Судьбы и судьи - Иосиф Бенефатьевич Левицкий
Достигнув отмели, они разом поднялись и пошли к берегу.
Их уже ждал… Чмокин, шагая взад-вперед по пляжу. Титенко узнал его без особого труда: те же глубоко посаженные глаза и узкие усики, что и на фотографии…
— Зачем так далеко, Анга? — озабоченно спросил Чмокин, неприветливо глянув на Титенко.
— Хороший напарник попался, — ответила Анга, весело смеясь. — Знакомьтесь…
— Вы давно в Алуште? — спросил Чмокин, протягивая помощнику прокурора руку.
— Четвертый день, — ответил Титенко.
— А мы скучаем уже третью неделю.
— Где же вы остановились?
— На частной квартире, — вмешалась Анга, но Чмокин быстро глянул на нее, и она замолчала.
— Я в Рабочем уголке был, — нарушил молчание Титенко.
— А мы ни разу туда не съездили, — сказала Анга.
— Так в чем же дело? Давайте сегодня после обеда и поедем, — предложил Титенко.
— Охотно.
Чмокин промолчал.
Поговорив еще немного с новыми знакомыми и видя, что они вроде бы ничего не подозревают, Титенко блаженно растянулся на горячем булыжнике. Беглец, как говорится, налицо. Можно немного и позагорать. Тем более, что не совсем удобно вот так сразу, прямо на пляже, задерживать его. Это следовало сделать деликатно, без всякого шума. Титенко посматривал за Чмокиным, который фыркал и плескался недалеко от берега. Анга отдыхала. Она легла на подстилку, с которой встал ее спутник, подложила под голову надувную подушечку.
«Кто эта женщина?» — мысленно спрашивал себя Титенко, сожалея, что очень мало знает об Ангелине Казимировне и совсем с ней незнаком. А между тем было очень похоже на то, что Анга и есть бывшая жена Клима…
— Вы не спите? — спросил помощник прокурора свою соседку.
— Мечтаю.
— Можно узнать: о чем?
— Как мы с вами заплывем еще дальше…
— А вы не боитесь утонуть?
— Не все ли равно — сейчас или чуть позже…
— Почему такой пессимизм?
— Не знаю.
— Как ваше отчество?
— Зовите меня — Анга, так мне нравится.
— Где вы работаете, Анга?
— Я — тунеядка.
— А серьезно?
— Иждивенка, — поспешно ответила она и предложила: — Давайте сыграем в мяч.
— С удовольствием, — согласился Титенко. Ему нужно поближе познакомиться с ними, и пока все складывалось как нельзя лучше. Через несколько минут они уже играли в мяч. Анга, ловкая и подвижная, радовалась своим удачным ударам, покрикивала на Жору, когда тот мазал, и подавала советы Титенко. Легкий мяч, поблескивая на солнце, носился по треугольнику над играющими, шлепался в воду, задевал отдыхающих.
— Мы всегда берем с собой мяч на пляж, — рассказывала Анга. — Хорошее средство против полноты…
— Вам нечего этого бояться, — заметил Титенко, окидывая взглядом ее загорелую, спортивного вида фигуру.
— А мы вообще ничего не боимся, — вмешался Чмокин, с силой толкая от себя мяч.
— И неправда, — возразила ему Анга, легко принимая мяч. — Ужасно боюсь крабов, их тут — тьма…
После игры все искупались. Время было обеденное, и Анга предложила отправиться в город. Титенко, не раздумывая, принял предложение. Пора было кончать комедию. И пока они шли по узкой прибрежной полосе гальки, у помощника прокурора созрел план: уговорить Чмокина и Ангу пообедать в столовой, расположенной недалеко от милиции…
На набережной остановились, чтобы решить, куда идти. Чмокин хотел в ресторан.
— А по-моему, лучше всего пойти в столовую около базара, — посоветовал Титенко. — Там хорошо готовят и есть черный мускат.
— Такого я еще не пробовал, — сказал Чмокин.
— А столовая далеко? — спросила Анга.
— Немного подняться вверх, и мы у цели.
— Мне надоел ресторан, — заявила Анга, — идем в столовую.
— Не возражаю, — согласился Чмокин, — мне хочется попробовать это черное вино.
— Чего-чего, а черного там будет предостаточно… — обронил про себя Титенко.
— Вот и отлично, — удовлетворенно крякнул Чмокин, изгибаясь и поглаживая рукой свои узкие усики в предчувствии удовольствия.
Все трое поднялись вверх по кривой улочке. У серого здания милиции Титенко остановился и, как можно спокойнее, сказал:
— Вот мы и пришли. Вы оба задержаны.
* * *
…При допросе Чмокин признался, что два года тому назад он отбыл пять лет за «аналогичное» дело. Подобрав ключи, он проник в квартиру и украл там вещи. Это было во Владимире. После колонии он приехал в Донбасс и поступил на шахту «Капитальная» слесарем. Думал работать и жить честно. Не вышло. С Ангой познакомился через ее мужа, простецкого парня по имени Клим, который ничего не знал и не видел. А мог бы, если бы был внимательнее… Кроме того, он встречался с другими женщинами. Нужно было много денег на постоянные поездки и выпивки. Чуть ли не ежедневно бывая в доме Клима, он обратил внимание, что к ним частенько заходит заведующая магазином Яровицкая. Он решил выбрать момент и снять слепки с ключей, которые она носит с собой. Такой случай представился. Однажды он был у Клима и играл в карты с хозяевами. В это время прямо с работы к ним зашла Яровицкая, принесла Анге новый журнал мод. Женщины принялись рассматривать журнал, а он вышел в коридор, вытащил связку ключей из плаща гостьи, который она повесила на вешалке, и скрылся в туалетной. Там на куске мыла сделал отпечатки трех ключей: от сейфа, от висячего и винтового замков. Затем положил связку на место и как ни в чем не бывало вернулся в столовую. С отпечатков он изготовил картонные шаблоны, а по ним сделал ключи. После этого стал следить за магазином, прикинулся влюбленным в Ларису Жукову, и его частые посещения магазина не вызывали никаких подозрений. Он узнал распорядок работы инкассаторов, присмотрелся к сторожу. И то и другое устраивало. Инкассация ездила нерегулярно, и выручка оставалась на ночь в сейфе. Сторож часто спал в будке за углом около склада. В этот вечер сторожа вообще не было, как он узнал потом, сторож гулял на именинах своей дочери и заступил на пост только под утро. Тут простое совпадение, так сказать, счастье вора…
Его никто не подозревал. Больше того, обвинили другое лицо. Тогда он принес к себе в комнату деньги, которые до этого прятал в каменном карьере за поселком, и решил поехать отдохнуть, а чтобы не скучно было, прихватил бабенку… Пообещал, конечно, ей, что женится. Возможно, он ее и не бросил бы…
Все шло прекрасно, он никого не боялся и был уверен, что преступление не раскроется. Конечно, на всякий случай принял меры предосторожности: сдал деньги в разных городах и в разные сберкассы на предъявителя, жил в Алуште без прописки, а спутнице своей Анге сказал, что перед отпуском получил премию, к тому же она еще раньше знала, что зарплата у него
