Единоличница - Майя Евгеньевна Кононенко
От странного открытия Аню отвлёк шум мужских голосов. В зал завалилась компания, шесть или семь человек, все в джинсах. Возраста примерно её родителей. Вид они имели, говоря словами мамы, неблагонадёжный. Мама терпеть не могла длинных волос и бород у мужчин; у некоторых в наличии было и то, и другое. Один, с большой бородой, был почти совсем лысый, так что казалось, что борода у него начинает расти от затылка. Другой, безбородый, стянул отросшие волосы в низкий хвост. Он был в жилете вроде того, в котором отец ездил на рыбалку, но её отцу не пришло бы в голову одеться таким образом в музей.
От Ани их отделял только дверной проём. Краешком глаза она следила, как, о чём-то споря, неблагонадёжные столпились у большой многофигурной иконы. Их любопытство привлёк фрагмент в правом нижнем углу, на который указывал лысый с большой бородой, что-то всем объяснявший высоким скрипучим голосом. Ни с того ни с сего они громко и весело расхохотались, так что экскурсоводу пришлось сделать им замечание. Спорщики извинились и послушно притихли, а Аня, застыв на месте, старалась расслышать, о чём они говорят. В эту минуту она поняла предельно отчётливо, что ей тоже нужно туда. К ним. К этим незнакомым странным людям. Потому что с ними – интересно.
Домой вернулись утром следующего дня, и от усталости Аня свалилась без задних ног. Проснувшись уже днём, включила телевизор и, к своему изумлению, увидела на экране тех самых неблагонадёжных. Не всех, но в том, что это они, Аня была уверена. Тот, что с низким хвостом, пел под гитару песню про Сад. И не простой – а Анин! Песня – вне всяких сомнений – была адресована лично ей.
Потом говорили про фильм с непонятным названием, и появился юноша, похожий на индейца. Видимо, казах. Когда он скинул пальто, стали видны красные гвозди'ки – символ Революции, приколотые к его чёрной одежде. Нахмурившись и вскинув руку с микрофоном, он стал бросать, как дротики, резкие и ритмичные строчки. Каждая – о сгорающем дотла солнце, дыме вместо огня, страхе, надежде, горящем синем цветке – без единого промаха била в цель. Его узкоглазый казахский взгляд гипнотизировал и приводил все мускулы в радостное напряжение. Под этим взглядом Анино тело напитывалось пружинистой силой, а сердце – весёлой храбростью. По экрану уже поползли финальные титры, а он всё метал вспышки огненных слов, пока совсем не стемнело и тёмно-синяя ночь не засверкала, как звёздами, тысячами зажигалок. Аня сидела с открытым ртом. То, что случилось, требовало от неё незамедлительных действий. Она поднялась с дивана, чувствуя, как от ступней побежали к коленям электрические разряды, и, обогнув гардероб, схватила пыльный флакон с верхнего ящика у стены. Жёлтая жидкость что-то сердито буркнула, точно хотела прочистить узкое горло, туго перетянутое золотым жгутом.
На кухне, слева от раковины, в дальнем углу, из которого вечно тянуло гнилью и замогильным холодом, мертвенно зеленела дверца мусоропровода. Как и всегда, когда приходилось выбрасывать мусор, она задержала дыхание и, потянув на себя откидной мусорный ковш, опустила в него флакон. Толкнула ногой, и дверца вернулась на место.
Вслушиваясь в надтреснутый дребезг, славший проклятия из преисподней, Аня вымыла руки хозяйственным мылом. Потом распахнула окно, на котором стояли столетник с толстянкой, – и с облегчением выдохнула.
К О Н Е Ц
Благодарности
Первое и главное спасибо – моим самым близким людям, которые, сами того не желая, кто в большей, кто в меньшей степени стали прототипами героев этой книги. Большинства из них – бабушек, дедушек, папы, дяди, – к сожалению, нет в живых. Мама, мой самый строгий читатель и критик, к счастью, со мной. Как и моя младшая сестра, мой самый надёжный и добрый друг. Отдельное спасибо Саше Якуту, замечательному художнику и легендарному галеристу, который меня многому научил, а кроме того, послужил прообразом чрезвычайно важного для меня героя, Никиты Снова. Спасибо нашему сыну Николе, подарившему мне кучу идей. Верю, что его собственные творческие планы с блеском осуществятся: все предпосылки для этого налицо.
Я бесконечно признательна своим учителям, особенно моему литинститскому мастеру Андрею Витальевичу Василевскому, которому, как и редактору Ольге Ильиничне Новиковой, обязана дебютной публикацией в роли прозаика в журнале “Новый мир”.
Мне невероятно повезло влиться в первый поток школы “Хороший текст”, без которой я бы никогда не закончила этот текст. Отдельный поклон Сергею Марковичу Гандлевскому – за беспощадную критику и редкую обнадёживающую похвалу.
С трепетом в сердце благодарю Елену Данииловну Шубину, с чьей лёгкой и уверенной руки моя “Единоличница” превратилась в книгу, а также редакторов Анну Воздвиженскую, за ироничную, но вместе с тем бережную правку текста, и Анастасию Бугайчук, за чуткость и пунктуальность.
И наконец – last but not least – нежнейшее спасибо моему кудрявому ангелу-хранителю, скромно пожелавшему сохранить инкогнито, – за два одиноких года в Раю на острове Бююкада, где была закончена работа над рукописью этого романа, который, я надеюсь, будет иметь счастливое продолжение.
2017-2025
Николина Гора – Бююкада
Примечания
1
Павлиноглазка грушевая, или большой ночной павлиний глаз (лат.). Имя Saturnia указывает на Персефону-Прозерпину, богиню плодородия и внучку бога Кроноса-Сатурна, покровителя земледелия. По своей функции Прозерпина – “высший Сатурн”.
2
Паук-крестовик (буквально: паук с диадемой) (лат.). Сценка с павлиноглазкой – проекция мифа о похищении Персефоны богом Аидом. Юную богиню, собиравшую цветы в обществе океанид, он приманил полем цветущих нарциссов. Вырвавшись из бездны в колеснице, запряжённой чёрными конями, Аид унёс Персефону в своё подземное царство. Один из иконографических атрибутов этого бога – волшебный венец-невидимка, выкованный Гефестом.
3
Парки – три сестры, богини судьбы в древнеримской мифологии. Нона прядет нить человеческой жизни. Децима вынимает жребий, определяя судьбу. Морта, перерезая нить, завершает жизненный путь.
4
Фильм по роману Александра Фадеева “Молодая гвардия” режиссёра Сергея Герасимова вышел на экраны в 1948 году. Картина стала дебютной для таких звёзд советского кино, как Нонна Мордюкова, Сергей Бондарчук и Вячеслав Тихонов.
5
Дизайнупаковки
