Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2030: Нулевой Год

— И где их искать?

— На полигоне дороги Маккарти, естественно.

— Там тридцать тысяч человек трудится, сэр! А фотографий у нас нет. Хотя… Леди же сказала: у Жасмин есть особая примета: бельмо и шрамы на лице.

— Я подозреваю, встречал Жасмин Хобсон раньше. Три года назад – слышал все три имени: «Жасмин», «Амелия» и «Хан» от одной девчонки на Подёнке. Причём, девочке было лет одиннадцать. И бельмо, и ранки на лице – от взрыва аккумулятора. Совпадение? Мне так не кажется. Завтра нанесу визит на Кучу. Если не повезёт завтра, приеду снова в понедельник. Может быть, у девчонки в воскресенье выходной? Но если Жасмин Хобсон не удрала вообще из Хьюстона – куда она от нас денется?

Едва Марк вошёл в Участок, телефон запищал мелодией, зарезервированной для частных звонков.

— Марк, дорогой, — раздался взволнованный голос Мэри в динамике. — Майк только с Кучи. У него уведомление о призыве! Ты можешь приехать домой пораньше?

— Не уведомление, а повестка. Наверное – тренировочный лагерь для резервистов?

— Нет, Марк. Написано: три года.

Чёрт! Внутренности Марка непроизвольно сжались: меня вышибут из ФБР, а Майк уйдёт в армию на три года! Что мы, к чертям собачьим, станем жрать? Столярная мастерская в гараже продолжала оставаться отдалённой мечтой вечно-занятого ФБР-овца… Предположим, Майк сможет посылать нам по несколько тысяч в месяц, но это уже из действующей армии… Компенсация Уильяма? Первый транш – в тридцать третьем году! Овощные грядки Мэри на заднем дворе? Можно ли продать что-нибудь «ненужное» из одежды и обуви? Воображаемый бухгалтер в голове поднял глаза от арифмометра: «Ситуация печальная, босс.»

— Дорогая, сейчас приеду, — сказал Марк в телефон.

Не переодеваясь в майку и сандалии, следователь вскочил на велосипед и помчался домой. Несмотря на запруженные дороги конца рабочего дня, сумел уложиться в пятьдесят минут. Примерно в четверти мили [прибл. 400 м] от дома, Марк неожиданно наткнулся на Уильяма, Клэрис и маленького Дэйви, возвращавшихся с Маршрута.

— Ты почему так рано сегодня? — Клэрис помахала Марку ладошкой, а другой рукой – дёрнула Уильяма за футболку, сориентировав мужа в правильном направлении.

— Майку выдали повестку в армию! — Марк соскочил с велосипеда и пытался восстановить дыхание.

— Майк был круглым отличником в школе. Таким гениям – исключительно в ВВС! — засмеялся Уильям. Общеизвестная армейская шутка. Дефицит керосина и запасных частей сократил деятельность авиаторов до минимума. Теперь они разве что возили Президента в его «ВВС-1». Авиабазы и радарные установки забросили, либо укомплектовали более дешёвым гражданским персоналом. Шансы среднего призывника попасть в авиацию – равны нулю.

— Учебные сборы? — спросила Клэрис.

— На три года! Возможно: бюрократическая ошибка.

— Побежали домой, Рисси, — сказал Уильям, — навигационной практикой займёмся позже.

Опять у них – навигационная практика, поморщился Марк. Невестка заявляла, у собак интеллект не выше, чем у двухлетнего ребёнка, однако, собак как-то учат водить незрячих. По её хитрому плану, малыш Дэйви должен водить папу на Маршрут, пока Клэрис возится с новорождённым. Марку идея совершенно не нравилась.

Дома, Мэри и Майк сидели за обеденным столом, изучая официального вида бумагу.

— Повестка, отец. В армию призывают, — сообщил Майк, — Из ОВК ходили на помойке, раздали такие всем парням подходящего возраста. Меня отправляют в пехоту.

— Задницей в грязь[32]. Нормально. Лучше чем сапёром, — сказал Уильям.

— Я помню, два года назад ты говорил обратное. Навроде: сапёры – куда безопаснее пехоты? — сказал Марк.

— Тогда, боевого опыта ещё не было. А теперь – видишь, сколько у меня боевого опыта? Вот по самые плечи. — Уильям провёл в воздухе культёй, отметив уровень боевого опыта. Нарождалась новая мазохистская шуточка.

— Погоди, Майк! — сказал Марк — Уильям ведь уже служил, и вернулся полным инвалидом. Ты сказал офицерам из ОВК? Да им и не надо про такое говорить. Есть же запись в базе данных?

— Уильям не считается. Офицер из ОВК объяснил. Билли уже женат, и юридически непосредственным членом семьи более не является. Кроме того, в этот раз – новый свод правил. Даже если бы Билли и не был женат, я бы всё равно загремел на три полных года. Читай вот тут.

