Пластинка на винчестере - Михаил Петрович Лаптев

прииском, и все они крепко погрели руки на золотом песке. Несчастный Агибалов не мог и подумать о таком. Кто же подумает на свое начальство?..

Никто из четверых мужчин, осужденных в каторгу, не сознался, что повинен в краже золота. Несмотря на это, все четверо были закованы в кандалы и сосланы на Сахалин…

С весны, как только подсохла земля, из Талого вышел целый обоз. Шли мужики с лопатами, скрипели крепкие телеги, донья в которых были проконопачены и залиты смолой. На двух передних подводах везли нехитрый старенький инструмент: лотки, корыта, частые большие сита.

Лотки и сита были свалены возле речки, а люди, еле отойдя от деревни, стали лопатами снимать с дороги верхний слой земли. Эту землю свозили к реке, где три старика, хорошо знакомые со старательским делом, промывали ее. Работа не остановилась и в горячую пору сева. Копали и возили землю с дороги ребятишки, женщины, старики.

Верхогорские тоже хотели промывать землю с золотого тракта, но скоро перессорились, не зная, кому и что делать, и бросили эту пустую затею, вовсю потешаясь над горе-старателями из Талого.

Но люди из Талого, казалось, не обращали никакого внимания на насмешки соседей, по-прежнему упорно сдирали с дороги верхний слой и верста за верстой приближались к большому глухому оврагу, откуда, если влезть на высокую сосну, можно было увидеть все Верхогорье.

Никто не знал, кому и куда сдавали старики намытое золото, сколько драгоценного песка намыли и стоило ли вообще затевать такое дело.

Давно вернулись ходоки из столицы, несколько раз успели рассказать, где были, как их принимали и как в конце концов пришлось уходить не солоно хлебавши…

Добровольные старатели все возили землю с дороги и промывали песок у реки.

К концу лета артель плотников поставила на бугре против церкви большой двухэтажный дом на каменном фундаменте. Светло-желтые бревна по ночам светились и были видны со всех улиц Талого.

Вскоре мужики привезли из Верхогорья столы, парты, шкафы, книги, голубой с желтым глобус и много всякой другой важной школьной мелочи.

Позже приехали в Талое две учительницы. Им были приготовлены в новом доме просторные комнаты.

А осенью две сотни ребятишек из Талого и ближних деревушек стали ходить в новую школу. Многие из них сами работали все лето на золотом тракте.