Я рожден(а) для этого - Элис Осман

Я люблю его. Не знаю, как еще описать это чувство. Это не влюбленность, не одержимость, это самая настоящая любовь из разряда «я буду думать о тебе каждый день до конца своей жизни». Любовь, похожая на отчаянное желание обладать чем-то бесполезным, пускай ты и знаешь, что исчезни эта вещь – и ничего не изменится.

Как же я в это вляпалась?

ДЖИММИ КАГА-РИЧЧИ

– Слушай, далеко нам еще ехать? – спрашивает Ангел в такси, которое везет нас через Кент. Мы поймали его у станции Рочестер и едем уже полчаса: дедушка живет за городом.

Ангел смотрит в окно, тщетно пытаясь разглядеть хоть что-то за серой пеленой дождя.

– Далеко, – коротко отвечаю я, и она бросает на меня насмешливый взгляд.

– Как загадочно!

– Я не собираюсь сообщать тебе свой адрес. Прости, но это небезопасно.

– А когда приедем, ты что, глаза мне завяжешь? Как в кино? Боюсь, тогда наше приключение перейдет в разряд жутковатых.

Я не отвечаю.

– Да, ребята, не лучший день вы выбрали, чтобы гулять по болотам, – говорит водитель такси, женщина средних лет. Выговор у нее местный, хоть и не такой, как у Гэри. – В новостях предупреждают, что грядет настоящий потоп.

Я продолжаю молчать, и вместо меня отвечает Ангел. Кажется, она органически не способна терпеть паузы в разговоре.

– Что, так сильно льет?

Ее голос звучит фальшиво. Я как-то приноровился различать, когда она говорит, что думает, а когда пытается быть вежливой, добивается чьего-то расположения или просто хочет поддержать беседу.

Они принимаются болтать о погоде, и я отключаюсь. Мой телефон очень удачно разрядился.

•

– Так где вас высадить, молодежь? – спрашивает таксистка, когда мы въезжаем в деревню. Та совсем маленькая, вокруг – густые леса и зеленые луга, а все дома построены вручную, так что двух одинаковых не найти. Дедушкин – то есть мой – находится на другой стороне деревни, туда идти минут десять.

Ангел выжидательно смотрит на меня – она-то понятия не имеет, куда нам нужно.

– Давайте здесь, – говорю я. Ни к чему водителю знать мой адрес. В таком деле осторожность лишней не бывает.

Я плачу за проезд, и мы вылезаем из машины. Настроение у Ангел приподнятое, но вполне возможно, что она всего лишь притворяется.

Я начинаю подозревать, что она часто это делает.

До вечера еще далеко, но небо плотно затянуто тучами, и на улицах уже горят фонари. На дороге и тротуарах поблескивают лужи, и мы очень быстро промокаем до нитки. Никто из нас не додумался захватить с собой зонт или хотя бы плащ. Джинсы противно облепляют ноги. Ангел снова и снова поправляет хиджаб. Я предлагаю забрать ее рюкзак, но она решительно отказывается.

Пока мы идем, она не замолкает ни на секунду. Мне даже говорить ничего не нужно – она тараторит, перескакивая с темы на тему, беспечно рассказывает о семейных праздниках, школьных поездках, старых друзьях и видео в интернете. Это напоминает нервный тик. А может, ей просто не хватает внимания? Кажется, я в жизни не встречал человека, который бы так много и безудержно болтал.

Впрочем, ее болтовня странным образом успокаивает. Уж лучше это, чем оставаться наедине с тишиной и своими мыслями.

– Значит, тут и живет твоя семья? – спрашивает Ангел, в конце концов исчерпав запас историй.

– Только дедушка, – негромко говорю я.

– А остальные где? – не унимается Ангел.

Я не спешу с ответом.

– Не здесь.

Ангел чувствует, что это для меня больной вопрос, и замолкает, судорожно подыскивая безопасную тему для разговора. Если подумать, это немного забавно – то, как она боится меня рассердить.

– Моя семья живет в большом городе, а тут такое живописное место, – начинает она, но я вдруг перебиваю:

– Моя бабушка умерла.

Ангел спотыкается на полуслове и вопросительно на меня смотрит. А я продолжаю:

– Мама с папой вечно пропадали на работе. Потом они развелись. Оба строили карьеру, мотались по всему миру, а я с самого детства жил с бабушкой и дедушкой. Так что мы с родителями никогда не были близки. Им до меня тоже особо нет дела. Мы редко общаемся.

Ангел ничего не говорит. В деревне тихо, только шелестит дождь, и мы шлепаем по лужам.

– Старшая сестра учится в университете в Америке. Она старается не афишировать наше родство.

– Я не знала, что у тебя есть сестра, – растерянно произносит Ангел.

– Об этом мало кто знает.

Мы проходим мимо единственной на всю деревню остановки. Здесь я каждое утро ждал школьный автобус. Кажется, это было где-то в альтернативной реальности.

– То есть, по сути, твоя семья – это дедушка? – уточняет Ангел.

– Да.

Это заставляет ее замолчать на целую минуту.

•

– Я бы хотел немного пройтись, если не возражаешь, – говорю я, когда мы минуем деревенский паб и сворачиваем за угол.

– Ты же не собираешься меня прикончить? – спрашивает Ангел.

Я смотрю на нее, опешив от неожиданности. Ангел смеется, но у меня странное чувство, будто она не шутила.

– Нет, не собираюсь.

– Отлично, – кивает она и снова смеется.

– Зачем ты со мной поехала, если думала, что я могу тебя убить?

– Нет, ну прямо так я не думала, – фыркает Ангел.

Я бросаю на нее красноречивый взгляд, а она только хохочет над выражением моего лица.

– Не знаю, наверное, не так уж плохо быть убитой тобой. – Только произнеся это вслух, Ангел соображает, как странно прозвучали ее слова. – Ну, в смысле… Я…

– Вы все такие?

– Кто? И какие?

– Фанатки. Вы все… Готовы сделать все, что я скажу?

Ангел тщательно обдумывает ответ.

– Нет, думаю, не все, – говорит она наконец и, не вдаваясь в подробности, меняет тему: – А где ты хочешь прогуляться?

– Хм… Я хотел заглянуть в церковь. – Впереди, за редкой стеной плакучих ив, маячит осыпающаяся церквушка двенадцатого века. Не бог весть что, но, похоже, это единственная церковь, куда я еще могу пойти.

Ангел, очевидно, только что ее заметила.

– А, конечно, без проблем.

– Не волнуйся, я ненадолго. Если не хочешь, тебе заходить не обязательно.

– Да ладно, зайду. Никто ведь не будет против?

– Нет.

– Отлично. Ни разу не была в церкви.

– Даже в школе?

– Ну, я училась в не слишком религиозных школах.

– А в мечеть ты ходишь?

Ангел даже спотыкается, и я осознаю, насколько нелепым был мой вопрос.

– Да, хожу, – отвечает она.

– А я в мечети никогда не был.

– Загляни как-нибудь, там очень красиво.

– Ты часто туда ходишь?

Ангел переводит взгляд на дорогу.

– Да нет, довольно редко. Честно говоря,