Максим Исповедник - Творения

Если толковать буквально, то ясно, что Бог, знающий все прежде рождения[679] их, знал, какими оба станут по их собственному произволению, а зная, одного ненавидел, а другого любил. Если же искать смысл через анагогиче- ское толкование, то ненавистен пред Богом каждый ум, наподобие Исава, косматый — [обросший] мирской вещественностью и огрубевший от нечестивых помыслов. А возлюблен всякий Иаков, ум гладкий — простой, нематериальный и однородный[680]. [Можно толковать] и иначе: у всякого Исаака два сына, один из которых еще до рождения ненавистен, а другой возлюблен. Эти [два сына] — закон духа[681] и мудрование плоти[682], ибо еще до того, как проявиться на деле, первый — любим, а второе — ненавистно.

Или иначе: Исаак понимается как образ Божий. У Него два сына — закон писаный и закон духовный, и один из них косматый и грубый, а второй гладкий. Ведь Закон содержит неисчислимое множество предписаний. А ненавистен он оттого, что, по словам Исайи, праздники ваши и субботы ненавидит душа Моя (Ис. I, 13–14[683]). Другой же любим, ибо он гладок, а ведь Евангелие гладко и сжато, ибо требует [лишь] искренней веры и доброй совести[684] [в отношении] к ближнему.

Или еще, исходя из значения имен: пред Богом ненавистен всякий презирающий благочестие и нерадивый в нем — ведь так и толкуется имя «Исав»[685]. Возлюблен же всякий запинающий зло, как и толкуется имя «Иаков»[686].

39 Почему Авраам увидел трех ангелов[687], а Лот — двух[688]?

Авраам достиг совершенства, поднялся выше явлений и был озарен знанием Святой Троицы и Едйницы. Потому он и принимает альфу в дополнение к имени, ибо он приблизился по знанию единый к Единому[689]»[690]. Поэтому, разумеется, [Авраам] видит трех ангелов. А Лот в своем знании еще не перешел через видимые вещи. Он служил Божеству в видимых [проявлениях], ничего большего не представлял, не возвысился над «двумя» — материей и формой — из коих и [составлены] видимые вещи, и не воспринял знанием слово о Единице и Троице. Поэтому [Лот] и видит двух ангелов[691]. Поэтому же, когда ангелы торопили его и побуждали спастись на гору, он не решился взойти на гору, но просил позволения идти в Сигор, то есть к меньшему знанию — ведь слово Сигор переводится как малый (Быт. 19, 15–23). А два ангела, выводящие Лота, понимаются как два Завета — закон писаный и закон Евангельский. С их помощью человек выводится, [то есть] бежит от обольщения чувственными вещами, и убегает из их сожжения[692]. С [Лотом] вместе восходит и сожительница — чувство. Если она оборачивается назад, то становится соляным столпом (Быт. 19, 26) — делается очевидным для всех примером, являя неизменное состояние каменного, как соль, зла.

[Лот] взял с собой из Содома и вино, которое означает предвкушение нечистых помыслов, и две дочери напоили его, чтобы зачать. Первая дочь — это похоть: чуть только ум вспоминает об этих предвкушениях, похоть тотчас сочетается с ним и зачинает согласие. Тут же поспевает и вторая дочь — это наслаждение. Сочетаясь с умом, она зачинает действие. Оттого такие порождения прокляты и не входят в общество Господне до третьего, четвертого и десятого поколения (Втор. 23, 4; Исх. 20, 5).

40 Отчего Господь в Евангелии того называет подлежащим геенне, кто скажет брату глупый (μωρός)[693], хотя есть много более тяжких оскорблений, сказавшего же брату рака (рака) считает подлежащим Синедриону[694]?

Полагают, что слово μωρός (глупый) означало неразумного и безумного, а слово ρακά переводится с еврейского языка как презренный. Слово глупый говорилось о безбожном и неверном, как сказано в Псалме: Сказал безумец (άφρων) в сердце своем: «нет Бога» (Пс. 13, ι), и как говорит Моисей: сей народ глупый (μωρός) и несмыслен- ный[695]. Поэтому тот, кто называет своего единоверного брата безбожником и идолопоклонником или еретиком и неверным, — тот и говорит ему глупый и по справедливости подлежит геенне. Тот же, кто говорит ρακά, то есть презренный и нечистый, — тот клевещет на [образ] жизни брата и, разумеется, подлежит более легкому наказанию.

