Рейчел Уэллс - Алфи – невероятный кот

Ознакомительный фрагмент

– Господи, прямо суд Линча какой-то, – неприязненно бросил Джонатан.

– Что вы, мы совсем не то имели в виду! Одним словом, мы хотели поставить вас в известность. Конечно же, мы надеемся, что вы и ваши очаровательные супруги почтите нас своим присутствием и поддержите своих соседей, – Вик, должно быть, попытался изобразить очаровательную улыбку, но получилось у него не лучше, чем у жены и кота.

– Если в дом въедут иммигранты, нужно сразу показать, что им здесь не рады. А нормальную семью среднего достатка мы, конечно, охотно примем в свой круг, – подытожила Хизер. – Так мы можем на вас рассчитывать?

Джонатан и Мэтт, казалось, лишились дара речи. В гостиной повисло неловкое молчание; я выбрался из-под стула и вскочил на подоконник. Лосось все еще сидел у ворот, и я продемонстрировал ему воинственно встопорщенный хвост. Видно было, что он шипит в ответ, а я глухо заурчал. Поскольку за стенами хозяйского дома я был в полной безопасности, я не отказал себе в удовольствии и дальше дразнить врага.

– Когда собрание? – спросил, наконец, Мэтт.

– Дату назначим, когда въедут жильцы. Так вы с нами? – уточнил Вик.

– Не знаю… – начал Мэтт.

– Дело в том… – заговорил Джонатан одновременно с ним.

– Милые мои, – произнесла Хизер голосом, от которого шерсть у меня встала дыбом. Хозяину тоже было не по себе. – Я отказываюсь верить, что вам безразлична судьба улицы, где мы живем!

– Именно, дорогая. – Вик обнял Хизер за плечи. – До сих пор мы считали вас достойными членами нашего сообщества. Не вынуждайте нас менять свое мнение.

Мэтт испуганно съежился на стуле.

– Конечно, мы придем, – сказал Джонатан. Мэтт поднял на него изумленный взгляд. – Чтобы поздороваться с новыми соседями и поприветствовать их. Надеюсь, этому и будет посвящено собрание.

Голос Джонатана звучал твердо, и я исполнился гордости за него.

– Совершенно верно, – ответил Вик, поднимаясь с дивана. – Что ж, нам еще многих нужно обойти.

Зная Вика и Хизер, я мог сказать, что сегодня хозяин еще легко отделался.

– Я вас провожу. – Джонатан направился к двери и по пути снова заговорил. – Знаете, наши друзья, Франческа и Томаш, приехали из Польши. Какое-то время они жили на Эдгар-Роуд. И я не помню, чтобы они нарушали общественный порядок.

Мы стояли в дверях, и я воспользовался случаем напоследок одарить Лосося еще одним грозным взглядом.

– Помню, помню, – закивала Хизер. – С ними нам повезло, но не все иностранцы таковы. – Миссис Гудвин была крайне серьезна. А Мэтт в гостиной, кажется, поперхнулся пивом.

– Уму непостижимо, – сказал Джонатан, когда вернулся в комнату. Лицо у него раскраснелось, как бывало, когда он сердился.

– А по мне, они забавные. Хоть и расисты. Знаешь, каждый раз, как я иду по улице, они подсматривают из-за занавесок.

– Пока эта парочка на посту, нашей улице обеспечен минимальный уровень преступности. Только вообрази, что будет, если они застанут тебя за чем-то неблаговидным. Боюсь, полиция не успеет тебя спасти, – захохотал Джонатан. – В лучшем случае эта парочка в форменных свитерах тебя просто задержит.

– Да уж, – хмыкнул Мэтт. – Вряд ли в сорок восьмой въедет сотня иммигрантов, но я заранее сочувствую этим людям.

– И правильно делаешь. Ладно, ну их, этих Гудвинов, пошли лучше смотреть футбол.

Глава пятая

До того, как Клэр и Джонатан съехались, у каждого была собственная спальня, куда меня пускали без проблем. Теперь же мою корзинку выставили на лестничную площадку, а дверь комнаты начали запирать. Я не обижался, поскольку знал, что людям, если они живут парой, требуется уединение. Хотя мне было не совсем понятно, чем мое присутствие в спальне может помешать, я не возражал. Однако я каким-то образом предчувствовал, когда зазвенит будильник, и в то же мгновение начинал скрестись в дверь. Это приводило Клэр в восторг; она не уставала повторять, что я невероятно умен, ведь я ни разу не потревожил их хотя бы за минуту до сигнала. Кто знает, может, обладай люди такими же встроенными часами, как мы, кошки, и в мире бардака бы стало меньше.

Сегодня я тоже поскребся в дверь точно вовремя. Открыл мне Джонатан в синей пижаме.

– Привет, Алфи, – рассеянно буркнул он и направился прямиком на кухню, к своей кофеварке. Я знал, что по утрам он частенько бывает не в духе, пока не выпьет кофе. Джонатан достал чашки, и я с надеждой мяукнул.

