Моя новая сестра - Клэр Дуглас

– Привет.

Она поворачивается и видит Бена, стоящего в дверном проеме, его волосы взлохмачены, на лице усталая улыбка.

Она бросается к нему и обнимает.

– Я скучала по тебе. Ты в порядке?

– Я устал, это были тяжелые десять дней, – отвечает он. И тут замечает Кэсс. Она сидит на диване с книгой на коленях и пытливо смотрит на них. Ему не приходится ничего говорить, Беатриса и так знает, о чем он думает, – они не могут беседовать здесь, в присутствии Кэсс. Она мягко выталкивает его за дверь и сообщает Кэсс, что вернется позже.

– Давай прогуляемся, – предлагает Беатриса, когда они оказываются в коридоре. Бен кивает. Они накидывают дождевики, Беатриса берет зонтик, и они торопливо выходят за дверь и направляются в сторону парка Александры.

– Где Аби? – спрашивает она, беря его под руку. Солнце едва пробивается сквозь облака, и Беатриса жалеет, что на ней платье, а не брюки. Ее ноги мерзнут в лодочках с леопардовым принтом.

Он пожимает плечами:

– Я не виделся с ней сегодня утром.

У Беатрисы возникает искушение сказать ему: она знает, что Аби делит с ним постель, – но она не хочет, чтобы это переросло в ссору. Он мужчина, у которого есть свои потребности. Может ли она помешать ему заняться сексом, сблизиться с кем-то еще? Она наивно полагала, что сможет. После дня рождения Аби Беатриса старалась сохранить ровные отношения – ради Бена.

Вместо этого она выслушивает, как брат рассказывает ей о Лондоне, о том, как странно ему было оказаться там спустя столько лет. Крошечный домик, такой темный и мрачный, пропахший вареной капустой и грязными носками Пола. Жизнь, от которой он так отчаянно пытался убежать. Она сжимает его руку в знак сочувствия, когда брат описывает все, что там происходило.

– Так Пол все еще живет там? – спрашивает она, когда он завершает рассказ. Бен кивает.

– Да, и он все еще ненавидит меня. Пол просто завидует. Я живу так, как он хотел бы жить.

Они замолкают. Слышен только звук их шагов по мокрому асфальту и далекое тявканье собаки. Снова начинается дождь, и Беатриса останавливается, чтобы раскрыть свой синий пестрый зонтик. Бен берет его, как обычно, – она знала, что он это сделает, – и держит над ними обоими.

– Ты сказал Аби насчет Лондона? – спрашивает она.

– Она думает, что я уезжал в Шотландию по работе. Я не могу ей сказать, Би, ты же знаешь.

Пока они поднимаются вверх по улице и сворачивают налево, в парк, она покусывает изнутри щеку. «Как много лжи!» – думает она.

Из-за холодного, сырого дня здесь безлюдно; именно это и нравится Беатрисе. Она дрожит в своем тонком алом плаще, и Бен останавливается, чтобы обнять ее.

– Тебе холодно? Хочешь, пойдем домой?

Она качает головой: ей хочется, чтобы он продолжал говорить, хочется услышать, что он скажет о Аби, – ей очевидно, что отношения между этими двумя никогда не сложатся, если он так много скрывает от своей девушки. «Я знаю все твои секреты, Бен. Я знаю их все, но я все еще люблю тебя, я все еще здесь, рядом с тобой. Всегда». Она подыскивает правильные слова, чтобы вернуть разговор к Аби.

– Думаю, Аби очень скучала по тебе.

Дождь усиливается, и Бен сворачивает к большому дубу.

– Я тоже по ней скучал. Я скучал по вам обеим.

Он все еще обнимает Беатрису за плечи, и она утыкается головой ему под мышку. Они стоят и смотрят, как дождь стекает с листьев и падает на траву, покрытую грязью. Никому из них не хочется идти дальше.

– Она говорит, что между вами все наладилось, – замечает он. Бен все еще держит зонтик над ними обоими.

– Я делаю это ради тебя. Я знаю, Аби много значит для тебя, но я все еще думаю, что она – чокнутая.

Бен напрягается всем телом. В конце концов он цедит:

– Почему ты так говоришь?

– Цветы. Браслет. Письма. Я думаю, она лжет обо всем этом. Знаешь… – Она поднимает на него глаза, стараясь сохранить спокойное выражение лица, хотя ее переполняют эмоции из-за того, что она узнала. – Я прочитала в Интернете исследование о близнецах, в основном однояйцевых. И профессор, который проводил все эти исследования, сказал, что иногда выживший близнец заимствует личность умершего.

Бен нервничает, закрывает зонтик, убирает руку с ее плеч.

– Что ты пытаешься мне сказать?

Беатриса делает паузу, не зная, следует ли продолжать. Но она должна защитить брата. Она уверена, что Аби не должна находиться рядом с ними, иначе Бен в конце концов пострадает.

– Ты сказал, что флористка описала женщину, которая купила цветы на день рождения Аби, так? Этому описанию соответствует сама Аби – или Люси. Быть может, Аби сделала это, воображая, что она – Люси? Возможно, она на мгновение утратила свою личность…

Бен смотрит на нее пару секунд, а потом разражается смехом.

– Ты шутишь? Ты говоришь, будто Аби считает себя Люси? Это просто безумие.

– Аби действительно безумна.

– Не надо снова об этом, Би. Я не хочу этого слышать.

– И все остальное. Браслет, письма, которые, по ее словам, я взяла. Я думаю, это делается для привлечения внимания, чтобы вбить клин между мной и тобой.

– Ты уже говорила это раньше. Я в это не верю.

Она складывает руки на груди, внезапно разозлившись.

– Так ты думаешь, что я и вправду украла ее письма?

Бен проводит рукой по лицу. Его волосы намокли от дождя, а с кончика носа капает вода.

– Я не знаю. Ты же считаешь, будто она украла твой браслет, так, может, ты сделала это, чтобы отомстить ей?

В ее глазах появляются злые слезы.

– Ты думаешь, я воровка? Что я настолько мелочна?

Он не смотрит на нее; вместо этого склоняет голову, вороша носком ботинка кучу мокрых листьев.

– Мы нашли в ее спальне ту сережку. Она украла ее у меня, но мы так и не предъявили ей претензий. Я так и не предъявила ей претензий. Потому что ты запретил мне это делать. Как думаешь, могла ли она украсть и мой браслет?

Бен вскидывает голову и смотрит прямо на нее, взгляд у него необычайно жесткий, челюсти сжаты.

– Мне сейчас совершенно ни к чему эти разборки, – рявкает он, его лицо наливается краской. – Последние несколько недель были просто адскими, а ты только и делаешь, что ноешь по поводу Аби. – Из его рта летят брызги слюны, и Беатриса отступает от него на шаг: непривычно видеть его в гневе, но