41 Что означает история из «Книги Судей», в которой говорится о левите и его наложнице, которую, надругавшись [над нею], убили сыны Вениаминовы[696]?

Священный ум, созданный вначале Богом, преступлением умертвил естественный закон и потому взял наложницу, то есть поклонение согласно Закону, которое является не естественным, а привнесенным. Затем восстали природные движения и, как волки, убили наложницу. А священный ум, прогневавшись, разрезает ее и посылает во всякий предел Израилев, в двенадцать колен, то есть разделяет заповеди Закона и каждую отдает подобающей силе души, дабы все они поднялись на истребление мятежных помыслов. А сил души существует три: разумная, пожелательная и гневная. Они нуждаются в четырех родовых добродетелях[697]без них невозможно ни истребление зла, ни торжество добра. Затем, дабы праведный суд свершился на деле, [силы души] нуждаются и в пяти чувствах, чтобы исполнилось число двенадцать, отображающее весь Израиль. Или иначе: число двенадцать означает время и природу, ибо время седме- рично[698], а природа пятерична[699].

То же, что многие из израильтян пали в сражении, а потом немногие победили, означает, что сражающемуся с грехом следует очиститься от всяческой страсти. Ведь до тех пор, пока он одержим высокомерием, тщеславием, гордыней или надменностью, или осуждает других, или охвачен какой‑либо иной страстью — до тех пор он, сражаясь со страстями, оказывается слабым и терпит поражение. Следует же [прежде] от всего очиститься, [а] тогда уже стать в боевой порядок, и затем Господь дарует победу. То же, что Израиль сжалился (Суд. 21, 6, 15) над оставшимися из [сынов] Вениамина, бежавшими к скале Риммону[700], означает, что борющийся со страстями не должен вместе со страстями искоренять природную силу[701]: то, что согласно с природной силой[702], [ему следует] сохранять. Например: если кто‑нибудь сражается со страстью чревоугодия, ему следует не вовсе лишить себя пищи, необходимой для поддержания жизни, но [отказаться] лишь от роскоши и неистовства. А бежать к скале означает бежать к вере во Христа[703] или к твердому навыку в [аскетическом] делании, который легко подавляет мятеж страстей — ведь «Риммон» толкуется как «поднятие смерти»[704].

42 Что значит то[705] что Апостол написал в послании к Тимофею: Настой[706] своевременно и несвоевременно (2 Тим. 4, 2[707])?

Он имеет в виду вот что: если кто‑то одержим злом, так что учить его своевременно, внушай ему через учение, чтобы он бежал от зла и избрал благо. Если же кто‑то не держим злом, так что учить его, кажется несвоевременно, то внушай ему знание, укрепляя его для грядущей борьбы с искушениями.

43 Что означает притча о десяти девах[708]?

У человека пять умных[709] чувств, постигающих умственное, и пять телесных, постигающих чувственное, так что притча, видимо, указывает на каждого человека. Всякий, у кого есть не только светильник деятельной добродетели, но и питающее [его] масло знания, тот подчинил тело и сочетал телесные чувства с умными и [потому] стал [подобен] пяти мудрым девам. Кто же, как кажется, упражняется в деятельной добродетели, но масла знания не имеет[710]иначе говоря, предается ей неразумно, ради пустой славы, из‑за чревоугодия или сребролюбия[711], — тот обратил умные чувства к чувственному и преходящему, приземлил их и потому, разумеется, стал подобен пяти неразумным девам, ибо он познает, исходя лишь из чувственного.

44 Что означает, согласно апагогическому толкованию, рай насажденный на востоке[712]?

Я считаю, что рай означает сердце человека[713], насажденное на востоке познания Бога[714]. Посреди этого [сердца] Бог насадил дерево жизни и дерево познания добра и зла (Быт. 2, 9). Древо жизни понимается как логос умопостигаемого, а древо познания добра и зла — как логос чувственного[715]. Ведь в [нем] и есть познание добра и зла: для тех, кто, [созерцая] красоту творений, помышляет о Творце и от творений восходит к их Причине, — это познание добра, а для тех, кто останавливается на чувстве, обольщается наружностью чувственного и все вожделение души обращает к материи, — это познание зла.