Лорен Вайсбергер - У каждого своя цена

Я наблюдала, как фотограф щелкает увлеченного петтингом Филипа, слышала вопли в наушниках, полные такой паники, словно возникшие проблемы грозили международным кризисом, и вспоминала Уилла, Пенелопу, девчонок из книжного клуба, родителей и, конечно, Сэмми. Абсолютно спокойно (впервые за много месяцев) я сняла радиотелефон, положила его на стол и негромко сказала, обращаясь к Элайзе:

— Я ухожу.

Повернувшись к Сэмми, не заботясь, кто еще меня слышит, я добавила:

— Я пошла домой. Хочешь, заходи попозже, буду очень рада. Мой адрес — Двадцать восьмая улица, дом сто сорок пять, квартира тринадцать тринадцать. Буду ждать.

Прежде, чем кто-нибудь сказал хоть слово, я повернулась и пошла к выходу. Обогнув любострастную парочку, занявшуюся сексом на танцполе прямо перед ди-джеем, я вышла на улицу, где множество людей пританцовывали под доносящуюся из клуба музыку. Краем глаза я заметила Келли и списочных девушек, флиртующих с парнями из свиты Пи Дидди, но мне удалось незаметно выскользнуть на тротуар. Толпа грозила затопить всю улицу, и никто не обратил на меня внимания. Я прошла незамеченной полквартала и уже нашла такси, когда меня окликнули по имени. Подбежавший Сэмми с размаху захлопнул дверцу машины, в которую я собиралась сесть.

— Бетт, не делай этого. Не уходи из-за меня, не руби сплеча. Я вполне могу о себе позаботиться. Возвращайся в клуб, поговорим обо всем позже.

Привстав на цыпочки, я поцеловала его в щеку и подняла руку, останавливая другое такси.

— Я не хочу возвращаться, Сэмми. Я еду домой. Надеюсь, мы скоро увидимся, но сейчас мне нужно отсюда выбраться.

Он открыл рот, чтобы запротестовать, но я уже села в машину.

— Я тоже могу о себе позаботиться, — добавила я с улыбкой. Такси тронулось, унося меня прочь от надвигающегося катаклизма.

31

К половине третьего утра Сэмми не объявился. Телефон разрывался от звонков Келли, Филипа и Эвери; я не ответила ни на один. Немного успокоившись и сочинив для Келли письмо с извинениями, к трем часам утра я пришла к выводу, что Элайза, в отличие от Эбби, не обязательно испорченная дрянь, просто с голоду уже бросается на людей. Часы показывали четыре, но от Сэмми по-прежнему не было ни слуху, ни духу, и в душу стали закрадываться самые черные опасения. Около пяти утра я заснула и, проснувшись спустя два часа, чуть не разревелась от отсутствия сообщений от Сэмми и самого Сэмми.

Он позвонил лишь в одиннадцать утра. Я поколебалась, стоит ли брать трубку — вообще-то я твердо решила не отвечать на звонок, — но имя Сэмми, высветившееся на маленьком экране сотового, мгновенно растопило мою решимость.

— Алло. — Я старалась говорить весело и уверенно, но вырвавшиеся звуки скорее напоминали хрипение от недостатка кислорода.

— Бетт, это Сэмми. Ты сейчас можешь говорить?

Ну, это как сказать, хотела я ответить. Если ты звонишь, чтобы извиниться за вчерашний вечер или, по крайней мере, объяснить, почему не зашел, то теперь как нельзя более подходящее время для беседы. Заходи прямо сейчас, и я смешаю для тебя воздушный омлет, разомну твои уставшие плечи и покрою их поцелуями. Но если ты звонишь хотя бы намекнуть на то, что что-то не так — с тобой, со мной или, хуже всего, с нами, — тогда, пожалуй, я сейчас очень занята.

— Да-да, конечно, могу. Что-нибудь случилось? — Я надеялась, что это прозвучало беззаботно и непринужденно.

— Я остался на мероприятии до конца и здорово за тебя волновался — ты ушла в разгар праздника. — Сэмми не упомянул о моем приглашении зайти, но заботливые нотки в голосе искупили этот промах с лихвой. Сознание, что я ему небезразлична, побудило меня говорить, и, разговорившись, я с разгону не могла остановиться.

— Это был сволочной номер с моей стороны — все бросить и уйти: совершенно не по-взрослому и ужасно непрофессионально. Я обязана была остаться до конца мероприятия, как бы паршиво мне ни было, но я была буквально вне себя. Встала и ушла. А теперь я даже рада, что ушла. Ты знаешь, что выяснилось прошлым вечером?

— Нет. Все, что я для себя выяснил, — это что мне сильно не нравятся эти люди, Бетт. Почему какой-то Эвери тянет к тебе лапы? Что произошло?

