Категорически влюблен - Екатерина Бордон

ваши вопросы, комикс, который мы дисквалифицировали, – это «БЕЗ | МЯТЕЖНИЦА». Он в питчинге не участвует.

Спрыгнув со сцены, Глеб подошел к членам жюри и дал возможность зрителям справиться с потрясением. Большинство студентов быстро что-то печатали в телефонах или эмоционально переговаривались, но Катя была настолько выбита из колеи произошедшим, что просто молча пялилась в пустоту. Единственное, на что ее хватило, – бросить на Женю быстрый взгляд. Признаться, сначала Катя подумала, что обманщицей точно должна быть она, но Женя выглядела такой же шокированной, как и все остальные. Повернувшись лицом к двум девушкам на втором ряду, она качала головой и нервно накручивала на палец прядь волос.

Катя неловко кашлянула. Стыдись, Сиротина!

Глеб вернулся на сцену.

– Коротко представлю вам жюри: Макар Курыгин, выпускающий редактор издательства Dragon Fly, автор комиксов «Кто не спрятался», «Тише-тише» и «Территории», изданных суммарным тиражом почти в пятьдесят тысяч экземпляров.

Молодой мужчина в очках рядом с Полиной встал и отвесил залу что-то вроде короткого неуклюжего поклона.

– Савельев Евгений Геннадьевич, заведующий кафедрой Дизайна и актуальных искусств.

Так вот почему этот грузный толстяк показался Кате знакомым! Он единственный из всех был одет в строгий черный костюм и белую рубашку с галстуком. Впрочем, вероятнее всего, он всегда так одевался по долгу службы, а не вырядился ради объявления финалистов челленджа.

– И, наконец, Полина Вагнер, директор издательства Dragon Fly!

В отличие от обоих мужчин, Полина вставать не стала. Даже к залу не обернулась. Вместо этого она подняла вверх указательный палец, обозначив себя. Спасибо, что не средний…

– Питчинг будет состоять из двух частей: послушаем первую пятерку, уйдем на короткий перерыв и затем послушаем оставшихся четверых. После этого члены жюри оценят ваши питчи, мы суммируем баллы и назовем двоих победителей. Автор комикса, занявшего первое место, получит вечную славу и место в сборнике с топовыми комиксистами Dragon Fly, а для счастливчика, которого выбрали читатели, будет особый приз – стажировка в издательстве на зимних каникулах. Что-что? – Глеб нагнулся к одному из студентов в первом ряду и, выслушав вопрос, коротко кивнул. – Да, выступаем в том же порядке, что и на объявлении десятки финалистов. Так что, авторы, теперь вы знаете очередность и можете не волноваться слишком сильно. Поехали.

Поначалу Кате казалось, что возможность выступить последней – огромное везение! Однако с каждый новым питчем ожидание и волнение становились только сильнее. Вдобавок из-за всех этих переживаний – и, вероятно, огромной чашки кофе, выпитого с утра, – ей ужасно хотелось в туалет. Так что, когда Глеб объявил перерыв, она бодренько вскочила и…

– Да чтоб вас! – застонала Катя, только теперь осознав все минусы первого ряда. Обзор, конечно, отличный, но шансов быстренько выбраться из зала практически никаких. К тому моменту, когда она наконец протолкнулась к выходу, перед ближайшим женским туалетом уже выстроилась очередь. Так что пришлось Кате бочком пробираться к лестнице на верхний этаж.

Уборщица уже выключила освещение в коридорах. Оно и не удивительно: из-за панорамных окон большинство аудиторий здесь использовались в качестве мастерских, где студенты творили во время (или вместо) дневных пар. Катя проскользнула мимо и щелкнула выключателем возле туалета.

Да будет свет!

На все про все у нее ушло не больше пары минут, и Катя, прикрыв за собой дверь кабинки, спокойно вымыла руки. Придирчиво осмотрела припухший глаз, ополоснула лицо водой… И едва не завопила, увидев в зеркале лицо Жени!

– Тише ты, дура! – зашипела она. – Надо поговорить.

Ого. Звучало как-то не по-ангельски.

Обогнув Катю, Женя с брезгливым выражением на хорошеньком личике принялась одну за другой распахивать двери в кабинки туалета. Это было похоже на эпизод из шпионского фильма, и Катя рассмеялась. Однако Женя, резко обернувшись, обожгла ее таким злобным взглядом, что смех застрял в горле.

Удостоверившись, что кабинки пусты, Женя снова повернулась к Кате и сложила руки на груди. Ее пальцы дрожали.

– «НИЧЕГО ТАКОГО» – это твой комикс.

Катя попятилась к выходу, но Женя, опередив ее, сделала несколько быстрых шагов к двери и встала на пути. Она нервно облизнула губы, и Катя невольно поразилась ее сходству со Стасом. Просто удивительно, насколько похожими они становились, когда теряли самообладание.

– Не думаю, что… – осторожно начала Катя.

– Я тебя не спрашивала, – грубо перебила Женя. От волнения ее голос стал визгливым, будто скрежет ножа по стеклу, а движения – дергаными и неуклюжими. Может, переживает из-за питчинга? Странно, ведь кому-кому, а Жене точно не впервой выступать перед публикой. – Скажешь всем, что он мой, поняла?

Э-э-э…

А почку ей не отдать? Катя настолько оторопела от Жениной наглости и напора, что могла только молча открывать и закрывать рот. Женя скривила губы.

– Господи, ты хотя бы рот закрой… Выглядишь как умственно отсталая. – Она дернула плечом и нервно постучала телефоном по бедру, не отрывая от Кати напряженного взгляда. – Я знаю кое-какой секретик. И знаю, что ты тоже его знаешь.

Катя надеялась, что ее лицо осталось непроницаемым, несмотря на то что сердце испуганно загрохотало по ребрам.

– Не понимаю, о чем ты.

Женя отреагировала на ее реплику, слегка наморщив носик, и продолжила с того же места, на котором остановилась:

– Либо ты говоришь, что комикс мой, либо в моем блоге появится видео про кринжовое хобби нашего общего знакомого. Знаешь, как такие истории выстреливают? У меня там контента на несколько недель.

– Но…

– Ах да, и во все чаты МИМИ тоже выложу! – осклабилась Женя. – Включая официальный. Мы со Стасом с сентября их модерируем по личной просьбе ректора. Ну и чтобы не затягивать…

Она быстро разблокировала телефон и повернула экраном к Кате, которая и так уже знала, что сейчас увидит. Вот Женя на экране, хихикая, прижала палец к губам и, повернув голову назад, крикнула кому-то:

– Не знаю, что случилось. Она просто сломалась, и вода начала во все стороны брызгать!

Откинув в сторону знакомую Кате занавеску, она толкнула дверь на балкон, включила фронтальную камеру и заправила волосы за уши.

– Вы просто не поверите, где я, – зашептала она. – И что я тут обнаружила! Черт, как холодно… Если заболею пневмонией, то это только ради вас, мои хорошие. И ради правды. Если помните, я обещала вам горячий контент и новые разоблачения. В МИМИ много богатеньких мажоров, и один из их – хорошо известный вам Паша Ринц, сыночек бывшего депутата Московской городской думы Аркадия Ринца, которому теперь принадлежит сеть московских ресторанов и лакшери-клубов. Так вот, мне удалось подружиться с его дружком, Захаром Гордеевым, который оказался… извращенцем! – Женя гнусно захихикала. – И