Нежная и очень грешная, или Сколько волка ни люби - Ксения Зацепина

хватит уже о грустном, Кирилла не вернешь, а жизнь продолжается. Вы с Борей не хотите к нам на ужин приехать? А то атмосфера в доме какая-то невеселая…

Конечно, невеселая. Наверное, потому, что кто-то умер.

– Ну так сегодня часиков в десять и приезжайте. Нет? Почему? У Бори дела? А… Понятно. Действительно, как я могла забыть. И все туда же, в то же место? Ага. Ну хорошо тогда, привет ему от меня передавай. Когда вернется, жду вас обоих в гости! Отказа не приму, все! Чмоки-чмоки! Пока, Ларочка!

Наконец-то вскарабкавшись по длинной, как Миссисипи, лестнице, я покачала головой. Вот как нынче обеспеченные женщины живут. Одна забота: кого бы на ужин затащить, а то совсем скучно стало. Всех, кто умер, похоронили, всем, с кем цацкались, няньку нашли. И вот теперь делать нечего. Бедная Маргарита. Мне ее искренне жаль.

Кстати, я заметила, что фотографий покойного в доме почти нет. В гостиной около большого окна стоит этажерка. И все ее полки буквально заставлены снимками другого человека – Артема, младшего брата Кирилла, как мне сказала Жанна. Единственную фотографию умершего хозяина дома найти можно будет только в одном месте. На верхней полке этой самой этажерки.

Я подошла к двери в комнату Лисы и на всякий случай постучала. Как и ожидалось, никто не ответил, и я отважилась зайти. Как и вчера, по всей комнате были разбросаны диски, журналы и всякие безделушки. Я села за компьютер и включила его. На рабочем столе теснилось бесчисленное количество ярлыков, а фоном служили обои с изображением Рианны в одежде, сильно напоминающей комплект нижнего белья.

Найдя значок Internet, я подождала и наконец-то подключилась к всемирной паутине. Открыв поисковик, я набрала «Ионов Прохоренко». Компьютер выдал 1482 ссылки. Многовато будет. Все я определенно не осилю, а вот первые двадцать прочитаю.

Я прочитала несколько статей независимых и зависимых газет, и ситуация стала более или менее понятна. Кирилл Юрьевич познакомился с Борисом Ивановичем на первом курсе торгового института. Оба явно обладали талантом предпринимателя, или, как их называли в те времена, спекулянта.

Окончив вуз, оба поодиночке пытались заниматься мелким бизнесом, но несколько раз прогорали, пока молодые люди не встретились случайно на улице. Борис и Кирилл решили заняться продажей мебели, но не российского производства, а импортного. У Бориса с Кириллом был свой секрет: родственники в европейских странах, которые стали помогать ребятам в приобретении мебели. Так и повелось: Борис отвечал за «внешние контакты», а Кирилл снимал помещения под магазины, строил новые, занимался кадрами. С самого начала Прохоренко и Ионов решили делить прибыль пополам.

Вскоре сеть магазинов «Комфорт» стала разрастаться. Само собой разумеется, что бизнесмены достаточно заработали, чтобы вернуть деньги, взятые в кредит под здоровенные проценты, и вложили полученную прибыль в новые предприятия.

За много лет магазины Прохоренко и Ионова заработали такой авторитет, что хотя мебель здесь отнюдь не эксклюзивная, недостатка в покупателях они не испытывают.

До недавнего времени обязанности совладельцев не менялись. Прохоренко занимался переговорами с производителями, поставками в Москву и другие города России. Ионов же решал производственные и «локальные» проблемы на предприятиях. Кстати, с Кириллом работал его младший брат Артем. Правда, он не занимал должность заместителя директора или вице-президента компании, как сейчас модно говорить. Артем был заведующим одного из магазинов и получал зарплату, равную жалованью других заведующих.

Братья не были коренными москвичами, они родились в маленьком городке под Москвой. Обоих воспитывала мать. Отец ушел из семьи, когда старшему было семь, а младшему всего годик. Кирилл, окончив школу, поехал в Москву «пытать счастья», где и поступил в Институт торговли. Артем, последовавший за старшим братом, имел диплом этого самого вуза. Со своей будущей женой Кирилл познакомился в том же институте. Получив дипломы, Елена Дюжева и Ионов решили пожениться. И, как мне уже было известно, жена умерла при родах, а дочка выжила. Про Лилию, как я и думала, ни слова.

В общем, Борис Иванович мог спокойно «убрать» своего партнера. Прохоренко знал о жизни Кирилла почти все. Кстати, я так до сих и не поняла, зачем Лиля и ее новоиспеченный супруг поперлись на эту дурацкую речку. Что им, в Москве воды было мало?

Я открыла официальный сайт сети мебельных магазинов «Комфорт» и переписала номер телефона администратора, а также адрес офиса Прохоренко и Ионова.

На часах начало первого. Нужно ехать в город, платить за телефон и звонить Борису Ивановичу. Пользоваться местным телефоном мне как-то не с руки. Мало ли кто может стоять у меня за спиной и подслушивать.

Перед уходом я удалила все папки и файлы, которые сохраняла для чтения. Убедившись, что ничего на рабочем столе не выдает моего визита, я уже собиралась выключать компьютер, когда заметила папку под названием «Мое». В другой ситуации я бы никогда не стала залезать в личные файлы человека, но от того, как я буду ладить с Лисой, напрямую зависит ход моего расследования. Я не могу допустить, чтобы меня уволили, – находясь в этом доме я могу спокойно расспрашивать домашних и прислугу о привычках, вкусах и делах погибшего хозяина, ссылаясь на чрезмерное любопытство.

Открыв папку, я увидела многочисленные картинки и, кликнув на самую первую из них, начала просмотр. Это оказались отсканированные фотографии какой-то женщины, скорее всего, это была Елена Викторовна, мама Лисы. И еще с полсотни снимков Кирилла Юрьевича в разные годы его жизни: были и совсем недавние – внизу фотографий стояли числа, – и старые черно-белые. Еще я увидела пару снимков самой Лисы с собакой – большой немецкой овчаркой. Видимо, ее любимец, который или умер, или пропал из дома.

Я вздохнула и выключила компьютер. Вот так-то, думала я по пути в свою комнату, Света, Жанна, Маргарита – все считают Лису бесчувственным монстром, которому бог забыл вложить душу при рождении на свет. А оказалось, что Лиса вовсе даже не бесчувственная. Она помнит и мать, и отца. Только почему-то не хочет говорить об этом и тайно рассматривает фотографии родителей.

Захватив сумку и попрощавшись с горничной и поварихой, я села за руль моего нового боевого коня, коим был джип «Лендкрузер» на короткой базе. Я даже не мечтала когда-нибудь очутиться за рулем такой крутой машины! Так, теперь главное ни в кого не втемяшиться. А то рассчитываться придется долго. Еще и с пенсии отдавать. Ну все, пронеслось у меня в голове, спаси меня господь от дураков на наших дорогах.

С такими мыслями я выехала из ворот. Вообще-то ехать по безлюдной, точнее, безмашинной