И я рассказала Сэмми, как в Стамбуле застала Филипа в постели с Лео; объяснила ситуацию с Эбби — Элли, получавшей информацию от моей коллеги; призналась, что, несмотря на неприкрытую враждебность Элайзы в последнее время, вызванную желанием понравиться Филипу и ревностью ко мне, такой подлости я не ожидала. Я рассказала Сэмми историю Пенелопы и Эвери от знакомства до дня помолвки и описала, как застукала жениха лучшей подруги с Эбби. Покаялась, что пропустила много ужинов с Уиллом и Саймоном и часто отпрашивалась с воскресных бранчей, ибо меня вечно ждали неотложные важные дела, и призналась, что не ответила ни на один из звонков Майкла, приглашавшего посидеть за бокалом вина, потому что была занята по горло и, честно говоря, не знала, о чем мы будем говорить. Я не стала утаивать, что родители настолько разочаровались во мне, что мы теперь едва разговариваем, и посетовала, что совершенно забросила лучшую подругу. В заключении я извинилась перед Сэмми за то, что скрывала или отрицала наш роман, потому что я в восторге от наших отношений и вовсе их не стыжусь.

Сэмми внимательно слушал, иногда задавая вопросы, но когда я закончила, тяжело вздохнул. Плохой знак.

— Бетт, я знаю, что ты не стыдишься, — понимаю, что ничего подобного. Мы с тобой договорились хранить правду в секрете до поры до времени, поэтому не упрекай себя ни в чем. Вчера ты поступила правильно. Это мне нужно перед тобой извиняться.

Раскрыв пластиковую упаковку «Ред хоте», я вытряхнула на ладонь несколько батончиков.

— О чем ты говоришь? Ты отлично держался.

— Надо было разбить морду этому подонку, — ответил Сэмми. — Просто и сильно.

— Которому из них? Эвери?

— Эвери, Филипу, какая разница… Пришлось призвать на помощь все самообладание, чтобы не убить их на месте.

Сэмми говорил правильные слова, но в желудке ощущалась неприятная тяжесть. Должно быть, я переволновалась, где Сэмми и почему он ни разу не позвонил за десять часов, или мне не по себе оттого, что он не произнес ни слова о нашем совместном будущем. Пожалуй, все проще и это обычный стресс от неожиданной потери работы и необходимости подыскивать новое занятие. Я всегда чувствовала, что банковское дело не для меня, но было огорчительно попробовать себя в диаметрально противоположной сфере — дьявольски веселой! — и убедиться, что и здесь не кроется мое призвание. Словно подслушав эти мысли, Сэмми поинтересовался моими планами. Я ответила, что утром Келли любезно предложила мне вести несколько проектов в качестве фрилансера, но просьбу об увольнении приняла без возражений, и добавила, что, наверное, придется проглотить собственную гордость и поступить на работу к Уиллу. Отвлекшись от мыслей о празднике, я вдруг сообразила, что не спрашиваю, как дела с рестораном.

Услышав вопрос, Сэмми ответил после секундной запинки:

— Есть хорошие новости.

— Тебя взяли! — заорала я, не удержавшись. Горячо помолившись за это целую секунду, я спросила осторожнее: — Ты получил место?

— Да, меня приняли. — Чувствовалось, что Сэмми улыбается. — Я представил несколько меню меньше чем за две недели. Юрист сообщил, что это произвело впечатление на его клиентов, и меня наняли на должность шеф-повара в недавно приобретенный маленький ресторан в Ист-Виллидж.

У меня дух захватило от восторга, но Сэмми вроде бы не заметил и продолжал:

— Обстоятельства здорово торопят. Судя по всему, ресторан вот-вот должен был начать работать, но в последнюю минуту неизвестные инвесторы увели его из-под носа владельца: наверное, парень влип в какой-нибудь корпоративный скандал. Те купили заведение по дешевке и спешно начали подыскивать шеф-повара — хотят открыть ресторан как можно скорее. Представляешь, как здорово?

— Поздравляю! — завопила я с искренним энтузиазмом. — Это потрясающе, я знала, что у тебя получится! — Я не кривила душой, но в ту минуту, когда слова вылетали изо рта, желудок сжался в тугой комок. Меня коробило от этой мысли, но, похоже, для нашего романа назначение Сэмми могло стать финалом.

— Спасибо, Бетт, для меня это важно. Не мог дождаться, когда поделюсь с тобой.

Не успев обдумать и немного завуалировать фразу, я брякнула напрямик:

— Но как же теперь наши отношения?

Наступила минута ужасного, вселенского, непреодолимого молчания, а я все еще не верила очевидному, зная, что нам с Сэмми суждено быть вместе, а возникающие препятствия — лишь ступеньки на пути к счастью.

— В ближайшее время я буду женат на этом ресторане, — подавленно и печально произнес Сэмми, и я поняла: ожидаемого не произойдет. Под ожидаемым я разумею развитие нашего романа.

— Естественно, — рассеянно отозвалась я. — Такой случай выпадает раз в жизни.