Геммы мудрости - Ибн аль-Араби

исчезает и господствие не прекращается, ибо всякая воплощенность обладает бытием только благодаря своему господу. А воплощенность есть всегда, стало быть, и господствие никогда не прекращается.

Всякий снискавший довольство любим, а все, что делает любимый, — любимо, и потому все оно (Творение. — А.С.) — снискавшее довольство. Ведь действие не [производится] воплощенностью, действие [производится] господом ее в ней, и воплощенность, когда сопрягается с ней действие, успокаивается и становится «довольной» появившимися в ней и чрез нее действиями Господа ее. Действия же те суть «снискавшие довольство», ибо всякий действующий, всякий мастер доволен действием или изделием своим; ведь если свершит как должно он действие или изделие свое, то, значит, «дал он каждой вещи ее строй, а затем ведет по пути»[155], — пояснил Он, что дал каждой вещи ее строй, так что не приемлет она ни умаления, ни увеличения.

Исмаил, обнаружив нами упомянутое, был «снискавшим довольство Господа своего»[156], и так же всякое сущее есть снискавшее довольство господа своего. Однако из того, что всякое сущее есть снискавшее довольство господа своего в том смысле, в каком мы показали, не следует, что оно снискало довольство господа какого-либо другого раба, ибо господствие получило оно от Целокупного, а не от Единого, так что воплотилось в нем из Целокупного лишь ему соответствующее, а сие и есть господь его. Но никто не получает его (своего господа. — А.С.) от Единичности Его. Посему-то люди Божьи и воспретили проявление в Единичности: если ты рассматриваешь Его через Него, то рассматривающий — Сам Он и по-прежнему Он рассматривает Себя чрез Себя же; если рассматриваешь Его ты чрез себя, то чрез тебя исчезает Единичность; если же рассматриваешь Его чрез Него и себя, то Единичность исчезает также. Ибо местоимение «ты» в «ты рассматриваешь» не есть воплощенность рассматриваемого, а потому необходимо должна существовать некая соотнесенность, повлекшая двойственность — рассматривающий и рассматриваемый, в результате чего исчезает Единичность, хоть и видит Он лишь Сам Себя чрез Самого Себя (притом, что известно, что в сем описании [присутствуют] рассматривающий и рассматриваемый).

Снискавший довольство может быть снискавшим абсолютное довольство лишь тогда, когда все, в нем появляющееся, относится к [92] действиям в нем довольного [им]. Так, Исмаил превосходил прочие воплощенности в плане снискания довольства господства своего, в каковом плане охарактеризовал его Бог.

И всякой душе успокоившейся сказано было: «Возвратись к господу своему»[157]; так приказал Он ей возвратиться именно к своему господу, который призывал ее, почему и узнала она его одного во всей Целокупности — «довольной и снискавшей довольство»[158]. «Войди в среду рабов Моих»[159] в том смысле, что у них — тот же макам: каждый из здесь упомянутых рабов познал своего всевышнего господа, ограничился им и не бросает взгляд на господа раба иного, хотя и едина воплощенность, — сие неизбежно. «Войди в рай Мой»[160], коим сокрыт Я[161]. Рай же Мой — не что иное, как ты: ты сокрываешь Меня своей самостью. Посему познаваем Я лишь чрез тебя, как и ты существуешь лишь чрез Меня. Кто познает тебя, познает Меня; но Я непознаваем — и ты непознаваем. Если же войдешь ты в рай Его, то войдешь в душу свою — и познаешь душу свою иным знанием, отличным от того, которым познал ты ее, когда познал ты Господа своего чрез познание ее. Так станешь ты обладателем двух знаний: знания о Нем как о себе, и знания о Нем чрез себя как о Нем, а не о себе.

Ты раб, но ты же господин

Тому, Кому ты только раб;

Ты — господин, и ты же — раб

Того, Кем был обет нам дан:

Так узел всякого исповеданья

Иным исповеданьем разрешен.

Итак, Бог доволен своими рабами: они — снискавшие довольство; и они Им довольны: и Он — снискавший довольство[162]. Так два сих уготовления оказались друг с другом в отношении подобий, подобия же суть противоположности, ибо вместе не сходятся, так как не различаются. А есть лишь различающееся, значит, нет в бытии противоположности: бытие — единая истинность, и вещь сама себе не противоречит [93].

Есть Бог один, а больше — никого:

Не говори о связях иль различьях;

Свидетельство то ока моего:

Смотрю и вижу лишь Его я безграничность.

«Это — тем, которые боятся Господа своего»[163], [боятся] быть Им, зная различенность (тамиййз). Нам на это указывает неведение бытийствующих воплощенностей относительно того, что изложено знающими. Итак, случилась различенность рабов, и случилась различенность господов. Не будь сей различенности, божественное имя «Единый» было бы во всем истолковано так же, как и «Конечный». И «Возвышающий» может быть понят так же, как «Унижающий», только в таком же случае. Но с точки зрения Единичности оно (это имя. — А.С.) — как мы то: скажем о всяком имени — указует и на Самость (Бога. — А.С.), и на истинность свою, поскольку оно есть оно. Ведь Именуемый Един, и Возвышающий есть Унижающий со стороны Именуемого, но Возвышающий не есть Унижающий со стороны себя самого и истинности своей, ибо каждое из них понимается различно:

Ведь нельзя считать, что Бога

Отделишь ты от Творенья,

И нельзя одежд Творенья

Почитать помимо Бога.

Уподобь же и очисти

Ты Его — и правду скажешь;

Хочешь — будь в соединенье,

Хочешь — будь в разъединенье,

Но получишь Целокупность:

Пальма первенства — ее.

Ты не тленен и не вечен, —

Все не тленно и не вечно:

Нету свыше вдохновенья,

Вдохновенье — лишь твое.

Славословится верность обещаниям, а не угрозам. Уготовление божественное требует славословия Самости, и Он славословит ее, выполняя обещания, а не угрозы, более того, прощая. «Не думай, [94] что Бог не исполнит обещания Своего, данного чрез Своих посланников»[164]; не сказал Он «и угрозы Своей», напротив, «Он прощает злые дела их»[165], хотя и грозил за них наказанием. И Он славословил Исмаила за его верность обещаниям[166]. Так исчезла у