Девоньки мои - Людмила Лаврова
– Что ты сказала? – Влад удивленно посмотрел на дочь и снова перевел взгляд на жену. – Ты когда успела настроить ребенка против меня?
– Я не настраивала…
– Ты злой! – Алина сердито смотрела на отца.
– Да я тебя за такие слова!
– Не смей ее трогать! – голос Кати прозвучал странно спокойно и очень тихо.
Влад внимательно посмотрел на нее и сделал шаг назад.
– Иди, занимайся ребенком, пока я добрый. А с завтрашнего дня я буду думать, насколько ты мне тут нужна.
Тем же вечером Катя, чувствуя себя героиней какой-то весьма паршивой мелодрамы, достала пузырек с таблетками, которые ей когда-то, еще до беременности, прописал врач от бессонницы. Дата на пузырьке была немного просроченной и оставалось только надеяться, что они все-таки сработают. Сработали. Влад, приняв ее подобострастные вопросы о работе и усталости за чистую монету, выпил предложенный чай и милостиво выслушал, как Катя нахваливала его, говоря о том, что лучшего отца для Алины она бы не желала. А после того, как муж уснул, уронив голову на стол рядом с компьютером, где играл в очередную «стрелялку», Катерина быстро собралась, вызвала такси и, схватив сумку с документами и детскими вещами, взяла на руки сонную Алину. Она до истерики боялась, что Влад проснется, поэтому одевалась в спешке, даже не натянув на ноги носки, а всего лишь сунув ноги в полусапожки и натянув на домашнюю водолазку пуховик. Алина всхлипнула, когда Катя взяла ее на руки, но, почувствовав на щеке теплое дыхание мамы, тут же успокоилась. Через полчаса Катя стояла на пороге квартиры матери, где до сих пор была прописана.
– Что ты здесь делаешь? – сонная мать Кати стояла, чуть покачиваясь на пороге. – Да еще и с ребенком. Ох, какая ты красивая…
Мать разглядела в сумраке подъезда наливающийся синяк на щеке Кати и посторонилась, пропуская их в квартиру.
– Жить не пущу, сама понимаешь, места и так мало! Да и с мужем твоим связываться не стану.
Мать прикрыла двери в прежнюю Катину комнату, чтобы не разбудить младших детей, братьев Кати.
– Я все понимаю, мама. Но мне просто нужно немного времени, чтобы понять, что делать дальше.
– Что делать? К мужу возвращаться! Что тут думать? Он с тебя пылинки сдувает, дочку любит. Хотя с тебя может уже и не сдувает… И что ты думаешь дальше делать?
– Мне нужно уехать. Здесь он меня в покое не оставит. Когда поостынет, тогда и будем разговаривать. Можешь мне телефон принести?
Мать молча вышла из кухни. Алина спала на руках у Кати, тихонько вздрагивая во сне.
Набрав номер Лены, Катя вкратце рассказала той, что случилось. Получив приказ сидеть на месте и ждать прихода Светы, которая должна будет отвезти их на освидетельствование, а потом на вокзал, Катя повернулась к матери:
– Ну вот. Все решилось.
– Куда ты поедешь?
– Не знаю пока. Подальше. Я не пропаду.
Мать покачала головой и вынула из кармана связку ключей.
– Поезжай в деревню. Бабушкин дом еще стоит. Документы сейчас принесу, переоформишь на себя.
– Спасибо… Мам…
– Что?
– А почему ты меня тогда не взяла с собой, чтобы попрощаться с бабушкой?
– Стыдно было! – мать сердито запахнула поплотнее халат и вышла из кухни.
Часть 2
– А Лена где? – Катя поудобнее перехватила Алину и зашагала по лестнице вниз вслед за Светланой, которая несла ее легкую сумку.
– Ждет нас в травмпункте. Сначала нам туда. Потом заявление писать будешь.
Катя молча кивнула.
Они ехали по ночному городу, и только сейчас Катя поняла, что расслабилась немного. Ее отпустила та противная дрожь, которая мешала думать и действовать весь вечер. Рядом была Света, а она ее в обиду не даст.
– Куда мы едем? Это же не к нашей больнице дорога.
– Нет. Лена сказала везти тебя в областную. Зачем – не знаю. Так надо. Катя, она очень зла сейчас. Поэтому просто делай то, что она говорит. Ленка горы свернет, но твой Влад к тебе даже на пушечный выстрел не подойдет больше.
– Я знаю, тетя Света…
Ленка ждала их на крыльце больницы. Кивнув матери, она обняла Катю.
– Пошли. Будем делать этому гаду нехорошо.
Освидетельствование заняло почти час.
– Ленка, но тут же больше написано, чем есть… – Катя пробежала бумагу глазами.
– Конечно, больше. Или ты думаешь, один фингал даст нам на него много? Нет, моя дорогая. Закон у нас что дышло, куда повернул… Вот и повертим его по-своему.
– Так у меня ничего не сломано, а тут написано – два ребра.
– А это ты видела? – Лена кивнула на снимок, который врач вертел в руках. – Жень, есть там что?
– Как не быть. Вот они, родимые! Вот один, постарше, а вот другой, явно помоложе. Нехороший человек, ваш муж, Екатерина Алексеевна. Весьма паршивый, уж простите за прямоту. Вы же не боксерская груша, зачем позволяли на себе такие удары отрабатывать?
– Женя, ну а то ты не знаешь! Как первый раз замужем, ей Богу! – Лена забрала снимок из рук врача и осторожно засунула в бумажный пакет. – Где ты видел битых жен, которые голову включают вовремя? То-то же! Катя, не обижайся! Ты умная, но иногда даже самые умные люди попадают в беду. Женечка, спасибо тебе, дорогой! Целую крепко! Пошли, Катерина!
Лена выпорхнула из кабинета и почти бегом кинулась по коридору.
– Прибавили! Времени мало. Надо до утра тебя из города отправить. Дальше мое дело, а ты посидишь пока в своей деревне тихо-тихо, поняла? Мать не скажет, куда ты уехала?
– Не должна… – Катя помотала головой, пытаясь успеть за подругой, которая даже на шпильках умудрялась бегать как хороший спринтер.
– Зайду к ней.
– Лен, не надо.
– Кать, надо! Если бы не ее кренделя, то у тебя жизнь совсем по-другому бы сложилась.
– Да я сама виновата, Ленок, надо было головой думать вовремя и как следует. Хотя, что уж теперь.
Они вышли из больницы и сели в машину.
– На вокзал теперь. – Катя прислушалась к дыханию дочери, которая крепко спала.
– Пока нет. Сначала еще в одно место. – Света завела машину и покатила по темным улицам. – Ты с собой только детское взяла?
– Почти. Некогда было толком собираться.
Света остановила машину перед одним из своих магазинов.
– Лена, посиди пока. Мы быстро.
Через полчаса сумка с вещами, которые Света собрала для Кати, заняла место в багажнике, и они покатили к вокзалу.
– На первое время хватит, а потом я приеду или Ленка, привезем остальное.
– Куда мне
