Древо ангела - Люсинда Райли

более взрослые люди ломались от напряжения.

– Возможно, но ты не думаешь, что это может быть частью ее проблемы? Я хочу сказать – что такое для нее реальность? И вся эта слава, которая свалилась на нее в таком юном возрасте. Ты же знаешь, я никогда не одобряла все эти съемки в кино. Мне всегда казалось, что она полностью упускает возможность побыть просто ребенком.

– Да, но ты же знаешь, Грета хотела для нее всего самого лучшего, – ответил Дэвид, как всегда защищая Грету от любой критики.

– А что с отцом ребенка? С этим Бобби Кроссом?

– Вечером, когда случилась авария, Грета собиралась сказать Ческе, что он женат. Успела она это сделать или нет, сейчас знает только Ческа. Леон собирается связаться с Бобби, как только он вернется в страну, но, если честно, большого смысла в этом нет. Я уверен, Джон Кокс будет как-то с ней это обсуждать. Может быть, тогда мы сможем узнать больше.

– Какие у тебя планы на ближайшие дни? – спросила ЭлДжей, меняя тему.

– Мне надо будет уехать на следующий день после Рождества и поехать в Кембридж навестить Грету, – Дэвид пожал плечами. – Ее лечащий врач звонил мне и сказал, что пока все их проверки не показали ничего нового.

– То есть пока никаких изменений?

– Судя по всему, нет.

– Ну, может, тогда тебе не обязательно туда ехать? Я не хочу показаться недоброй, Дэвид, но несчастная находится в коме. В этой больнице за ней хороший уход, и в ее состоянии она навряд ли будет скучать по тебе эти несколько дней. А тебе, мальчик, нужно немного передохнуть от всего этого. Тебе и так слишком досталось.

– Нет, мам, – тихо ответил Дэвид. – Мне надо быть рядом с женщиной, которую я люблю.

32

– Ну, Ческа, как вы сегодня себя чувствуете? – улыбнулся ей через стол доктор Кокс.

– Нормально, – ответила она.

– Славно, славно. Вы уже освоились тут?

– Наверное, но я бы хотела домой.

– В Марчмонт?

– Да.

– То есть вы считаете своим домом скорее Марчмонт, чем квартиру, в которой жили в Лондоне с матерью?

Ческа уставилась на стоящие на полке фигурки и не ответила.

– Вы не хотели бы рассказать мне о своей матери, Ческа?

– Я однажды снималась в одном фильме, там был психиатр.

– Правда?

– Да. Он пытался заставить всех вокруг поверить, что его брат сумасшедший, чтобы он мог запереть его в больнице и получить его деньги.

– Но кино – это же не настоящая жизнь, Ческа. Это фантазии. Никто не говорит, что вы сумасшедшая. Я пытаюсь вам помочь.

– И тот психиатр в фильме тоже так говорил.

– Хорошо, давайте тогда поговорим о ребенке. Вы знаете, что у вас будет ребенок, да?

– Ну конечно знаю! – огрызнулась она.

– И как вы к этому относитесь?

– Я очень рада.

– Вы уверены?

– Да. – Она заерзала на месте и посмотрела в окно.

– Ну, тогда вы понимаете, что должны очень хорошо заботиться о себе. Не пропускать приемы пищи. Вы должны помогать вашему ребенку расти как следует.

– Да.

– А как вы относитесь к тому, что будете растить ребенка одна, без отца? – спросил он.

– Но у моего ребенка есть отец, – уверенно ответила она. – Мы с ним поженимся, как только он вернется из Франции.

– Ясно. Как звать вашего… э-э-э… вашего друга?

– Бобби Кросс. Знаете, он очень известный певец.

– А как ваша мать относится к тому, что вы собираетесь замуж?

Ческа снова проигнорировала вопрос.

– Ладно. Думаю, на сегодня достаточно. Завтра мы встретимся снова. Да, кстати, сегодня у вас будет посетитель. К вам придет ваш дядя.

Ее лицо озарилось искренней улыбкой.

– О, как чудесно. Он приедет, чтобы забрать меня в Марчмонт?

– Нет, еще не сегодня. Но обещаю вам, что очень скоро.

Он нажал кнопку звонка на столе, и в дверях появилась сиделка.

Ческа поднялась.

– До свидания, – сказала она и вслед за сиделкой вышла из кабинета.

В тот же день Дэвид тоже зашел в кабинет Джона Кокса.

– Ну, как она? – спросил он.

– Как я уже говорил вашей матушке, я считаю, что заметно лучше. Она, безусловно, стала лучше реагировать, чем это было две недели назад. Она замечает гораздо больше всего, что происходит вокруг нее. Но все еще отказывается говорить о матери. Трудно определить, считает ли она Грету живой или мертвой. Она все еще в коме?

– Да. На текущий момент никаких перемен.

– Вам, должно быть, очень тяжело, мистер Марчмонт.

– Я стараюсь, – ровным голосом ответил Дэвид, не желая подвергаться психиатрическому анализу своего состояния. – Возможно, в данных обстоятельствах было бы лучше не давить на Ческу в отношении ее матери? В конце концов, даже если она признается, что помнит аварию, видеть Грету в таком состоянии – лежащей в реанимации – навряд ли будет для нее утешительно.

– На данный момент у меня есть искушение согласиться с вами, – со вздохом сказал доктор Кокс. – Также Ческа сегодня утром сказала мне, что они с Бобби Кроссом собираются пожениться, как только он вернется из Франции.

– Это может означать, что Грета все же не успела рассказать ей про Бобби до аварии.

– Как знать? Я бы предположил, что следующим нашим шагом будет дождаться родов – а там будет видно.

Дэвид постучался в комнату Чески.

– Войдите.

Он нашел ее сидящей в кресле у окна.

– Привет, дорогая, как ты тут?

Она с улыбкой повернулась к нему.

– Привет, дядя Дэвид. Ты приехал забрать меня домой?

Он подошел и поцеловал ее в щеку.

– Ты стала гораздо больше похожа на себя прежнюю. И как приятно видеть тебя одетой.

– Да, я в порядке. Только очень хочется знать, когда уже можно будет домой. Бобби будет волноваться, где я. – Лицо Чески внезапно омрачилось. – Знаешь, дядя Дэвид, мне снился сон. Ужасный. Кто-то говорил мне, что Бобби больше не любит меня, что он женат и у него есть свои дети и это значит, что он не может жениться на мне. Это же был только сон, правда, дядя Дэвид? – Ее глаза отчаянно искали в его лице подтверждения. – Бобби любит меня, правда же?

Дэвид с трудом сглотнул и кивнул.

– Ну, как можно тебя не любить? А теперь давай-ка обними меня. – Он обхватил ее руками и ощутил, какая она худенькая. – Эй, да ты стала совсем тощей, юная леди. Ты должна набирать вес, а не терять его.

– Я знаю. Прости, пожалуйста. Скажи Бобби, я теперь буду хорошо есть. А что со свадьбой, дядя Дэвид? Нам же правда надо