Диана Кизис - Ищу классного парня

Днем позвонила Нина, чтобы огласить свою новейшую теорию о том, что меня привлекают «любовники-призраки». Во время разговора я играла в «Солитера» на компьютере, поэтому не могу с уверенностью сказать, в чем состояла ее гипотеза. Но в общих чертах она говорила о том, что Макс был своего рода призраком. Он принимал так мало участия в моей жизни, что я создала иллюзию вместо реальных отношений. И все это устраивало меня гораздо больше, чем реальные отношения, которые скорее всего оказались бы для меня невыносимыми. Другими словами, только я была во всем виновата. Я уже готова была в это поверить, но тут Нина по секрету сообщила мне, что стала носить с собой в рюкзаке флакончик «Листерина»[88], так как ей часто приходится экспромтом заниматься оральным сексом с доцентом, который ведет у нее занятия по рефлексам Павлова.

Вечером, когда Финли заехал за мной на своем совершенно новом огромном автомобиле с полным приводом, я твердо решила, что буду наслаждаться предстоящим ужином по полной программе и перестану вести себя как идиотка. Я больше не собиралась страдать по Максу и отталкивать первого по-настоящему классного парня из всех, с кем я познакомилась в прошлом году, финли, слава Богу, и не вспоминал о том, что случилось. Он был поглощен новой машиной и с радостью выкладывал мне все числа, которые помнил: каков размер люка на крыше, сколько в ней лошадиных сил, какой вес может вытянуть полный привод, если кто-то застрянет на заснеженной дороге и ему понадобится буксировка. Я заметила, что в южной Калифорнии не бывает метелей, но Финли лишь рассмеялся в ответ и сказал, что полная непрактичность машины и привлекла его при покупке.

– Если ты собираешься ехать в Лос-Анджелес, – заявил он, – то нужно, черт возьми, добраться до Лос-Анджелеса.

По дороге я чувствовала себя так, словно мы участвуем в гонках старинных автомобилей-монстров – том самом мероприятии, которое спонсирует благотворительный фонд принца Чарльза. Финли периодически радостно вскрикивал:

– Только посмотри на эту тачку! Она же огромная, как хренов слон! Это же «Титаник»! Это самая большая машина в Лос-Анджелесе!

В его интерпретации это звучало так: «В Лос-Анджи-ли-и-и-исе».

Кики уже была в кафе, когда мы вошли. Она сидела у бара и одобрительно улыбнулась, увидев меня в столь подходящей компании. Кертис держал ее за руку. «Le Petit Bistro»[89] соответствовало названию: там было так много народу, что у нас ушло несколько минут на то, чтобы подобраться к Кики и Кертису. Затем заносчивая официантка провела Кики, Кертиса, Финли и меня в отдельную кабинку, но даже там слышались крики французов, сидевших за соседним столом. Они поглощали бифштекс au poivre[90].

– Я возьму вот это, – заявила Кики, тыча большим пальцем в их направлении. – О-о-о-о, а еще французский луковый суп для начала!

Кертис улыбнулся и сказал:

– Я все время говорю ей, что она слишком тощая.

– И как вам это нравится? – отозвалась Кики, широко улыбаясь и намазывая масло на кусок хлеба.

После того как мы сделали заказ, я сидела и смотрела, как Кики внимает всему, что говорит Кертис. Он рассказал, как во время своей последней поездки в Париже обозвал какого-то француза «уткой», в то время как хотел сказать «сукин сын». (Ключевая фраза: «И я закричал: "Canard!"»[91].) Я засмеялась только из вежливости, Кики же просто тащилась от остроумия Кертиса.

Однако меня радовало то, что Финли наконец-то расслабился. Он не ерзал на стуле, не напускал на себя обиженный вид и даже не «бе-е-енкал». Он выкладывал нам всю подноготную про ведущего Карсона Дейли и был очень внимателен, но ненавязчив. Он подал мне новую вилку, когда я уронила свою на пол, и очень развеселился, когда вторая полетела туда же. А официант-француз посмотрел на меня так, как будто я брызнула ему в глаза лимонным соком. (Когда официант пошел за очередной вилкой, я крикнула ему вслед: «Canard!». И Финли разразился таким смехом, что ему пришлось выплюнуть вино, которое было у него во рту, в стакан с водой.)

Приблизительно в середине ужина Кики и я извинились и отправились в туалет, чтобы обсудить наших мальчиков. По дороге она прошептала мне на ухо:

– Тебе ведь нравится Финли?

Я ответила:

– Стараюсь изо всех сил. – Тут у меня промелькнула мысль: «Может, и нравится».

И через мгновение: «Эштон?»

Он восседал за столиком для двоих с какой-то девушкой.

