ПОКА НЕ ПОГАСНЕТ СОЛНЦЕ - "Nogaulitki"

— Они для тебя очень важны… — проговорила Богатырева.

– Они моя семья. И я сделаю все для них.

— Им повезло иметь такого друга, — улыбнулась девушка и задумчиво замолчала.

— Надеюсь, — пробормотала я и больше не пыталась разговорить девушку.

Остаток пути мы проделали в тишине.

Глава 25

Я сидела в комнате отдыха во время обеденного перерыва, глупо улыбаясь, пока говорила по телефону с Иркой.

— И что, он даже не поцеловал тебя на прощание? – ухмыляясь, спросила я, выслушав историю подруги о том, как они с Ринатом и Сашкой сходили на выставку авто-роботов.

— Лера! – Ирка приглушенно зашипела в трубку. – Мы друзья, мы просто хорошо провели время!

— И ты даже не хотела, чтобы его слегка колючая щетина елозила по твоему милому личику? – продолжила издеваться я.

— Я сейчас положу трубку и больше никогда не буду с тобой разговаривать! – сердито проворчала Ирка в ответ.

— Ладно-ладно, — подняла я ладонь, сдаваясь, будто Ирка могла это видеть. – Значит, время еще просто не пришло.

— А ты елозила своей щетиной по милому личику Олеси? – ехидно проговорила подруга, чем вогнала меня в краску.

— А я-то тут при чем? – я старалась говорить, как можно спокойнее и тщательно следила за интонацией. – И, кстати, у меня нет щетины. У девушек нет волос на лице, и это одна из причин, почему я предпочитаю женщин.

— А то я не видела, как вы друг на друга поглядываете! – фыркнула подруга, не обращая никакого внимания на мои остальные слова.

— И как же мы друг на друга поглядываем?

— Будто так и ждете момента, чтобы остаться вдвоем и начать делать всякие непристойные вещи!

— Ты серьезно? – подняла я бровь. Неужели Богатырева и правда так на меня смотрит? На душе сразу потеплело.

— Ладно, это ты на нее так смотришь. Но все равно, — пробормотала подруга. На душе сразу похолодало.

— Ты стерва, — фыркнула я, вздохнув.

— Ты думала об этом? – уже серьезнее спросила Ирка, и в трубке что-то зашуршало.

— О всяких непристойных вещах?

— Да.

— Нет, — соврала я. – Но… Трудно спорить, что она непривлекательна.

— Это да. И мне кажется, ты врешь, — проговорила Ирка. – Я считаю, ты думаешь об этом.

— А я считаю, что ты просто переводишь тему, чтобы я не докапывала тебя с Ринатом. Но твоя попытка провалилась, — усмехнулась я.

— Лер, он мне нравится, это правда, – вздохнула Ирка. – Но либо это не взаимно, либо он очень нерешительный.

— Просто не думай об этом, — попыталась я успокоить подругу. – Наслаждайся вашим общением. Если это к чему-то приведет – замечательно, нет – так тому и быть.

— Я все это понимаю, — снова вздохнула она. – Ладно, поживем — увидим. Слушай, мне к директору надо сейчас…

— Окей, позвоню тебе позже, — кивнула я, понимая ее намек.

Сидя на старом потрепанном диване, я крутила в руках телефон, размышляя. Неужели я и правда так смотрю на Богатыреву? Конечно, я не могла забыть тот свой жутко реалистичный сон, но неужто и наяву я выгляжу также? Интересно, а сама Богатырева это замечает?

Я надеялась, что нет. Иначе мне было бы очень неловко.

Вздохнув, я поднялась с дивана и направилась обратно в боксы.

***

Почти весь понедельник я думала о Богатыревой. На самом деле, я о многом думала. О себе, точнее, о прошлой себе. О нынешней. О Ксении, которая последний год была непрерывно в моей жизни, но так и не заняла в ней того места, которое в свое время отвоевала себе Богатырева и, кажется, умудрилась сохранить его до сих пор. Об Ирке с Ринатом, о Сашке. О всех людях, которые были в моей жизни или вернулись в нее.

