Двенадцать граней страха - Марина Серова

на инвестициях, Гордеев слег с болезнью, профессор Ветров лишился гранта… И все это после подмены их талисманов.

— А про ядовитые вещества что-нибудь есть? — спросила я.

Ленка снова пролистала страницы.

— Вот здесь есть упоминание каких-то составов… — Она нахмурилась, вчитываясь в иероглифы. — «Средство для состаривания бумаги, средство для патинирования бронзы, снадобье для исправления души предателя…» Последнее звучит угрожающе, но конкретный состав не указан.

— Какие еще детали о плане мести ты можешь перевести?

Ленка перелистнула еще несколько страниц.

— Здесь есть записи о том, как он следил за всеми участниками заговора против него. Похоже, он провел месяцы, изучая их привычки, распорядок дня, маршруты… — Ленка вдруг остановилась, вглядываясь в одну из страниц. — О, тут что-то интересное. Слушай: «Сегодня Дорохов нанял нового детектива — женщину. Похоже, он начал что-то подозревать. Нужно ускорить план».

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Когда датирована эта запись?

— Три дня назад, — ответила Ленка.

— В день, когда я взялась за это дело. Он знает обо мне, — медленно произнесла я. — Но откуда? Я не афишировала свое участие, Дорохов клялся, что никому не говорил о моем расследовании.

— Может, у него есть информатор в окружении Дорохова? — предположила Ленка. — Или…

— Или он следит за Дороховым настолько пристально, что заметил меня, когда я приходила к нему домой, — закончила я за нее. — В любом случае это меняет расклад. Я думала, что я охотник, а оказалось, что я тоже фигура в его игре.

Ленка перевернула страницу.

— Здесь еще кое-что, — нахмурилась она. — «Женщина-детектив может стать помехой или союзницей. Нужно присмотреться к ней внимательнее». И еще: «Возможно, она станет свидетелем справедливости. Той, кто расскажет правду, когда все закончится».

Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь. Чен Ли не собирался меня устранять. Он хотел, чтобы я стала свидетелем его мести — летописцем его триумфа. Это было странно льстиво и одновременно пугающе.

— А что насчет дяди? — спросила я. — Ли Чжан участвует в мести?

— Судя по записям, дядя знает о плане, но не одобряет его, — ответила Ленка. — Тут много их диалогов, где Ли Чжан призывает к прощению и смирению, а племянник настаивает на восстановлении справедливости. Классический конфликт поколений.

Я снова подумала о ночном визите Ли Чжана. Он приходил предупредить меня — не угрожать, а именно предостеречь от вмешательства. Он хотел уберечь меня от опасностей, в которые я могла попасть, расследуя это дело.

— Последние записи особенно тревожные, — продолжила Ленка, перелистывая страницы в конце дневника. — Он пишет: «Время приближается. Круг начинает замыкаться. Все фигуры на доске расставлены, включая новую — женщину-детектива. Теперь можно начинать финальный акт представления».

— Когда датирована эта запись?

— Вчера, — ответила Ленка.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар. «Финальный акт» — это могло означать что угодно, от еще одного убийства до публичного разоблачения. Но что бы это ни было, оно должно было произойти в ближайшие дни или даже часы.

— Есть еще что-нибудь о его ближайших планах? — спросила я.

Ленка перелистнула последние страницы.

— Немного. Здесь упоминается какое-то место — «Дом, где началась тьма». И дата — завтрашний вечер. Похоже, он готовит какое-то финальное действие.

— «Дом, где началась тьма…» — повторила я. — Это может быть заброшенный особняк, который принадлежал его семье до ареста?

— Возможно, — кивнула Ленка. — В дневнике есть упоминания о доме с «красной крышей и белыми колоннами», где его семья жила до трагедии.

По описанию я поняла, что это тот самый особняк на Ольховой, 17.

— Ленка, ты настоящий спаситель, — искренне сказала я. — Теперь многое встает на свои места.

— Я чувствую, что помогла тебе докопаться до очень неприятной истории, — она нахмурилась. — Этот парень, Чен Ли — он опасен?

— Сложно сказать, — я задумалась. — Если он убил Лаптева, то определенно да. Но если смерть реставратора — дело рук кого-то другого… Пока не знаю. Он, безусловно, умен, расчетлив и полон решимости, но это необязательно делает его убийцей.

— А что ты собираешься делать дальше? — спросила Ленка, допивая остывший кофе.

— Думаю, мне стоит нанести визит Чену Ли, — решительно ответила я. — Пора посмотреть друг другу в глаза.

— Звучит опасно, — нахмурилась Ленка.

— Потенциально, — согласилась я. — Но менее опасно, чем оставаться в неведении о его планах. К тому же у меня есть страховка, — я похлопала по карману, где лежал дневник. — Думаю, он сильно удивится, когда узнает, что я знаю о нем гораздо больше, чем он предполагал.

Ленка покачала головой.

— Береги себя, Таня. Этот человек десять лет своей жизни посвятил планированию мести. Он не тот, с кем можно играть.

— Я не собираюсь играть, — серьезно ответила я. — Я собираюсь выяснить, кто убил реставратора и кто действительно виновен в том давнем деле. Справедливость должна восторжествовать, даже если для этого потребуется нарушить пару законов.

— Ты сейчас говоришь как этот Чен, — тихо заметила Ленка.

Я замолчала. Она была права — в моих словах звучала та же одержимость довести план до конца. Но только ради правды, а не мести.

— Хорошо, — наконец я кивнула и улыбнулась. — Завтра в семь вечера я у него в гостях. Спасибо, Ленка. Без тебя я бы шла совсем вслепую.

Ленка кивнула, устало улыбнулась и встала.

— Знаешь, Таня, будь осторожна. Он умен и скрупулезен. Но… кто, если не ты, разложит все по полочкам?

Я подхватила ее взгляд.

— Я не позволю очередному невиновному сесть за решетку. Завтра решается не только его судьба, но и моя — ведь теперь я тоже стала фигурой в его дневнике.

Ленка мотнула головой.

— Ладно. Я пойду. Пусть это будет нашей маленькой тайной.

Она ушла, прихлопнув за собой дверь. Я осталась одна, слушая, как щелкает замок, и мысленно прошлась по всему увиденному в мастерской. Чертежи, гончарный круг, дневник — все говорило о тщательно выстроенной мозаике мести.

Я поставила пустую кружку из-под кофе в раковину, выключила свет и подошла к зеркалу в прихожей. Я глубоко вдохнула ночной воздух.

«Послезавтра восемь вечера, — прошептала я себе. — Заброшенный дом с красной крышей и белыми колоннами…»

А завтра мне предстоит найти Чена Ли и поговорить с ним начистоту. День предстоящей встречи обещал стать переломным. Я знала: если Чен Ли действительно готов поведать мне финал своего плана, у меня будет лишь один шанс — вытащить из него правду и не стать пешкой в чужой игре.

С последним взглядом на только начавший просыпаться город я тихо прошептала:

— До завтра, Чен Ли. А точнее, до сегодня.

Глава 11

Просыпаться под «Танец с саблями» Хачатуряна —