Дэнни Уоллес - Человек-да

здесь. Теоретически я просто нахожусь в доме какого-то мужика в Испании. Но в то же время меня не покидает

ощущение, что это сама судьба привела меня сюда. Я поплыл по течению... и оказался здесь.

— Не нужно противиться течению жизни, — сказал Марк. — Мир знает, что делает. «Si a Todo» —

могущественное выражение...

— Но что оно значит для тебя? Понимаешь, мы с тобой оба часто отвечаем согласием, но ты, по-моему,

делаешь это немного по-другому.

— В моем случае согласие — это позиция, принцип. Многие странно смотрят на меня, когда я говорю «Si а

Todo»... Спрашивают, ты и войне скажешь «да»? Terrorismo? Злу? Нет. Я предпочитаю более позитивный

подход... Я не говорю «Нет — войне». Я говорю «Да — миру».

Знакомые слова, подумал я. Очень знакомые.

— То же самое не так давно я слышал от других людей, — сказал я. — В Лондоне я случайно познакомился

с борцами за мир. Они попросили, чтобы я помог им пропагандировать мир мелом... и, когда я согласился, они

мне и сказали, что лучше говорить «Да — миру», чем «Нет — войне».

— La casualidad nо existe, Дэнни! — напомнил мне Марк. — Мир знает, что делает.

На балкон вернулся Гаспар.

— Мои извинения, — сказал он. — Я готовлю большую выставку. Новые идеи. Эти мои работы еще никто

не видел. В общем, дел невпроворот. А мне сейчас звонил приятель. Португальский художник. Он живет в

Англии.

— Вот как, — произнес я. — Где?

— В Бате.

Я обалдел.

— Так ведь я вырос в этом городе, — сообщил я. — Там живут мои родители.

Марк присвистнул в своей особой манере.

— Случайных совпадений не бывает! La casualidad nо existe!

— Как странно! — воскликнул Гаспар. — Хотя странно не только это. После того, как я поговорил с другом

о своей поездке в Англию, я вспомнил, откуда я тебя знаю.

Он придвинулся ко мне ближе.

— Я видел тебя по телевизору.

О Боже. Я точно знал, в какой передаче. В девятичасовой программе новостей, в репортаже об открытии

нового ночного клуба, где было показано, как я сижу за спиной у испанского поп-певца, пока тот исполняет

свою песню. Но потом в лице Гаспара отразилась озабоченность, будто он силился что-то вспомнить...

— Ты делал... э... как бы это сказать? Вот так...

Гаспар изобразил удары кулаком.

Ну и ну!

Гаспар видел меня в шоу «Ричард и Джуди»!

— Но... каким образом?

— Я был в Лондоне. И у меня в гостинице был телевизор.

— Но это ж показывали только на днях!

 Да!

Пресвятая Дева Мария!

Марк захохотал и никак не мог остановиться. Все хо-хотал, хохотал.

— La casualidad nо existe! — наконец произнес он. — В этом мире все взаимосвязано. Порой мы

оказываемся у какой-то определенной точки, сами не зная почему...

Пораженный, я подумал о Самтене. Нелепейшее совпадение. И ведь это не какой-то там случайный человек с

лондонской улицы, посмотревший мое дебютное выступление на телевидении... Это знаменитый архитектор из

Испании! Человек, в доме которого я оказался только потому, что другой человек, с которым я мог бы никогда

не встретиться, принимал участие в создании некоего шоу, в котором я мог бы никогда не появиться (если б не

вечеринка, на которую я мог не пойти), совместно со звуко-оператором, который и рассказал мне о... Какова

была вероятность того, что это произойдет?

— Самое невероятное возможно, — сказал Марк, — если ты сам позволяешь тому случиться.

Я стоял там, на балконе, под мириадами звезд.

На следующее утро у меня выдалось несколько свободных часов, и первый из них я решил провести в

Интернет-кафе на Рамбле — самой туристической улице Барселоны. Мне не терпелось рассказать кому-нибудь

— хоть кому-нибудь — о событиях минувшего вечера. Я хотел написать Джеффу по электронной почте и

поблагодарить его за то, что он рассказал мне про Марка.

Общение с Марком, хоть и длилось оно недолго, вдохновило меня. Марк — смелый человек. Он не спорит с

судьбой. Стойко держит удар. Идет туда, куда ветер дует. И он заставил меня изменить свое отношение к «да».