Марк взял повестку. — «…вам может быть предоставлено освобождение от действительной службы, если: (а) двое или более из непосредственных членов Вашей семьи погибли при исполнении воинского долга в рядах вооружённых сил США за последние пятнадцать лет, (б) двое или более из непосредственных членов Вашей семьи являются инвалидами боевых действий, с инвалидностью не менее 35%, (в) один из непосредственных членов Вашей семьи является инвалидом боевых действий, с инвалидностью не менее 90%, и (г) в случае если на Вашем иждивении находятся не менее трёх детей в возрасте до 14 лет…» Нифига себе, новые правила…

— Вот и я про то же! Освобождение от службы, моя задница! Мне особенно нравятся эти проценты инвалидности. Эй, Билли, сколько процентов, ты говорил, дают за ампутированную руку или ногу?

— Тридцать.

— A в повестке написано: тридцать пять! Великолепно придумано: вся семья может ходить на костылях, а ты всё равно пойдёшь служить по полной программе. Кстати, Билли, я в тебе разочарован. Ты разве не мог потерять конечностей на девяносто процентов? Тогда мы бы убедили Рисси с тобой развестись, а у меня появился бы какой-никакой шанс откосить от Армии.

— Претензии не по адресу, Микки. Партизаны херово ловушку поставили, на семьдесят девять процентов всего.

— И что нам делать? — спросила Клэрис.

— Ничего. Приказ есть приказ. Какой у меня, к чертям, выбор? — ответил Майк.

— Ну, не знаю. Уехать подальше и спрятаться?

— Если повестку выдали на руки, уехал из города – как дезертировал из армии. По законам военного времени, поставят, на хрен, к стенке – бах! Можно, конечно, рвануть в Мексику. Но тоже не Копенгаген. Мы же с мексами, вроде, в состоянии войны, lo entiendes?[33] Как выяснится, что я годен к строевой, они меня сразу – в свою армию. Воевать в вонючей мексиканской армии? Вообще не фонтан. Не, мой единственный шанс – если не пройду медкомиссию.

— Братан, не питай иллюзий, — сказал Уильям, — Моя комиссия, к примеру, была короткой и брутальной: десять минут всего. Если не слепой и способен кое-как ползать и жать на спусковой крючок, ты подойдёшь.

Марк просмотрел повестку ещё раз. — Тут написано: прибыть на службу на следующей неделе.

— Ага. Медкомиссия послезавтра, в понедельник.

— Нифига себе! Почему так сразу? — удивился Уильям. — В моей повестке, дали полных две недели, чтобы уладить дела, и всё такое…

— Без понятия. Ты школу закончил и женат. А на помойке никому больше пары дней не дали. Думаю, ОВК знает, на Куче дураков нет. Дашь призывнику две недели – он придумает, как покалечиться. Чего действительно жалко – мою работу. Сейчас я делаю по пять килобаксов в неделю, иногда даже больше. Херово такое место потерять. О, да я же вам не сказал! Мистер Штольц кипятком писает. Арне тоже получил повестку! Плюс я, да ещё один парень, нанятый с Подёнки. Завод потеряет двух специалистов и одного обученного чернорабочего.

— Ты говоришь, Арне Штольц – тоже получил повестку? В корне меняет дело! Мы можем подержать твоё доходное место, Микки, — сказал Уильям.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Марк. Он уже угадал ответ.

— Пусть Сэмми идёт на завод. Ей четырнадцать, всё законно. Сходите поговорить с мистером Штольцем. Наверняка, вместо абстрактного чувака с Подёнки, он предпочтёт надёжную соседку.

— Не будет этого! — сердито перебила Мэри, — Саманта обязана окончить школу!

— Необходимость школьного образования сильно преувеличена, мам. Я, вот, закончил школу, и что? Без моей Рисс, я даже не могу прочитать письмо или подсчитать пожертвования в долбаном ведёрке. Нафига я изучал интегралы и производные?

— Повторяю, Уильям: через мой труп!

— Успокойся, дорогая, — Марк почесал лоб, — Вы оба в чём-то правы, но, Уильям предлагает дело. Мы хотели, чтобы Саманта закончила школу. Но кто мог знать, Уильям вернётся без рук? Извини, Уильям… Майка вот призвали. А ещё… — Нет, Марк не готов сообщить Мэри, что скоро выпнут из ФБР. — Короче, я пойду обсудить с Фредом Штольцем. Кроме всего прочего, он вполне может сказать «нет»…

Глава 12

Марк вытащил телефон и нашёл номер в списке контактов. Договорились встретиться через пятнадцать минут: Штольцы жили в том же тупичке, через три дома вверх по улице.

Усадив гостей за стол на открытой веранде, Штольц сходил в дом и вынес кувшин местного пива и четыре стеклянные кружки. Старший сын хозяина, семнадцатилетний Арнольд, вскоре присоединился к гостям.