Древо ангела - Люсинда Райли

день, но разговаривала только о погоде и о том, что на ферме родились ягнята, а Ческе хотелось говорить только о Бобби. Иногда приходил и дядя Дэвид, и она всегда спрашивала у него, почему ей нельзя уехать из клиники Медлин, которая, как она узнала, была больницей для сумасшедших людей. Она пыталась разговаривать с другими пациентами, встречаясь с ними в столовой, но они или не отвечали ей, или снова и снова повторяли одно и то же.

Дэвид обещал, что приедет и заберет ее домой, когда родится ребенок, и она утешала себя мыслью, что осталось уже недолго. Она писала Бобби длинные письма и отдавала их Дэвиду для отправки. Бобби никогда не отвечал, но она знала, что он очень занят, и старалась относиться к этому с пониманием. Когда они поженятся, ей придется привыкнуть к его отъездам.

Иногда, по ночам, Ческе снились ее старые жуткие кошмары. Она просыпалась, плакала, к ней приходила сиделка, утешала, приносила чашку какао и таблетку снотворного.

Иногда в ее сознании всплывали обрывки чего-то ужасного, что она сделала, но она прогоняла эти мысли. Возможно, они были частью ее кошмаров.

Последние месяцы беременности Ческе пришлось провести лежа в постели. У нее было высокое давление, и доктор Кокс сказал, что она должна только отдыхать. Большую часть времени она смотрела телевизор, который принес ей дядя Дэвид.

Однажды вечером, в воскресенье, она смотрела вечерние новости.

– А теперь репортаж Минни Роджерс, которая сейчас находится на Лейстер-сквер, о звездах, прибывающих на премьеру фильма «Позвольте в вас влюбиться, сэр».

Ческа выскочила из кровати и прибавила звук.

– Всем привет, – улыбнулась в камеру репортер. Позади нее Ческа смогла разглядеть толпу народа, стоявшую за ограждением, как она видела это бесчисленное количество раз на своих премьерах. – Мы ждем прибытия Бобби Кросса, звезды этой картины. Ческа Хэммонд, сыгравшая роль Авы, больна гриппом и не сможет сегодня приехать. О! – Репортер повернулась, и ее лицо озарилось восторгом. – А вот и он.

Перед камерой появился огромный черный лимузин. Из него вышел Бобби, он улыбался и махал визжащим от восторга фанатам, которые рвались к нему. Глаза Чески наполнились слезами. Она протянула руку к экрану и погладила его лицо.

Бобби нагнулся к машине, и оттуда появилась прелестная стройная блондинка в мини-платье. Он обнял ее за плечи и поцеловал в щеку, и они вдвоем прошли ко входу в кинотеатр, то и дело оборачиваясь и позируя перед камерами.

– Фанаты Бобби просто обезумели! Он никогда еще не был так популярен, текущий сезон в «Палладиуме» весь распродан, – задыхаясь, продолжала репортер. – Сегодня он прибыл в компании Келли Брайт, самой знаменитой модели Британии. Бобби и Келли заходят внутрь, чтобы присоединиться к остальным. Фильм выйдет на широкий экран уже завтра, и, могу вас уверить, его непременно надо смотреть. Возвращаемся в студию.

Майк?

У Чески вырвался низкий, животный рык, идущий из самой глубины. Она вцепилась ногтями себе в лицо и начала царапать его, трясти головой и раскачиваться из стороны в сторону.

– Нет… нет… нет! Он мой… он мой… он мой! – Она вскочила, и ее слова, сливаясь в одно, перешли в непрерывный вой.

Проходящая по коридору сиделка, услышав это, вбежала в комнату. Ческа била кулаками по телевизору.

– Ческа, стоп!

Но она даже не заметила. Удары все учащались с возрастающей силой.

Сиделка попыталась оттащить ее.

– Ну-ну, успокойся, давай я тебя уложу. Ческа, подумай о ребенке, ну пожалуйста!

Ческа рухнула на пол. Сиделка наклонилась к ней, стала проверять пульс и тут заметила на полу лужу. Она вскочила и нажала кнопку срочного вызова.

– Боже, пожалуйста, пожалуйста, – бормотал Дэвид себе под нос, въезжая на парковку больницы.

На входе в родильное отделение его встретил доктор Кокс.

– Все в… Ческа… – У Дэвида не было слов.

– С ней все в порядке. Как только начались роды, мы тут же отвезли ее сюда, и час назад у нее родилась маленькая девочка, весом чуть менее трех килограммов. Мать и ребенок чувствуют себя нормально.

– Слава богу. – Голос Дэвида был хриплым после напряжения четырехчасовой гонки из Кембриджа.

– Ваша мать там с Ческой, которую приводят в порядок после родов, но, может быть, вы хотите взглянуть на малышку?

– С радостью, – и Дэвид прошел вслед за доктором Коксом по коридору к детскому отделению. Когда они вошли, навстречу им с улыбкой вышла медсестра.

– Мы пришли взглянуть на малышку Хэммонд, – заявил доктор Кокс.

– Вообще-то она Марчмонт, доктор Кокс, – поправил Дэвид, ощущая внезапный комок в горле. Какими бы сложными ни были все обстоятельства и семейные связи этого младенца, в мир только что пришла новая жизнь, носящая его фамилию.

– Вот, пожалуйста, – сестра подошла к колыбельке, вынула оттуда крошечный сверток и осторожно протянула Дэвиду.

Он взглянул на крошечное сморщенное личико. Ребенок открыл глаза и уставился на него.

– Она кажется очень бодрой, – сказал он.

– Да, она у нас крепенькая, – заметила медсестра.

Дэвид поцеловал малышку в щечку. Его глаза повлажнели.

– Очень надеюсь. Ради нее самой, я очень на это надеюсь, – прошептал он.

34

Через шесть недель после рождения ребенка Чески, во время одного из двухнедельных визитов, Джон Кокс пригласил Дэвида зайти к нему в кабинет.

– Я думаю, что Ческа может отправляться домой.

– Это чудесная новость! – обрадовался Дэвид.

– Судя по всему, рождение ребенка очистило ее разум. С тех пор она постоянно делала огромные шаги к выздоровлению и сейчас спокойна, расслаблена и в ясном сознании. У нее наладился отличный контакт с ребенком, а вчера к ней приходил врач из больницы, для шестинедельной послеродовой проверки, и нашел ее полностью оправившейся физически. Очевидно, раз Ческа освоилась с материнством, будет гораздо лучше для всех, если они с ребенком окажутся в более естественной среде, нежели психиатрическая клиника.

– Абсолютно. Так вы считаете, что она достаточно душевно окрепла?

– Как я уже заметил, произошли огромные шаги к улучшению. Она все еще отказывается говорить о матери, но мы можем продержать ее тут до конца жизни, и она все еще может не сказать ни слова о том, что же случилось в тот вечер. Позитивные изменения есть также и в том, что после родов она ни разу не упоминала Бобби Кросса, что является признаком здоровья. Конечно, ей понадобится большая поддержка, но я думаю, что появление дочери, нуждающейся в ее заботе, дало ей новый смысл жизни. У нее есть кто-то, кроме нее самой, о ком можно думать и переживать.

– Это хорошо. Я искренне надеюсь, что вы