Рейчел Уэллс - Алфи – невероятный кот

Ознакомительный фрагмент

– Вот и нет, – хмуро ответила Тигрица.

– Потерпи еще немного, – попросил я. – Хочу посмотреть, сколько их там. Если только четверо, может, у меня появится еще один дом. Вдруг они как раз подумывают завести кошку… – Я мечтательно прищурился. – Было бы здорово поесть иногда в такой большой красивой кухне.

– Алфи, когда же ты угомонишься? – Тигрице явно надоело повторять одно и то же. – Не боишься не понравиться тому мальчишке?

– Моя Маргарет, – я ненадолго замолчал, представляя добрую старую даму, которую любил всей душой, – всегда говорила: «Не стоит почивать на лаврах». Не знаю, правда, что за зверь такой «лавр», но думаю, она хотела сказать, что никогда не нужно расслабляться. Я хорошо усвоил этот урок. А тебе не помешает поучиться на моих ошибках.

– Я бы и рада, да только лень, – зажмурилась Тигрица. – Если что-то случится с моими людьми, я как-нибудь устроюсь.

Моя подруга улыбнулась. Конечно, она была права: каждому свое.

Внезапный шум заставил нас вздрогнуть.

– Ой, а дверцу-то мы и не заметили, – шепнула Тигрица, не отрывая глаз от черного входа.

– А с моей идеей стать их приходящим котом можно распрощаться, – вздохнул я, не пытаясь скрыть разочарование. Застыв, как вкопанные, мы наблюдали за появлением кошки. Наконец, она вышла на задний двор и предстала перед нами во всей красе.

– Ух! – не удержался от возгласа я.

– Эээ… – протянула Тигрица, лишившись дара речи.

– Кто вы такие и что делаете в моем саду? – прошипел неприветливый голос, а я почувствовал, что, ошеломленный, не могу пошевелиться. Передо мной стояла самая прекрасная кошка из всех, что я когда-либо встречал.

Глава шестая

– Кто вы такие? – злобно зашипела на нас красавица. Я только хлопал глазами и смотрел на нее, позабыв разом все слова.

– Мы твои соседи, – пришла мне на выручку Тигрица. – Я Тигрица, а вот он – Алфи. Пришли поприветствовать тебя на Эдгар-Роуд.

Я покосился на подругу – ее вид и голос выражали отнюдь не радушие и гостеприимство.

– Ясно. Ну что, поприветствовали? Теперь проваливайте, – с неприязнью ответила кошка.

Я в жизни не видел такой мягкой и белоснежной шерстки, таких синих глаз. Ее мордочка была настоящим произведением искусства. Само совершенство, пусть и не слишком приветливое.

– Но мы… мы могли бы показать тебе окрестности, – промямлил я; поджилки у меня тряслись.

– Сама справлюсь, – огрызнулась кошка. – Вы с первого раза не поняли? Сделайте одолжение, убирайтесь из моего сада.

– Попридержи язык, беляночка, – зашипела Тигрица. – Мы хотели подружиться, но вижу, только зря потратили время.

– Да, верно, – ответила белая кошка и, грациозно развернувшись, направилась в дом.

– Фу, в жизни не встречала такой грубиянки, – сказала Тигрица, когда мы поплелись прочь.

– В жизни не встречал такой красавицы, – эхом отозвался я и потянулся, стараясь вернуть самообладание. Должен признать, я был в полном замешательстве. С одной стороны, моя мечта стать приходящим котом в доме № 48 развеялась, как дым, но стоило ли огорчаться? Ведь причиной послужило такое прелестное создание…

Почему-то при мысли о белой кошечке я чувствовал радость, а не разочарование. Моя цель внезапно переменилась: забыв о новых жильцах сорок восьмого дома, я теперь хотел подружиться с их кошкой. И был настроен крайне решительно.

– Серьезно? Красавица? Что у тебя со вкусом, Алфи?! – разозлилась Тигрица.

– Характер у нее не сахар, конечно, но ты же не будешь отрицать, что она очень даже симпатичная, – оправдывался я. Тигрица ничего не хотела слушать; смерив меня убийственным взглядом, она пошла прочь. Я побежал за ней, но образ белоснежной кошки так и маячил у меня перед глазами.

Остальные уже ждали нас с Тигрицей в обычном месте. Элвис, Нелли, Рокки и злюка Том – все четверо были там; кто сидел, кто лежал, лениво развалившись. Тигрица бросилась к друзьям, мигом позабыв о своих обидах: ей не терпелось рассказать о новоприбывшей. Когда она закончила, все повернулись ко мне.

– А ты что думаешь? – спросил Том, облизывая усы.

– Она потрясающая, – начал было я, но тут же отвлекся, потому что Тигрица вознамерилась припечатать меня тяжелой лапой. Увернувшись, я продолжил: – Но манеры оставляют желать лучшего, это факт.

Мне на ум пришла наша с Джонатаном первая встреча. Помнится, он тогда довольно грубо выставил меня за дверь, зато теперь мы с ним живем душа в душу. Так что первое впечатление бывает обманчивым.

