Сердце волка - Андрей Михайлович Дышев

платье надеть или черное? А могу красный костюм.

– Лучше джинсы, – ответил я. – И куртку. И прихвати с собой на всякий случай зубную щетку.

Не знаю, как она догадалась, что это уже не шутка. Не переспрашивая, она оделась так, как я посоветовал: получился походный и вполне приличный прикид – джинсовый костюм, кроссовки и спортивная сумка на плече.

* * *

Черт знает, как они в темноте и густом сигаретном дыму видели шары, да еще умудрялись попадать в них кием? Когда мы с Ладой спустились в ночной бар «Бриза», то несколько секунд, ослепшие, стояли на входе, с трудом различая лишь сумрачные тени игроков, колдовавших над бильярдным столом. Мне казалось, что в таком заведении Лада должна была чувствовать, как рыба в воде, но ошибся. Ей здесь было неуютно и страшно. Она невольно прижалась к моему плечу, и я почувствовал, как она тянет меня к двери, на чистый ночной воздух, пахнущий водорослями, выброшенными на берег недавним штормом.

Я взял ее за руку и повел к барной стойке, освещенной красными светильниками, словно фотолаборатория. Мне показалось, что Сереги здесь нет, и я хотел выяснить у бармена, был ли он и будет ли. Но, обойдя бильярдный стол, тотчас заметил в дальнем углу группу парней, потягивающих баночное пиво, и Серегу среди них. Он помахал мне рукой, поднялся из-за стола, заслонив его вместе с братками, и подошел ко мне.

– Здорово, – сказал он, подавая мне мягкую руку, потом кивнул Ладе. Лада уставилась на его черные глаза, мохнатые брови, круглые щеки с ямочками и долго не могла отвести взгляда. Это было нормально. Серега нравился всем девушкам. Иначе, чем "милашкой", этого обаятельного рэкетира назвать было трудно.

Я тронул Ладу за кончик уха и шепнул:

– Посиди пока за стойкой.

Как только Лада отошла, Серега, попыхивая сигаретой, негромко сказал:

– Короче, тебе надо сматываться отсюда на время. Капитан слюной брызжет, ищет тебя. Если поймает – посадит.

– Я скоро уеду, – ответил я.

– Правильно. А куда, если не секрет?

– В Карпаты.

Серега вскинул свои черные брови.

– Я хорошо знаю Карпаты. Могу дать адреса надежных ребят. Скажешь, что от меня – приютят… А куда именно ты намылился?

– В Лазещину.

Серега кивнул, мол, есть такое место, вынул из кармана пачку сигарет, оторвал от нее кусочек картона и ручкой написал адрес в поселке Ворохта.

– Возьми, пригодится. Это не далеко от Лазещины.

Я спрятал картонку в бумажник. По моему взгляду Серега понял, что я пришел сюда не за этим.

– Мне нужна пара гранат, – сказал я.

От такой просьбы Серегу аж передернуло. Он опустил голову, посмотрел на ботинки, потом – по сторонам. Он напоминал совестливого ученика, которого пристыдил учитель. Наконец, Серега с укором взглянул на меня, мол, кто ж говорит о таких вещах прямым текстом? Кивнув, пошел за барную стойку, через складское помещение, заставленное картонными коробками, в тесную подсобку. Когда я зашел следом за ним, он закрыл за мной дверь и сказал:

– Откуда у меня такие штучки, Кирилл? Я же не заведую оружейным магазином!

– Очень надо, Серега.

– Ты что, – усмехнулся он, – надумал кого-то бомбить?

Если начал интересоваться просьбой, значит, готов помочь в принципе.

– Возможно, – ответил я уклончиво.

– Опасная игрушка, – тянул Серега. Он, как и должно быть, не совсем доверял мне и прощупывал издалека. Эта "прощупка" могла продолжаться слишком долго. Меня это не устраивало.

– Так "да" или "нет"? – поторопил я.

– Не знаю, – пряча глаза, ответил Серега. – Может быть, через пару дней.

– Сейчас!

– Ну ты, парень, разбежался! Сейчас! Где я тебе сейчас их найду?

– Я к тебе часто с просьбами обращаюсь?

– Да я понимаю… – махнул рукой Серега и замолчал. А после паузы: – Симпатичная у тебя девочка. А Анна где? Я давно ее не видел.

– С Анной мы поругались.

– Понятно… Так что вам заказать? Пожрать, выпить хотите?

Он круто перешел на другую тему, оборвав разговор о гранатах, но я понял, что он мне поможет. Профессиональная привычка не произносить вслух явный компромат, не обещать ничего криминального – даже, если есть полная уверенность, что я не "пишу" его на диктофон или скрытую камеру.

Мы вернулись в бар. Лада скучала за стойкой, уставившись на стакан с томатным соком. Серега в двух словах и при помощи пальцев объяснил бармену, чего и сколько нам подать в тарелках и налить сейчас, сколько жареных кур и гамбургеров упаковать в фольгу. Я сделал вид, что не заметил, как он склонился над головой одного из своих братков, что-то шепнул, и браток тотчас вышел из бара.

Мы с Ладой съели по две порции шашлыка из осетрины, навернули большую тарелку салата из помидоров и огурцов, выпили неимоверное количество кофе, а Серега все не подходил к нам, не подавал никаких сигналов. Шел третий час ночи. Лада, не понимая, в чем смысл явно затянувшегося ужина, моих разговоров с толстым и смешным парнем, похожим на детского клоуна, и зубной щетки, которую я посоветовал прихватить с собой, со скучающим видом смотрела на телевизор, по которому крутили музыкальные клипы, но ни о чем не спрашивала и не канючила.

Когда я уже собрался заказать по пятой порции кофе, к нам, наконец, подошел Серега.

– Все в порядке, – сказал он. – В твоей машине.

Я удивился, потому как на "опеле" стояла совершенно зверская сигнализация, и открыть двери, не наделав много шума, было невозможно. Впрочем, я не стал высказывать свой скептицизм Сереге, кивнул, а он, упреждая мой вопрос насчет того, сколько я ему должен, сказал:

– Потом рассчитаемся. Разберемся! Ну, все, будь здоров! Счастливого пути!

Лада, опережая меня, вышла на воздух и только там призналась:

– Если бы ты знал, как я ненавижу бары!

– Пойдем спать, – предложил я. – Здесь есть отличная комната!

35

Открывая двери машины, я с любопытством смотрел на нее. Когда