Бернаут - Виктория Юрьевна Побединская

– Все не успокоится?

– Мне кажется, ты ведешь себя с ней слишком строго.

– Тебе кажется, – ответил он.

Я улыбнулась:

– Ладно, тогда ни пуха.

Даже я, ничего не смыслящая в правилах этого спорта, понимала: каждому из них сегодня нужна победа.

– Я его сделаю, – пообещал Марсель с легкой ухмылкой.

Уверенности этому парню, конечно, не занимать.

– Будь добр, не убейся только в процессе, ладно?

– Еще какие-то напутствия, пожелания?

– Нет. – Я покачала головой.

И когда решила, что Марс уже ничего не скажет, он вдруг произнес:

– А ты, кажется, и правда за него переживаешь.

Эти слова прозвучали так неожиданно, но при этом чисто и искренне. Без привычной усмешки или самодовольствия.

– Переживаю, – ответила я.

– Кажется, я даже понимаю почему.

«Думаю, вряд ли», – хотела возразить я, но молча кивнула.

Когда я вернулась обратно, Реми уже сидел на мотоцикле, натягивая перчатки. Кас крутился рядом. Дэмьен через пару метров тоже стоял на старте.

– А почему я никогда не видела механика Марса? – спросила я у Лил.

Та улыбнулась:

– Потому что он в своем роде уникум.

– В каком смысле?

– Сам обслуживает свой байк.

– А разве так можно?

Лил рассмеялась:

– Даже если возле него и был бы заводской механик, то, поверь, чисто для галочки. Марс – лучший в этом деле. Вряд ли кто-то из них выдержит не только его конкуренцию, но и характер. К тому же спорт полон предрассудков. И пора их менять. Ты знаешь, что несколько лет назад молодая девушка стала первой в мире, кто проехал на мотоцикле ралли-многодневку «Дакар» без технической поддержки? – Я покачала головой. – Это значит, что на протяжении всех этапов гонки она не просто гнала по бездорожью, но и обслуживала байк самостоятельно.

– Это… очень круто.

Но Лил, кажется, только разозлилась.

– Ты видишь на старте хоть одну девушку? – спросила она.

– Нет. Но это ведь мужской заезд, верно?

– А есть разница?

Я недоуменно приподняла плечи, как бы заранее извиняясь за свою неосведомленность.

– Это не контактный вид спорта. Мы не меряемся силой и проворством ног, их длиной и выносливостью. Не толкаемся локтями и не бьем друг другу по лицу. Здесь не важны вес и мощь удара. Количество мышц и рост. Все зависит от твоих навыков и умений управляться с мотоциклом, так почему мы не можем выступать наравне с ними?

Я не знала, что на это ответить.

– Потому что мир всегда указывает нам, – она показала на нас с ней, – где наше место. И никогда оно не бывает там. – Махнула рукой в сторону старта.

– Мне очень жаль.

– Да ладно, не забивай голову. – Насупившись, она уселась на скамейку. И тут же, подтолкнув меня, напомнила о сьемке, ведь ворота упали и гонка началась: – Иди.

Я кивнула.

– Хоть ты этим чванливым фотографам задницы надери.

– Постараюсь.

Я спустилась вниз, выбрав правый край трека, потому что именно там располагалась одна из насыпей, въезжая на которую мотоциклы эффектно взмывали вверх, и за время квалификационных заездов я уже пристреляла там пару кадров. Вдали показался знакомый белый шлем. Марсель. Я навела объектив, а потом резко вскрикнула, едва не уронив камеру, потому что мотоцикл Марса потерял управление, а сам он полетел на землю, несколько раз перекувырнувшись.

Бланж, мчавшийся рядом, успел отреагировать и вовремя свернул. На поле выбежал работник трека и принялся размахивать желтым флагом. Мимо промчались еще несколько райдеров. Марс с трудом встал на колени, схватившись за локоть. А потом поднял руку, показывая, что не намерен дальше продолжать. Дальше все закрутилось так быстро, что я даже не заметила, как закончился заезд. Все, что я успела выхватить, – Бланж победил.

– У него возникла проблема с байком, – возмущалась Лил, когда после награждения все собрались в раздевалке. – Ненатянутые спицы. Бред собачий. Никто ничего не понимает.

– Это его вина, в таком случае, – отмахнулся Лаклан.

Бланж в это время сидел темнее тучи, молча и попеременно на всех глядя. Злой до безумия. Награждение прошло сумбурно. Нет, там, конечно, были кубок и бутылка шампанского, которую он, открыв, просто поставил на помост, а сам, спрыгнув, ушел.

– Что-то здесь не так, – произнес он.

– Да брось, все же с ним нормально, – отмахнулся его брат. – Не сломал ничего, и ладно.

– Но мог.

Лаклан лишь глаза закатил.

– Улыбнись, бро, победа у тебя в кармане. Последняя гонка, тебе главное – с нее не сойти, а там приезжай хоть десятым. – Он хлопнул Реми по плечу. Но тот вдруг схватил его за руку и, наклонившись, прошептал едва слышно:

– Если я узнаю, что ты в этом как-то замешан, Лаки…

– С ума сошел? – оттолкнул его Лаклан и, встав, принялся раздраженно метаться по комнате. – Я что, по-твоему, совсем конченый?

– Ты всегда недолюбливал Марса, – добавила Лил.

– И что? Что это меняет? – возмущенно воскликнул он. – Просто признайте, что самоуверенность Андраде дала промах. Он просто не проверил свой байк. Вот и все!

– Марс никогда бы не допустил подобного, – холодно ответил Бланж.

– Все мы ошибаемся.

– Но не он.

Лаклан раздраженно выдохнул. Выражение лица Реми по-прежнему было суровым. Я знала, как сильно он хотел победить, но явно не таким способом. Это был вопрос принципа. Трудновыразимого и непонятного большинству. Такого же безоговорочного, как тот, ради которого был заключен наш брак.

– Бланж, – позвала я его, осторожно потянув за рукав. – Нам надо поговорить. Наедине. – Я обернулась на Дэмьена. Мне нужно было увидеть его глаза. Но он их отвел, подхватил ключи от машины и зашагал к двери.

– Это срочно? – Бланж приподнял голову, чтобы встретиться со мной взглядом. Вместо ответа я протянула ему пачку сигарет.

– Что это?

– Я нашла это у Марса. Час назад. Прямо перед началом заезда.

Если бы не шум толпы над нами на стадионе, то воцарилась бы такая тишина, что можно было бы услышать шелест крыльев летящий мухи. И вдруг, вложив свой шлем мне в руки, Беланже сорвался с места.

– Бланж, стой, я ведь могу ошибаться, – крикнула я ему вслед, но было слишком поздно. За эти недели я уже успела понять, что его от других людей отличало не только непомерное самомнение и жуткий дух соревновательности, но и безрассудство.

– Ты спятил?! – раздался голос из коридора. Это был Дэм. Я же так и застыла в дверном проеме, сжимая в руках гладкий черный пластик.

– Вот и я хочу знать ответ на этот вопрос! – Бланж толкнул Дэма в грудь.

– Эй, вы чего? – вскрикнула Лил, кинувшись к ним.

– Стоп, стоп. Не здесь, – вмешался Каc, оттягивая обоих назад. – На нас люди смотрят.

– Прекратите! – уже Лили.

– Лилиан, уйди!

– Бланж! –