Безнадежные - Татьяна Семакова

я, перекинув сантиметру ленту через плечо, чтобы записать замер. — Он был рад. Без помощника не совсем удобно, — бормочу я и зависаю с ручкой над листом.

— Он работал один? — спрашивает Бугрова.

— Нет, — ухмыляясь своим мыслям, отвечаю я. — Если я правильно помню, помощница у него была. Но семья — это всегда надежнее.

— Полностью согласна, — охотно поддерживает она. — Саша решил не принимать участия в семейном бизнесе, а вот мой младший, Леша, охотно идет по стопам отца. И это, как любит повторять супруг, лучшее бизнес-решение, которое он когда-либо принимал.

Она с удовольствием рассказывает о своей семье, но со всем вниманием слушает ее, пожалуй, лишь охочая до сплетен Вера. Я же витаю в своих мыслях, подгоняя время. И все потому, что вспомнила предысторию знакомства Бориса и мамы. А точнее, рассказ о том, как в ателье освободились сразу две вакансии. И почему «порядочный» — главное требование к соискателю.

Глава 16

Я то и дело поглядываю на экран мобильного, и когда наконец звонит Бугров, я кидаюсь к телефону, как алкоголик к бутылке.

— Да! Где ты? — выпаливаю я, на мгновение забыв, что не одна.

Елена Дмитриевна пытается подавить улыбку и немного склоняет голову, а я чувствую, как к моим щекам приливает кровь.

— За дверью, — весело отвечает Бугров.

Я подрываюсь с места и тороплюсь открыть, но, когда вижу глуповато-шкодливое выражение его лица, получившееся из-за невозможности спрятать детскую радость, раздражаюсь.

— Хватит, — шикаю я на него, исподтишка ткнув пальцем ему в живот.

— Я не при чем, — сдавленно смеется он. — Мама, — с ноткой укора говорит он, закрыв за собой дверь.

— Да? — невинно отвечает она.

Бугров тяжело вздыхает и снимает куртку. Вещает ее в шкаф и достает пальто своей матери.

— Как грубо, — нахмурившись, тихо говорю я, отнимая пальто и вешая его обратно.

— Тебя не поймешь, — обреченно бормочет он.

— Мне в самом деле пора, — говорит Елена Дмитриевна, поднимаясь. — Вера, подбросишь меня?

— Конечно-конечно, — пропевает Вера, наслаждаясь очередным спектаклем в первых рядах.

Я оформляю два заказа, складывая их в стопку к трем другим, и без зазрения совести беру предоплату.

— Рада была познакомиться, — тепло прощается Елена Дмитриевна, одевшись при помощи сына. — Давно не слышала, как ты смеешься, — шепчет она Бугрову, когда тот наклоняется и обнимает ее.

— Границы, мама, — невзначай произносит он.

— Вот будут свои, их и воспитывай, — назидательно парирует она. — Дашенька, до встречи!

— До встречи, — улыбаюсь я и с удовольствием закрываю за гостями дверь.

— Даже не представляю, что ты сделала, чтобы ей понравиться. Этой женщине невозможно угодить, — довольно хмыкает Бугров.

— Я ей нахамила, — со счастливой улыбкой сообщаю я.

— Понял, — брякает Бугров, почесав бровь. — Я с новостями, — съезжает он с опасной темы. — Ты была права насчет своего дятла. Его уволили почти месяц назад. По собственному, но я поспрашивал народ…

— Ясно, — перебиваю я его, поморщившись. — То-то он был нацелен делать ремонт в том подвале. Конечно, столько свободного времени… Ладно, неважно. Что насчет алиби?

— С этим глухо. Я выяснил, как зовут ту студентку, но где она сама — нет. Сегодня уже нет смысла возвращаться, съезжу завтра.

— Можно поступить проще, — пожимаю я плечами, стараясь не углубляться в ощущение, будто меня изваляли в отходах жизнедеятельности. — Но это потом. Сейчас мне нужно кое-что посмотреть… — бормочу я, следуя в подсобное помещение, где стоят запертые на ключ стеллажи со старыми бланками заказов и другими документами.

Открываю и несколько секунд без мыслей таращусь на некогда заваленные папками полки.

— И что здесь было? — интересуется Бугров.

— Имена и телефоны всех клиентов с момента открытия, бухгалтерские журналы, накладные от поставщиков, — на автопилоте перечисляю я, не сводя взгляда с клочка бумаги цвета слоновой кости и размером чуть больше квадратного сантиметра, лежащего на средней полке по центру. Такой маленький. Но как же много, черт возьми, в нем смысла. — Точно, папа же оцифровал все важное, — изображаю я проблеск сознания и поспешно выхожу из подсобки.

В мастерской нахожу ноутбук Бориса и пока он запускается, размышляю о том, что и мне неплохо было бы нанять бухгалтера и помощницу. И если во втором случае я худо-бедно справлюсь, то в первом — без шансов. Ну не мое это. Да и такого же терпеливого учителя, как у Бориса, у меня уже точно не будет.

Я запускаю бухгалтерскую программу и долго пялюсь на экран, пока Бугров не спрашивает:

— Так что мы ищем?

— Данные по сотруднику, — на тяжелом выдохе бормочу я.

— Я не эксперт, но, если не ошибаюсь, нужно перейти в раздел «кадры», — размеренно наговаривает он, склонившись надо мной и положив ладонь поверх моей, покоящейся на беспроводной мышке. — Вот сюда… Потом — кадровые отчеты. Ну и формируем отчет с личными данными сотрудников.

— Откуда ты знаешь? — изумляюсь я.

— Это самый быстрый и надежный способ найти контакт сотрудника. У меня их несколько больше, чем три. Не буду же я их всех перебивать в телефон, — бормочет он, шаря взглядом по экрану. — Чекмарева Светлана Юрьевна, — читает он. — На четыре года младше Бориса. Я мыслю в правильном направлении?

— Да, — брякаю я, медленно вытаскивая свою руку из-под его. — Она может быть той самой связью от воришки к папе. И, насколько мне известно, уволил он ее как раз за воровство. А заодно и бухгалтера, который ее прикрывал.

— Что тут можно украсть? — удивляется Бугров.

— Много всего, если знаешь, что с этим делать. Та же ткань. Она больших денег стоит, между прочим. Стоимость готового изделия не просто так высокая. Но, по-моему, она еще и брала заказы мимо кассы. Папа слишком поздно заметил, она работала на него больше десяти лет.

— Расстроишься, если я озвучу очевидное?

— Понятия не имею, о чем ты, так что говори, — пожав плечами, отвечаю я.

— Он точно с ней спал, — убежденно говорит он.

— Ты ни о чем другом думать не можешь, да? — язвлю я.

— Сама подумай, — нисколечко не оскорбившись, настаивает он. — Только так умный мужик мог потерять бдительность. А заодно ослепнуть и оглохнуть. А что бывает, когда люди занимаются сексом? — плавно подводит он к тому, что у меня есть сводный брат, но я в этот момент думаю лишь о том, не станем ли мы сами в скором времени родителями. — Правильно, дети. Поздравляю, у нас аж две крепкие версии. Но нужна одна. Прессанем твоего дятла?

— Обязательно, — кровожадно ухмыляюсь я. — Но сначала съездим к тебе, — загадочно добавляю я.

— Зачем? — больше напряженно, чем заинтересованно уточняет Бугров.

— Дизель уже который день один, — с укором