Наперегонки с луной - Стейси Ли

Она неодобрительно качает головой:

— Никаких возвратов. У шоколада очень ограниченный срок годности. Это просто невозможно. Как мне следует обращаться к этим шести господам?

— Син-санг — это уважительное обращение.

— Шинг шинг, — пробует повторить Элоди.

— Ну, манерное, тебе будет проще говорить просто «сэр» Почти все понимают по-английски.

Мы останавливаемся у входа в здание Китайского благотворительного комитета. Оно выдержано в красных, желтых и зеленых тонах, которые, по китайским поверьям, приносят удачу, могущество и процветание. У входа — две большие каменные фигуры: лев, положивший массивную лапу на идеально круглый шар — символ могущества и власти над всем миром, и львица, играющая с маленьким львенком. Около двери кто-то стоит.

— Том! — Я так рада видеть его, что чуть не пускаюсь в пляс. Он надел свою лучшую куртку — шелковую с золотыми петлями и красивыми пуговицами спереди. Его волосы аккуратно причесаны, а лицо гладко выбрито. Он протягивает ко мне руки и обнимает, дружески и очень тепло.

Я оглядываюсь, ожидая увидеть где-то поблизости Линг-Линг или ее мать. Но в такое время на улице в Чайна-тауне появляются только мужчины.

Том бросает взгляд на Элоди и спрашивает меня по-китайски с легкой долей сарказма в голосе:

— У тебя уже новая подружка?

— Элоди, позволь представить тебе мистера Тома Ганна, сына доктора Ганна. Том, это мисс Элоди дю Лак. Ее отцу, к сожалению, пришлось срочно уехать по делам.

Том слегка кланяется, чего и требует при знакомстве этикет:

— Очень рад видеть вас здесь.

Элоди внимательно смотрит то на меня, то на Тома. Наверное, она пытается понять, что связывает меня с ним, поэтому я решаю сделать вид, что мы просто знакомые

Том открывает дверь, и мы заходим в здание. Стены внутри украшены деревянными резными панелями.

— Подождите здесь, пожалуйста. — С этими словами он исчезает за одной из массивных красных дверей, ведущих в главный зал для заседаний.

Знакомый до боли запах благовоний заполняет пространство вокруг. Элоди вся сжалась в комок. Она явно не в своей тарелке. Стоило ли вообще брать ее с собой? Но мои размышления прерывает Том, приглашающий нас в зал для заседаний.

Ну, была не была! Пришло время продавать шоколад в Чайна-тауне.

Глава 12

Шестеро, сидя за длинным столом, расположенным на небольшом подиуме, смотрят на нас во все глаза. И хотя я выросла среди этих людей, мне никогда не доводилось видеть их вместе за этим столом, да еще и с такими серьезными лицами. Я поневоле вытягиваюсь в струнку.

Четверо из них выглядят примерно одинаково — в традиционных китайских костюмах сам-фу: брюках и куртках; на головах — маленькие круглые шапочки, из-под которых свисают черные тонкие косички. А вот Просто Боб, который всегда был мне симпатичнее остальных и сейчас приветственно машущий мне, одет в обычную светлую фланелевую рубашку с плотными налокотниками. Он может позволить себе ходить в одеждах «иностранных дьяволов», потому что и так большую часть времени выглядит как дьявол, орудуя своим тесаком в фартуке, забрызганном кровью. В конце стола развалился грузный мистер Круз, вытянув в сторону свою подагрическую ногу. Он тоже может ходить в западных одеждах, потому что наполовину португалец.

— Добрый день, господа! — здороваюсь я по-китайски, слегка кланяясь. И улавливаю тонкий запах чая с лепестками хризантем, который они пьют. Я бы тоже с удовольствием сделала пару глотков, чтобы слегка успокоить нервы. — Прежде всего позвольте поблагодарить вас за то. что вы любезно согласились выслушать предложение маленькой скромной девушки.

Я представляю дочь мистера дю Лака. Она делает глубокий книксен, и членам комитета приходится наклониться вперед, чтобы разглядеть ее получше.

— Вы опоздали! — выпаливает мистер Нго по-китайски. После этого недовольно откидывается в своем кресле, отчего его голова совсем вжимается в плечи. Мама говорит, что люди с такой короткой шеей чрезвычайно вспыльчивы и агрессивны.

— Тысяча извинений, син-санг Нго. Простите мои нерасторопные ноги.

Мистер Нго недовольно откашливается. Элоди смотрит на меня в надежде, что я наконец начну переводить. Но мне не до этого, и я ее просто игнорирую. Кроме того, у нас столько культурных различий, что перевод требуется очень вдумчивый, а некоторые фразы лучше вообще не объяснять.

Мистер Леджунг шепотом пытается урезонить мистера Нго, а потом говорит нам:

— Садитесь, пожалуйста!

Мы опускаемся на двухместную скамеечку. Между нами — коробка с трюфелями. Том садится поодаль за маленький столик. Он здесь исполняет роль стенографиста. Том аккуратно обмакивает перо в чернильницу — ему одинаково виртуозно удается владеть как пером, так и лопатой.

И тут на углу стола я вижу розовую коробку с печеньями из «Пекарни Номер Девять». Внутри меня все переворачивается. Ох уж эти гадюки! Не мытьем, так катаньем! Том не тратит деньги на сладости. Значит, это подарок Линг-Линг и ее матери. Да уж, они тут зря время не теряют, это точно!

Элоди перехватывает мой взгляд.

— Я слышал, что ты учишься в новой школе, Мерси, — говорит мистер Леджунг по-английски с легким китайским акцентом. Тем временем мистер Чоу переводит для отца Тома — единственного, кто не говорит на этом «варварском крякающем» языке. — Молодец, что не останавливаешься на достигнутом!

— Благодарю вас, син-санг Леджунг!

Мистер Нго снова наклоняется вперед, опираясь локтями на стол. Ему трудно долго сидеть в одной и той же позе. Он говорит по-китайски:

— Девочкам совсем не нужно высшее образование. Найди себе приличного жениха, выходи замуж и рожай как можно больше деток. Нам в Чайна-тауне нужны дети.

Мистер Леджунг опять что-то шепчет мистеру Нго и снова обращается к нам по-английски:

— Мисс дю Лак, родители знают, что вы здесь?

— Нет. Так сложились обстоятельства.

— А почему месье дю Лак не присутствует на заседании лично? — спрашивает мистер Круз так грозно и громко, что того и гляди лопнут чашечки из тончайшего китайского фарфора. Но португальцы просто не умеют говорить тихо.

— Месье дю Лаку пришлось срочно покинуть город, но он очень доверяет своей дочери и уполномочил ее приехать на эту встречу и принимать любые решения. Она наследница его бизнеса, кроме всего прочего.

Месье Леджунг складывает ладони в замок и задумчиво смотрит на нас. Я вдруг понимаю, что само присутствие Элоди вызывает куда большее доверие к моей идее, чем если бы здесь был сам месье дю Лак. Мистеру Нго, например, показалась бы очень странной моя связь с таким немолодым и опытным бизнесменом.

Просто Боб закатывает рукава. Его правая рука, которой он ежедневно по много часов рубит туши, намного мускулистее девой.

— От