– А она не хочет с нами погулять? – прервала мои размышления Нелли.

– Судя по тому, что мы видели, она носу из дома не высунет, – дипломатично сказала Тигрица.

– Хорошо бы еще вот он из дома не высовывался, – добавил Рокки, заметив приближающегося Лосося.

– Так и знал, что найду вас тут. Вы такие предсказуемые, что аж тошно становится, – скучающим тоном протянул Лосось. – Уже познакомились с новой кошкой?

Хотя мы ему не нравились, жажда новых сплетен заставляла Лосося с нами общаться.

– Да, – коротко ответила Тигрица.

– И лопаетесь от гордости? Зря, я тоже с ней встретился, – самодовольно сообщил Лосось.

– Спорим, она не пожелала с тобой разговаривать. – Я сузил глаза и почему-то почувствовал себя храбрецом.

– Ну да, не стала. Глупая девчонка удрала, как только меня заметила. – Он явно был раздосадован.

– Я ее понимаю, – прокомментировала Тигрица. Мы все засмеялись. Лосось зашипел на нее с таким видом, словно вот-вот бросится.

– Не дури, – сказал Том, вставая бок о бок с Тигрицей. – Ты что, и в самом деле решил сразиться со всеми нами?

– Вы того не стоите, – снова зашипел Лосось, после чего развернулся и пошел прочь.

– Терпеть не могу этого кота, – заявил Роки, выразив наше общее мнение.

Желая хорошенько обдумать события этого утра, я отправился в маленький парк на другом конце улицы. Тигрица пошла домой, сказавшись усталой, но я чувствовал, что она до сих пор на меня дуется. Я попытался было дружески ткнуть ее носом на прощание, но Тигрица только отмахнулась. Надо будет как-то ее задобрить, решил я, хотя пока не знал в точности, как именно.

Придя в парк, я с радостью обнаружил там Полли с детьми. Генри катался с горки, а Марта пыталась ходить. Меня восхищала настойчивость малышки, ведь она все время падала, но каждый раз поднималась. Полли с гордостью наблюдала за дочкой и старательно ее подбадривала.

– Алфи! – завопил Генри, слетая с горки. Он присел рядом со мной на корточки и погладил. Вдруг послышался громкий плач. Вывернувшись из-под руки Генри, я побежал к Полли, которая держала на руках всхлипывающую Марту. Недавно улыбавшаяся малышка была вся в слезах.

– Марте грустно? – спросил Генри. Кажется, он тоже собирался разреветься из солидарности с сестрой.

– Она упала и ушиблась, родной, – объяснила Полли. – Привет, Алфи.

Она улыбнулась мне, а я мяукнул и поднял хвост в знак приветствия.

– Мы идем обедать к Франческе. Боюсь, Алфи, что для тебя это далековато, – добавила Полли, усадив Марту в коляску. Пристегнув девочку, она попыталась уговорить Генри сесть рядом.

– Пойду сам! – упрямо заявил Генри. Внезапно меня посетила прекрасная идея. Я ни разу не был у Франчески в новой квартире, главным образом потому, что побаивался уходить далеко от дома. Когда после смерти Маргарет я остался без крыши над головой, то не одну неделю бродил по улицам, пока не попал на Эдгар-Роуд. Несколько раз я оказывался на волосок от смерти – например, на широких дорогах, которые были куда опаснее, чем я мог себе вообразить. Но меня так и распирало от желания посмотреть, где живет моя третья семья. А раз Генри отказался садиться в коляску, значит, там осталось свободное место… Недолго думая, я вспрыгнул на сиденье.

– Алфи! – укоризненно воскликнула Полли. Генри рассмеялся, а за ним и Марта, которая и думать забыла о падении. – Ну, так и быть, пойдем с нами. Но если Генри устанет, придется тебе сидеть у него на коленях.

Покачав головой, она толкнула коляску, и мы тронулись в путь. От радости я подергивал хвостом; перспектива ехать на коленях у Генри ничуть меня не пугала. В конце концов, я как-то путешествовал в сумке с продуктами – и ничего, остался жив!

Путь оказался и впрямь неблизким. Примерно на полдороге Генри притомился, и Полли усадила меня к нему на колени.

Тихая Эдгар-Роуд осталась позади, сменившись людной улицей, где Полли с коляской приходилось маневрировать между прохожими. Мимо проплывали витрины магазинов, проносились машины; я вскоре забыл о своих страхах и стал запоминать дорогу – так, на всякий случай. Мы добрались до ресторанчика Франчески и Томаша; назывался он по-польски «Ognisko». Полли остановилась у большого квадратного окна и заглянула внутрь. Я же внимательно осмотрел ресторан: деревянные стены снаружи были выкрашены в синий цвет, люди в зале сидели за простыми деревянными столами с накрахмаленными льняными скатертями. Судя по лицам, еда на тарелках посетителей полностью устраивала. Я тихо заурчал от волнения.