Диана Кизис - Ищу классного парня

– О да, это была великая война сестер Финли, – съязвила я. – Та самая, где вместо ракет летали тампоны, а прокладки служили броней. И все для того, чтобы ты не сходил с ума по поводу всех этих женских штучек.

– Боже правый, не надо об этом, – засмеялся он. – Зачем я поднял эту тему?

– А по-моему, это очень даже забавно.

– Какое облегчение! – Финли приподнял мою ногу и нежно поцеловал большой палец. – Да благословит Бог твое маленькое сердечко.

Я встала и отправилась в ванную. Окинув взглядом содержимое шкафчика (антибиотики, продукция «Киель»[86], несколько флакончиков дорогого одеколона, старомодный набор для бритья – мыльный раствор и помазок – такой нельзя купить в магазине), я заключила, что квартира Финли – это квартира взрослого человека. Все со всем сочеталось. Мраморная ванна просто сверкала, хромированные краны блестели, а на маленькой полочке стояла банка с розмариновой солью для ванн. Я направилась в гостиную, уставленную лакированной мебелью из красного дерева – прочной, надежной. А потом я не знаю, что на меня нашло. Наверно, меня подкупило то, что Финли умеет делать массаж ступней и выбирать старинную мебель в миссионерском стиле в магазине отреставрированных вещей. И я решила соблазнить его. Говоря буквально. Я пробежала по комнате, запрыгнула ему на колени, как девушка-ковбой на любимого пегого коня, схватила его за волосы и поцеловала.

– Подожди, – сказал он, отстраняясь и глядя на меня с удивлением. – Подожди…

Он взял мои руки, обвил их вокруг своей шеи и поцеловал меня, непринужденно, но искренне.

Что привело к сексу, непринужденному, но искреннему.

Утром я встала, оделась и убралась оттуда подобру-поздорову. Финли был мил до нелепости: он приготовил мне чай и тост и принес все это в постель. Все утро он жаждал провести в объятиях, а я рвалась домой, чтобы принять душ, прийти в себя. Все шло отлично, но дело было не в этом. Просто мне не хватало воздуха. Он позвонил днем, точно по расписанию. Сказал, что хочет встретиться вечером. Две ночи подряд. Где-то в недрах души раздался сигнал тревоги. Мелодия называлась: слишком быстро, слишком скоро, слишком быстро, слишком скоро. Но я резким нажатием выключила внутреннюю кнопку паники и сказала, что буду рада увидеться. На днях за обедом Нина заметила, что я – из-за стенаний и страданий по поводу того, что никак не удается найти настоящего бойфренда, – эмоционально замкнулась и испугалась настоящей близости. И именно поэтому Макс был для меня столь привлекателен. Я твердо решила доказать, что она не права.

Тем вечером я все-таки приехала к Финли, и мы заказали ужин в «Новой волне Тихого океана». Поглощая еду, мы лежали на диване и смотрели «Остин Пауэрс» Ha DVD. Было очень смешно – я люблю этот фильм. Но потом Финли начал покрывать поцелуями мою шею. Его руки скользнули мне под блузку и на мгновение задержались около застежки лифчика. Все казалось немного искусственным. Как будто он спланировал все заранее. А я все еще надеялась досмотреть фильм. Я отодвинулась подальше, окончательно утонула в его супермягком диване и сказала:

– На самом деле лучше бы ты не…

– Прости, – извинился Финли. Он сели придвинулся, чтобы размять мне плечи.

– Этого тоже не нужно. И этого тоже.

Он убрал руки и засунул их под себя, надеясь вызвать у меня улыбку. Потом он попытался поцеловать меня в ухо. Я дернулась.

– Щекотно.

– О, да к черту, Бен. В чем дело?

Обескураженный, Финли встал, а потом, не зная, что делать, прошел по комнате, чтобы добраться до «Никоретте»[87].

– Знаешь, – заметил он, терзая упаковку. – Кажется, вчера вечером у тебя не было таких ощущений.

– Да, знаю. Было неплохо.

– Неплохо? – Финли положил жвачку в рот и яростно задвигал челюстями.

– То есть неплохо в смысле неплохо, а не дерьмово, – объяснила я. – Очень даже неплохо.

– Бе-е-ен, – протянул он.

– Что?

Он повторил:

– Бе-е-ен…

Это было нечто среднее между жалобой и упреком, выраженное в трех слогах еле слышного стона.

– Что?

– Не веди себя так. – Он вновь сел на диван и положил голову мне на плечо, как маленький щенок.

– Как? Я в порядке.

Его подбородок врезался мне в шею. Я подвигала, плечами, чтобы устроиться поудобнее.

– Бе-е-ен. Давай поговори со мной. – Он взял меня за руку.

– О чем? – Я вырвала у него руку, чтобы почесать за ухом.

– О том, о чем ты думаешь. Я хочу, чтобы мы стали друзьями. Больше, чем друзьями. Но прежде всего друзьями.