То, что у нас было с Богатыревой – не повторялось у меня больше никогда. Да, я заводила отношения, строила их, но никто так и не смог приблизиться настолько, как она. Стать самой частью меня, неотъемлемой, настоящей, неразрывной. Никто не пробирался внутрь так, как удалось когда-то ей. И пусть прошло уже чертовых тринадцать лет, она все еще была важна для меня.

Можно жить с воспоминаниями, можно их даже как-то структурировать или изменять – ведь с течением времени все меняется. Но никуда от них не деться. Я не могла отрицать того факта, что она играла в моей жизни важную роль, и продолжает играть ее до сих пор. И только встретившись лицом к лицу со своим прошлым, я поняла, что по факту «прошлым» оно так и не стало. Оно осталось настоящим. Где-то внутри, на подсознательном уровне, где-то в душе Богатырева так и осталась частью меня. Оставалось понять, имеет ли наше «настоящее прошлое» какое-то значение для нее самой.

***

Во вторник утром я, собравшись с силами, написала-таки Богатыревой. Пригласила ее в кинотеатр на показ «Титаника» в 3D. Я верю в совпадения, но рекламное объявление, выскочившее в телефоне с анонсом фильма, я посчитала знаком судьбы.

И я написала ей, поинтересовавшись планами на вечер. Честно говоря, какая-то часть меня думала о том, что она откажется. Придумает отговорку или просто скажет, что ее это не интересует. Но Богатырева к моему удивлению приняла приглашение в кино, хотя фильм для нее оставался загадкой. А я сказала, что это сюрприз.

Было решено встретиться прямо у кинотеатра, а после сеанса прогуляться. Поэтому я оставила машину и добиралась до места встречи пешком, радуясь, что погода снова радовала своим теплом и отсутствием осадков, хотя уже начал подниматься ветер, говоря о скорой смене погоды.

Я стояла у здания кинотеатра, волнуясь, как студент перед экзаменом. Для меня это было практически свиданием, но я не знала, как Богатырева воспринимает нашу встречу. Скорее, как просто время, которое проводят вместе старые друзья. Хотя лично я могла назвать нас кем угодно, но вот «друзья» было бы в этом списке самым последним определением.

Я долго ломала голову над тем, стоит ли приносить цветы. В итоге решила отказаться от этой затеи. Сначала нужно понять, что между нами происходит, а потом уже решать, как действовать.

Я знала, что нам нужно поговорить. Я должна ей рассказать о том, что произошло тринадцать лет назад, почему я тогда сделала этот выбор, почему разбила ей сердце и разрушила все то, что между нами было. Может, она и не чувствует ко мне ничего, но она заслуживает правды. Или я просто хотела отпущения грехов.

За свои годы я научилась одной хорошей и полезной вещи – не врать себе. И я признавала со всей ответственностью – Богатырева до сих пор не оставляла меня равнодушной. Мне было даже стыдно делать вид, что я пытаюсь разобраться в себе и своих чувствах – к чему эти вопросы, если я понимаю, что ни одна девушка не волнует меня так, как она? Да, может, это ностальгические судороги, может, я нахожусь под каким-то влиянием нашего совместного прошлого, но… Те химические реакции, что регулярно происходят во мне, когда я ее вижу – я отрицать не могла.

Она все еще меня привлекала. Она все еще меня интересовала. Теперь даже больше – ведь она стала совершенно другим человеком. Но… Я чувствовала ее. Я все еще ее чувствовала. И в этом я не могла себе лгать.

***

— Привет, — я услышала знакомый голос за спиной и обернулась.

Я улыбнулась и открыла рот, чтобы ответить на приветствие, но не смогла вымолвить ни слова. Просто стояла и пялилась на нее.

Богатырева была в простой одежде – джинсах с потертостями и обычной белой футболке с короткими рукавами. На плече болталась небольшая сумочка, больше спортивная, чем классическая, а на ногах были кроссовки. Но она выглядела такой… Такой сумасшедше притягательной, что я была уверена – по моему подбородку уже течет слюна.

Ее волосы были распущены по плечам, и от легкого ветра некоторые пряди приходили в движение, что создавало ощущение, будто мы в каком-то фильме с замедленной съемкой. Я сглотнула и, наконец, смогла найти силы ответить: