога прямо у него из-под носа. А ведь он не лох какой-нибудь, в конце-то концов.

— Сегодня ей позвоню, — заявил он. — Вот как от тебя приду, сразу и займусь.

Тут он вновь подозрительно покосился на сестру, словно внезапно уловив какую-то крайне неприятную подоплеку.

— Слушай, а тебе-то все это зачем? — обиженно спросил он. — Просто чтобы бабки перестать мне давать?

— Да подожди ты хныкать, — оборвала его Ольга. — Там ведь такие перспективы.

— Да какие перспективы?! — возмутился Никита. — Ну подкинет деньжат пару раз, да и то не факт. А потом ей все это надоест и…

— А ты сделай так, чтобы не надоело, — назидательно возразила Ольга. — Предложи ей уйти от него и выйти за тебя замуж.

— И что? — хмыкнул Никита. — Предположим, подаст она на развод, а он выставит ее в чем мать родила. И будем мы с ней вдвоем на съемной хате у тебя бабки просить.

— У нее своя квартира есть, — язвительно напомнила Ольга.

— Ну да, вот сейчас она все бросит и с богатым Буратино разведется, чтобы меня в свою квартиру привести. И будем мы жить-поживать…

— Да подожди ты, — улыбнулась Ольга, и эта улыбка заставила Никиту замолчать. Было в ней что-то жуткое, словно сейчас перед ним была не старшая сестра, а злая колдунья из книжки с картинками. Он даже головой помотал, чтобы отогнать этот неведомо откуда всплывший давно забытый образ.

— Чтобы выйти за тебя замуж, ей необязательно разводиться, — проговорила Ольга, внезапно понизив голос. — Она ведь может и овдоветь.

Никита застыл, глядя на сестру во все глаза.

— Т-ты чего? — выдавил он наконец. — Ты что, предлагаешь его… того? — Он словно внезапно разучился говорить и теперь с трудом подбирал слова, до того его ошеломило предложение сестры.

— Глупенький! — Ольга невольно рассмеялась над его растерянностью. — Он ведь и сам вполне может с этим справиться. Ну переутомился в постели, с кем не бывает. Так все это будет выглядеть.

— Не, я на это не подписываюсь. — Никита даже отшатнулся, представив, какие могут быть последствия. — На такие дела меня не подбивай.

— Тогда сиди на съемной хате, — спокойно отозвалась Ольга. — А то можешь сюда вернуться, дорогой братик, чего твоей комнате зря пустовать. Денег больше не получишь.

На это Никита ничего не ответил, молча глядя прямо перед собой. В нем явно боролись жадность и трусость, победу попеременно одерживало то одно «похвальное» качество, то другое. Парень тяжело переводил дыхание, на виске пульсировала жилка.

— Да не дрейфь, — сжалилась Ольга. — Ты, главное, обольсти ее, подведи к этому решению. Остальное я беру на себя.

Никита обернулся к сестре. Облегчение в его взгляде чередовалось с недоверием и испугом.

— А без этого никак? — спросил он чуть ли не жалобно.

— Пока рано что-то утверждать, — деловито отозвалась Ольга. — Надо тщательно изучить ситуацию. Может, у нее есть собственные средства, на которые вы сможете жить. Да и не выставит он ее голую и босую, наверняка подарит что-нибудь на прощание. В общем, предварительно надо будет все выяснить. Вот ты этим и займись.

— Вы что же, уже тогда решили убить Белорецкого? — спросила я, когда Осокина сделала паузу в своем повествовании.

Та испуганно покачала головой.

— Нет, я не собиралась никого убивать, — пробормотала она. — Я просто хотела подразнить Никиту, чтобы он не думал, что деньги так легко достаются. А Темочку я решила наказать.

— Как именно? — уточнила я.

— А так! — запальчиво заявила Осокина. — Чтобы благодаря моему братику у Темочки рожки выросли. А теперь остались от Темочки рожки да ножки, — съязвила она, не сдержавшись.

Сделав вид, что спокойно проглотила эту ложь, я потребовала, чтобы Осокина продолжила свой рассказ.

— А больше, в сущности, и рассказывать нечего, — усмехнулась она. — Эта девка клюнула на сладкую ложь, поверила, что в Никите взыграли чувства, которых у него отродясь не было. Он ведь, кроме себя, никого никогда не любил. А встречались они действительно у него в съемной квартире. Он до беспамятства боялся, что Белорецкий узнает об их встречах, вот и заставлял Ветку переодеваться в разные хламиды и парики менять, чтобы не узнал ее никто в случае чего. Ну и мне это было на руку, ко мне ведь ни одна ниточка не вела. Все уж и думать забыли, что у нас с Темочкой был роман. Да и не знал почти никто. Разве что старички его закадычные, да и они бы ничего не заподозрили, столько времени прошло…

— Сейчас речь не о Белорецком, а о вашем брате, Никите Осокине, — напомнила я. — Что произошло после того, как ваш брат и Виолетта Дорошева возобновили отношения?

— А все шло так, как я и запланировала, — самодовольно заявила Осокина. — Они встречались, Никита тянул с нее деньги, и она никогда не отказывала. Он периодически делал ей предложение, она колебалась. Никита притворялся обиженным, специально пропадал на несколько дней, не отвечал на ее звонки и сообщения. Выводил из равновесия, так сказать.

— А что делали вы? — поинтересовалась я.

— А я подводила его к мысли, что он должен разобраться с Белорецким, — спокойно сказала Осокина.

— То есть убить его, правильно я вас поняла?

— Ну должен же он хоть что-то сделать сам, — пожала плечами Осокина с таким видом, словно поручала своему брату решить какую-то бытовую проблему. Например, починить подтекающий кран в кухне или подправить покосившийся забор.

— И как же вы подводили его к этой самой мысли? — иронично поинтересовалась я.

— Да просто постоянно капала ему на мозги, — раздраженно отозвалась Осокина. — Напирала