– Да-да, потерпи, сейчас подкину тебе копченой лососины. Только не рассказывай Клэр.

Я заурчал в знак согласия.

– Что ты здесь делаешь? – прошипел я, когда на кухне появилась Тигрица (я как раз умывался). – Клэр и Джонатан еще не ушли на работу!

– Алфи, мне нужно срочно тебе кое-что показать! – Моя подруга едва не лопалась от нетерпения – и самодовольства.

– Что?

– Увидишь! – ответила она, направляясь к кошачьей дверце. – У меня для тебя отличный сюрприз.

– Ого, – протянул я, располагаясь рядом с Тигрицей в палисаднике дома № 48. Внутри горел свет, слышались шаги, а когда мы украдкой заглянули в окно, то заметили, что распакованных коробок стало больше. Наконец-то сюда кто-то въехал.

Я невольно вспомнил о том, что говорили Гудвины. Новые жильцы заселились в дом, когда их никто не видел. Может, Хизер и Вик были не так уж неправы в своих подозрениях?

– Ну, как тебе мой сюрприз? – подмигнула Тигрица. – Когда я вчера вечером возвращалась домой, здесь никого не было. А утром вышла погулять – и вот! – возбужденно проговорила она.

– Должно быть, приехали ночью, – предположил я.

– Наверное. Пойдем, еще что покажу. – Тигрица повела меня вокруг дома. Спрятавшись за кустом, мы стали через стеклянные двери наблюдать за тем, что происходит внутри. Первым делом я разглядел женщину, чуть постарше Клэр, с волосами, тронутыми сединой. Хрупкая, она казалась очень усталой, несмотря на ранний час. Убрав волосы назад, женщина распаковывала вещи. Потом к ней подошел мужчина в джинсах и рубашке, которого мы видели раньше – худой и почти лысый. Он поцеловал женщину, а она в ответ печально улыбнулась. Да и он показался нам не особенно счастливым.

– Итак, два человека? – спросил я.

– Нет, мне кажется, их больше. Когда я подошла сегодня утром, то видела кого-то помладше.

– Удивительно, что Лосось не рыскает вокруг.

– Счастье, что его нет. Гляди!

Я увидел, что в кухню вошел мальчик-подросток, в джинсах и куртке с капюшоном. Кажется, он тоже был не в настроении. Он сел за кухонный стол, но вроде бы не сказал ни слова. Его мать (я решил, что женщина приходится ему матерью) подошла к нему, поцеловала в макушку, но он продолжал сидеть, словно ничего не заметил.

– А он не очень-то вежлив, – пробормотал я.

– Это же подросток, – пожала плечами Тигрица. – Они не бывают вежливыми. Мои хозяева утверждают, что подростки – главная проблема этой страны.

– Правда? – У меня почти не было опыта общения с подростками, так что я навострил уши.

– Да, они ленивые и неряшливые, и им наплевать на окружающих. Так, по крайней мере, говорят люди.

– А у тебя никогда не было подростка? – спросил я Тигрицу.

– Нет, но у моей семьи есть друзья, а у тех дети-подростки. Они даже не разговаривают толком, а рычат. И «спасибо» я от них ни разу не слышала.

– Ужас какой.

– Да, но они вырастают и становятся лучше. Во всяком случае, некоторые.

– Это радует… – протянул я. – А ведь Алексей тоже когда-нибудь превратится в подростка!

От этой мысли мне стало не по себе.

– Понимаю, – вздохнула Тигрица. – Представь только, что он станет таким же, как этот мальчишка…

Мы снова повернулись к окну: пока мы болтали, на кухне появилась хорошенькая светловолосая девушка. Она прошла мимо стеклянной двери, и мы с Тигрицей запрятались поглубже в кусты. Девушка выглядела старше хмурого парнишки, возможно, она уже переросла эти подростковые штучки. Она была не такой высокой, как отец, но выше матери. А выражение ее красивых голубых глаз мне было, к сожалению, очень знакомо.

Что же это делается с нашей Эдгар-Роуд?

Довольно скоро Тигрица заскучала и принялась обрывать листья с куста, но я не мог оторваться от наблюдения за кухней. Люди называют свои дома жильем, но мне кажется, что это еще и место, где таятся истории, радостные и печальные. Потому меня так к ним и тянет.

– Может, пойдем уже? – спросила Тигрица, устав разглядывать собственную лапу.

– Пока нет, – прошипел я. – Я хочу еще тут посидеть.

– Алфи, ты просто одержим людьми. Нет, ну правда! – Она закатила глаза, и сорвавшийся с ветки лист упал ей точно на голову.

– Лучше уж людьми, чем листьями, – парировал я, показывая на кучку листьев возле нее.

– Вот и нет, – хмуро ответила Тигрица.

– Потерпи еще немного, – попросил я. – Хочу посмотреть, сколько их там. Если только четверо, может, у меня появится еще один дом. Вдруг они как раз подумывают завести кошку… – Я мечтательно прищурился. – Было бы здорово поесть иногда в такой большой красивой кухне.