– Я ни о чем не думаю. – Я попыталась переместиться, чтобы посмотреть на него (или, может быть, чтобы он перестал меня трогать). Я решила, что ненавижу его диван. Он был огромен, и я чувствовала себя так, как будто его подушки пожирают меня заживо.

– Просто скажи, что я сделал неправильно.

– Финли, ты ничего не сделал неправильно. – Я встала и пересела на кресло. Оно тоже оказалось очень мягким, поэтому, как только я в него села, моя задница ударилась об пол, а колени прижались к груди.

– Скажи мне, что тебя беспокоит.

Я снова встала и попробовала сесть на стул. Нет, такой же распухший. Такие стулья особенно любят бабушки. А еще подобный хлам любил скупать Джек. Он садился на такой стул и говорил: «Чем больше я на нем сижу, тем больше мне это нравится!» Я встала и направилась к тахте.

– Бен! – завопил Финли.

– ЧТО? – Я подпрыгнула от неожиданности. – Господи Иисусе, ты меня до смерти напугал.

– Хватит скакать вокруг, как три гребаных медведя. Поговори со мной.

– О чем?

– Бен, – сказал он. – Бе-е-ен. Бе-е-е-е-ен. Иди сюда и поцелуй меня.

Финли пытливо смотрел на меня в ожидании поцелуя. Я не видела другого выхода: я не хотела ссориться с ним на данном этапе наших отношений. Ведь только вчера казалось, что у них есть будущее. Я не хотела расставаться с этим ощущением. Поэтому я подошла к нему и поцеловала его.

– Еще, – потребовал он.

Я поцеловала его второй раз.

– Еще…

И вдруг, напугав себя, Финли и, возможно, добрую половину всех его соседей, я открыла рот и закричала.

Я быстро ретировалась, даже не удосужившись застегнуть лифчик: его концы хлестали меня по спине. Уверена, мой поспешный уход обидел Финли, но, когда я подошла к входной двери своей квартиры, единственное, что я почувствовала, было облегчение.

Мое сердце запрыгало в груди, когда я услышала, что меня ждут три сообщения. Хотя с моей стороны это было нелепо, я не могла не подумать, что, может быть…

Первое было от Эштона.

– Эй, Бен! Ты где? Слушай, я повел себя как осел, когда не пошел с тобой на рождественскую вечеринку. А потом меня не было в городе. Но скоро все должно уладиться, у меня есть кое-какие новости. Я позвоню тебе.

Второе сообщение.

– Привет, это Одри.

О Боже!

– Я тут подумала…

Как мило с твоей стороны.

– То, что тебе нужно…

Это лоботомия и кольцо для помолвки от «Де Бирс».

– …это уик-энд с родной сестрой!

Как, опять?

– В субботу Джейми нужно по делам в Лос-Анджелес, поэтому я приеду с ним, и мы с тобой будем отрываться целый день в субботу и целый день в воскресенье и заниматься только тобой. Никаких разговоров о свадьбе, свадебных салонов, свадебных платьев. Никаких разговоров о всей этой ерунде, которую мне надо успеть сделать перед самым великим днем в моей жизни. Это будет уик-энд двух сестренок, целиком и полностью посвященный моей любимой сестре!

О черт!

И наконец… Финли. Ну естественно.

– Знаешь, такого со мной никогда не было… – В его голосе сквозила обида с оттенком иронии. – Не беспокойся об этом, детка. Я слишком тороплю события? Ну ладно, сообщение доставлено. С этого момента я буду действовать деликатно и осторожно. Знаешь, я звоню просто для того, чтобы удостовериться, что ты добралась домой и у тебя все в порядке… Да? Позвони, когда будешь дома. Надеюсь, завтрашний ужин «двое на двое» с Кики и Кертисом не отменяется. Я его очень жду! Позвони мне. Не важно, когда. Просто позвони. Позвони мне.

Мамуля позвонила как раз, когда я пила первую в этот день диетическую колу, чтобы напомнить: сегодня приезжает Од – без приглашения, позвольте добавить, – и мне следует прибраться в квартире.

– Спасибо, – сказала я. – Шикарно. Депрессия и порядок – понятия несовместимые, поэтому моя квартира была похожа на лагерь беженцев. Все утро мне пришлось посвятить собиранию пустых банок из-под диетической колы, набитых сигаретными окурками, выбрасыванию коробок из-под пиццы, вытряхиванию пепельниц и протиранию их футболкой, которую подарил мне Макс, – она сохранилась у меня по чистой случайности. Потом я запихнула несколько фунтов грязной одежды, включая ту самую футболку, – я поняла, что не в силах с ней расстаться, – в корзину для белья. Одежды оказалось слишком много, и крышка корзины не закрывалась. Тут я догадалась придавить ее сверху стопкой журналов, и она наконец-то захлопнулась. Мне даже пришлось обползать всю квартиру на четвереньках и собрать бумажным полотенцем пыльные шарики, так как пылесос у меня давно сломался. Затем я положила на сливной бачок новый рулон туалетной бумаги и попрыскала вокруг освежителем воздуха. Готово.