– Эй-й-й-й-й! А что это вы здесь делаете? – Он встал и чмокнул меня в щеку.

– О! – Кики обернулась, увидела Эштона и его подружку, сидевшую за столом. Кики, как и я, тут же заметила, что девушка являет собой воплощение героини романа Джейн Остин: светлые волнистые волосы, классический подбородок, ясные голубые глаза.

– Привет, – ответила Кики.

Я все еще не могла овладеть собственным языком.

– Это Мина, – объявил Эштон. – Мина, это Бен и Кики.

– Привет, – сказала я.

– Приятно познакомиться, – ответила она.

Повисла неловкая пауза.

– Ну так… а как вы, ребята, познакомились? – поинтересовалась Мина и, сощурившись, огляделась вокруг. – Я всегда говорю Эшу, что мне хотелось бы больше знать о его друзьях.

– Действительно, откуда мы знаем друг друга? – спросила я у Эштона.

– Да как-то так получилось, – сказал он с улыбкой. – Мир тесен, знаете ли.

– Точно, – согласилась я. – Мир тесен.

– Тогда, может, как-нибудь вечерком потусуемся вместе? – предложила Мина. Девушка оказалась недалекой.

– Будет так прикольно! – подхватила Кики. – Эштон, ты должен все организовать. Пойдем, Бен. Пора в туалет.

Я извинилась.

Когда мы дошли до туалета, я заперла дверь и наклонилась над раковиной, пытаясь собраться с мыслями. Кики села на унитаз и спросила:

– Ты в порядке?

– Да, все отлично. – Я начала суетиться, подправляя макияж, который и так выглядел превосходно. – По крайней мере теперь мы знаем, почему он динамил мои звонки.

– Он должен был сказать тебе.

– Нет, это же я порвала с ним. Да нет, все нормально. То есть мы ведь всегда твердили друг другу, что наши отношения ничего не значат.

– Ну, – она начала писать, – думаю, самое важное – это то, что Эштон тебе не подходил. Может, он подходит той штучке с остреньким подбородком, но не тебе.

– Да уж, – пробормотала я. – Дело только в том, что мне никто не подходит.

– Да перестань. Это не так. Это ничего не значит! Он просто ничтожество по сравнению с тобой, дорогая. – Она спустила воду в унитазе и подошла к раковине.

– Ты хочешь уйти? – спросила она. Я покачала головой:

– Свой шанс я все равно упустила.

Я убрала помаду в косметичку и повернулась к ней:

– Думаешь, Макс с кем-нибудь встречается?

– Макс? – Она замахала руками, словно хотела сказать: «Тьфу». – А вообще какая разница? Даже если встречается, то ничего хорошего из этого не выйдет. Этот парень не умеет строить отношения. И ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой.

– Да. Наверно… Не могу поверить, Эштон сказал, что мы познакомились, потому что «мир тесен».

– Чушь полная. И между прочим, не такая уж она симпатичная.

– Кики, не хочется тебя огорчать, но тебе не обязательно мне врать. Она очень хорошенькая.

А по-моему, она вульгарная. Ее внешность заурядна, а лицо у нее вот такое. – Кики выпучила глаза и втянула щеки. – А еще она забитая. Извини, конечно. Но она выглядит, как ходячая реклама диетического коктейля.

– Я умру в одиночестве, правда?

– Брось, держи хвост пистолетом. Мы все умираем в одиночестве, – сказала Кики, распахнув передо мной дверь. – А вот жить в одиночестве очень трудно.

13…

Вывеска на гостинице «Стандартный отель» на бульваре Сансет висит вверх ногами. Одри спросила меня почему. Я призналась, что, по моему мнению, они таким премилым способом хотят прорекламировать новый стандарт. Она посмотрела на меня, словно говоря: «Что?!»

На протяжении всего ужина Одри сетовала (хвасталась) по поводу предстоящей свадьбы. По поводу того, что она страшно отощала и не понимает, почему это происходит, ведь она работает всего четыре дня в неделю. По поводу того, что она переживает, так как не знает, какие цветы выбрать для подружек невесты-тюльпаны или герберы. По поводу того, что Джейми и она получили больше согласий, чем отказов, и теперь им придется заново подбирать места для гостей. Ах да, еще она желала знать, будет ли меня сопровождать какой-нибудь молодой человек: было бы пошло писать на карточке у моего места, прямо около невесты, просто «ГОСТЬ».

Пытаясь защититься, я начала выпендриваться. На мне была асимметричная юбка от «Имитейшн бай Крайст» с вывороченными швами и свисающими нитками. Она непременно должна была вызвать у Одри отвращение. По дороге в отель я бурно восторгалась Финли и рассказывала ей, что он пригласил меня с собой в Шотландию на концерт, который собирался продюсировать для Эм-ти-ви.