Я начал постепенно осознавать, что прежде каждую возможность ответить согласием я воспринимал, как нечто

враждебное, настроенное против меня. Как испытание, которое я должен выдержать. Как нечто, с чем я могу не

справиться. На самом деле все эти возможности — часть моей жизни. И если я стану воспринимать их так же,

как Марк, они войдут в мою жизнь.

Я подумал, что, возможно, Майтрея — ложный след. Что, возможно, просветленные существа мы встречаем

каждый день — надо только приглядеться. Ведь даже в самом обыденном таится волшебство.

Была еще одна причина, побудившая меня прийти в Интернет-кафе. Мне требовалось кое-что проверить. То,

что я увидел в журнале. И я решил, пусть это случится...

Журнал я нашел в то утро в вестибюле гостиницы. Обычный журнал, где пишут обо всем и ни о чем — о

моде, о музыке, о спорте, о путешествиях... в общем, про жизнь. Я пролистал его без всякого интереса, и все же

кое-что привлекло мое внимание. Одно предложение, которое мне нужно было перевести, а потом проверить

информацию. И, как только я ее проверю, начну действовать...

С Марком я встречался в ресторане, находившемся на этой же улице, — чтобы попрощаться, поблагодарить и

оставить подарок. Особенный подарок.

Я купил банку кока-колы, сел за компьютер, загрузил его и стал проверять электронную почту. Меня ждали

два сообщения, но одно имя сразу бросилось мне в глаза.

Лиззи.

Эй, привет...

А знаешь что? Я еду в Лондон. Прилечу 2 декабря, на девять дней, по работе... прости за бесцеремонность, но... может, ты позволишь остановиться у тебя? Если нельзя, пошли меня, не стесняйся. Но было бы здорово

повидаться...

Л

xx

О такой вести я и мечтать не смел. 2 декабря. Через десять дней. Потрясающе. Посмотрите, что способна

сотворить жизнь, если только ей это позволить.

Разумеется, я был бодр и весел, когда встретился с Марком. Изабель, звезда сериалов, тоже пришла.

— Hola, hombre102, — поприветствовал меня Марк, и мы опять зашагали по улицам. — Пойдем, покажу

тебе места, которые ты еще не видел...

На мой взгляд, времени на прогулку у нас не было, но мы все равно пошли. Марк, конечно же, по пути

натыкался на своих друзей и отвечал «Si» каждый раз, когда ему предлагали посетить очередное мероприятие...

— На следующей неделе они дают прием, — сообщил он мне после встречи с одним из приятелей. — Он

красит, я ему помогаю, — объяснил он после встречи с другим.

Меня поражало не то, как быстро заполняется его записная книжка. Удивляла его общительность. Умение

заводить друзей. Готовность уделить кому-то время. Вот как надо жить.

В кафе, которому кто-то додумался дать название «Толстая кишка», я заказал сандвич, а потом посмотрел

Марку в глаза.

— Марк... хочу тебя поблагодарить.

— За что?

— За то, что позволил пообщаться с тобой. Я здорово провел время.

— Эй... мы ведь не перестанем быть друзьями... это ж только начало.

— Нет, конечно. Просто... ты согласился встретиться со мной, хотя кто я тебе? Абсолютно незнакомый,

чужой человек.

— Si a Todo, Дэнни. Si a Todo.

— Все равно спасибо. Вот...

Я полез в свою сумку и вытащил ее. Сам не знаю, зачем привез с собой. В качестве доказательства для

Марка? Для вдохновения? Как напоминание о том, что я сделал и к каким свершениям готов?

Это была моя синяя кепка с вышитым словом «Да».

Я счел, что Марк заслуживает ее больше, чем я. Он был настоящий Согласный. Жил с огоньком, стремился

объять необъятное.

Марк был доволен.

— Блеск! — восхищенно воскликнул он. — Спасибо, Дэнни!

А потом, демонстрируя, что мой подарок пришелся ему по душе, нахлобучил кепку на голову и присвистнул.

— Итак... какие у тебя планы? Сегодня возвращаешься домой в Лондон и потом будешь смотреть, что

подкинет тебе жизнь?

— Ну... не совсем. То есть... я хотел спросить у тебя совета, но... что это значит?

Я полез в карман и развернул листок бумаги. Это была реклама. Реклама, которую я выдрал из журнала в

вестибюле гостиницы.

Я показал на предложение, которое меня заинтересовало. Оно было напечатано крупным жирным цветным

шрифтом. Рядом была помещена фотография, на которой были запечатлены самолет, улыбающаяся стюардесса,

пальмы и солнце.

— Это значит «Лети в Сингапур», — перевел Марк, потом посмотрел на меня и улыбнулся.