Нежная и очень грешная, или Сколько волка ни люби - Ксения Зацепина

трассе мне нравилось. Я даже смогла разогнаться до шестидесяти километров в час. Но когда я оказалась на главном шоссе, ведущем в Москву, со мной опять произошла мистическая метаморфоза. Я тащилась, словно онемевшая черепаха. И все обгонявшие меня водители как один упоминали маму и прочих родственников.

Чудом добравшись до города, я стала искать пункт приема платежей. Наконец-то, увидев яркую вывеску, я припарковалась (ну и что, что медленно? Главное, правильно) и пошла класть деньги на счет.

– Здравствуйте, офис-центр магазинов «Комфорт», Ирина, – услышала я приятный голос в своем ожившем телефоне.

– Здрасте, я бы очень хотела поговорить с Борисом Ивановичем, – честно сказала я, снова усаживаясь за руль «крузака».

– Минутку, – в ухо полилась раздражающая мелодия, а я приготовилась ждать не минутку, а целый час.

– Здравствуйте, приемная Бориса Ивановича Прохоренко, Арина, – против ожиданий, довольно быстро ответили мне.

– Здрасте, подскажите, пожалуйста, как бы мне с Борисом Ивановичем встретиться?

– Лично?

– Ну конечно, лично, а как еще?

– Вам назначено?

– Нет, – покрутила я головой.

– Секундочку, я посмотрю график Бориса Ивановича… Так… двадцать первое ноября вас устроит? В шестнадцать ноль-ноль.

– Нет, – твердо ответила я, – вы знаете, совсем не устроит!

– К сожалению, это лучшее, что я могу для вас сделать.

– Арина, а ваш начальник сейчас на месте? – Я решила действовать по-другому.

– Да, но сегодня он никого не собирается принимать, у него очень важный…

Я отключилась и направилась к станции метро «Серпуховская», где, если верить официальному сайту, и располагался офис-центр «Комфорт». Как уж мне так повезло, что по дороге я не попала ни в одну пробку и ни в кого не врезалась, не знаю. Но через сорок минут я была на месте и, оставив машину у небольшого магазинчика, направилась к красиво отделанному пятиэтажному зданию.

Чтобы отыскать приемную, мне потребовалось всего полчаса, и вот я уже видела перед собой ту самую Арину, с которой совсем недавно общалась по телефону.

– Добрый день, – мило улыбнулась я.

– Здравствуйте, – улыбнулась в ответ секретарша.

– Я к Борису Ивановичу, он у себя? Должен быть, потому что мы еще месяц назад договорились о встрече, – бойко соврала я.

– Месяц назад? – не поверила Арина и открыла какой-то журнал. – Мне кажется, вы что-то путаете… На сегодня у Бориса Ивановича вообще не назначено ни одной встречи.

– Да не может быть, – я лживо всплеснула руками, – я же из газеты, журналистка. Спросите у него сами. Он подтвердит!

– Хорошо, – осторожно произнесла Арина и связалась с боссом по громкой связи: – Борис Иванович, тут к вам журналистка пришла. Говорит, вы с ней еще месяц назад встречу планировали.

– Какая еще журналистка, – послышался из динамика недовольный голос, – ничего я не планировал. Гони ее в шею…

– Борис Иванович, я по поводу Кирилла! Я его знала! Мне очень нужно с вами поговорить! – что есть силы закричала я в устройство, стоящее у Арины на столе.

Динамик стих. Через пару секунд дверь кабинета открылась, на пороге появился совладелец «Комфорта». Надо же, точь-в-точь как и на фотографии: высокий, темноглазый и очень серьезный. Все эти бизнесмены, наверное, чересчур серьезные.

– Вы журналистка и знали Кирилла? – недоверчиво переспросил Прохоренко.

– В какой-то степени, – тихо ответила я и без приглашения прошла в кабинет.

Присев на кресло, я начала:

– Здравствуйте, вы меня не знаете, потому что насчет встречи я договаривалась не с вами, а с Кириллом Юрьевичем, но так как теперь с ним встретиться невозможно, мне подумалось, что…

– Удостоверение покажите, – перебил меня Прохоренко.

– Какое? – удивилась я.

– Журналистское, – пояснил собеседник.

– А я его дома забыла, – быстро придумала я, – нечаянно.

– А из какой вы газеты? – снова поинтересовался бизнесмен.

– Из… «Аргументов и фактов», – сдуру ляпнула я.

Прохоренко вытащил из кармана сотовый и набрал чей-то номер. Ожидая соединения, он поинтересовался:

– Как ваше полное имя?

– Ксения Романовна Радужная, – убито ответила я, чувствуя, что сейчас меня вытурят вон, хорошо, если полицию не вызовут.

– Витя, здорово! Да, Боря Прохоренко беспокоит. Скажи, пожалуйста, у вас там в штате есть сотрудница по имени Ксения Романовна Радужная? Ага, а не из штата? Подожду…

Я ссутулилась и подперла рукой щеку. Очень мило. Так мне и надо. Хоть бы липовое удостоверение на улице купила!

– Спасибо, Вить, очень помог. – Прохоренко убрал сотовый обратно в карман и сердито уставился на меня. – И врать умеючи надо, – упрекнул меня бизнесмен, – а теперь давайте начистоту. Что вам нужно?

Я внимательно взглянула на партнера Ионова и решила, что врать будет глупостью. Такого человека не проведешь, многолетний опыт деловых переговоров и встреч не пропьешь, и теперь, похоже, Прохоренко кожей чувствует, когда его пытаются обмануть. К тому же я была благодарна, что он не стал меня прогонять.

– Дело вот в чем, – вздохнула я и принялась рассказывать бизнесмену про двух полицейских, заявившихся ко мне утречком в среду, без вести пропавшую Лилю и мое трудоустройство в доме Ионовых.

– Неужели вы могли подумать, что я организовал убийство Кирилла? – искренне удивился Прохоренко.

– А что я еще могла подумать? – изумилась я в ответ. – Если рассуждать логически… вся компания теперь принадлежит вам одному. Хотя официально вашим партнером стала Маргарита Геннадьевна, она ничего в делах не смыслит. Так что вы сейчас здесь бог и царь.

Борис Иванович глубоко вздохнул, вышел из-за стола, на котором, кстати, стояла фотография Ионова, и присел на диван рядом со мной.

– Если рассуждать логически, все верно, но если отбросить логику в сторону…

Бизнесмен замолчал. Я не хотела сбивать ход его мыслей, поэтому тоже не говорила ни слова.

– Я знал Кирилла двадцать лет. Ровно. Это долгий срок, поверьте. Почти вся ваша жизнь. И за это время, как ни странно прозвучит, мы ссорились всего два раза. Первый – когда я был против строительства магазина в Зубовском районе. А второй – четыре года назад, когда мы с Кириллом отправились на рыбалку и не могли решить, где удобнее поставить палатку. У нас менялись девушки, хобби, политические убеждения, но одно оставалось неизменным: наша дружба. Вначале мы просто не могли себе позволить конфликтовать, ведь у нас был бизнес, который только вставал на ноги. Нужна была слаженная работа. А потом мы просто уже не могли орать друг на друга и спорить. Привычка решать все неурядицы мирным путем дала о себе знать. Мне даже в голову не приходило, что с одним из нас может что-то случиться… Что мне придется выбирать гроб для Кирилла…

Прохоренко умолк, но вскоре продолжил:

– Я и сам себя много раз спрашивал: кому выгодна смерть Кирилла? Кто будет в выигрыше, если мой лучший