Прости, Медвежонок! - Лилия Дворянская

«Нет, отказываюсь в это верить», – мысленно сказала она самой себе и решила поинтересоваться у самого Стаса, но не прямо, а намеком, чтобы только посмотреть на его реакцию, – «Вдруг… ну, а вдруг мне все это лишь почудилось».

Она улучила момент, когда Стас вышел на кухню относить грязные тарелки и проследовала за ним.

«Полина такая хорошенькая девочка», – начала она издалека, – «Правда?»

«Да, вырастет красоткой будет», – подтвердил Стас, складывая тарелки в мойку и включая воду.

«Удивительно, но на Карину она совсем не похожа», – продолжила Лера, беря в руки полотенце.

«Бывает. Наверно в каких-то других родственников», – пожал он плечами и начал мыть посуду, передавая ее Лере, чтобы та вытирала.

«А кто у Полины папа?» – вдруг спросила она, внимательно вглядываясь в его лицо.

Стас даже не изменился в лице и невозмутимо ответил: «Понятия не имею. Мужчина какой-то. Для Карины это очень болезненная тема и она пресекает любые вопросы по этому поводу. Поэтому ты лучше этого не касайся и постарайся ее ничем не задеть и не обидеть».

«Ага, щас…», – воинственно решила про себя Лера.

На кухню зашли Света с Кариной, неся еще грязную посуду и недоеденные салаты. Забежала Полина.

«Пойдем, Стас», – потянула она его за рукав и зашептала, – «сейчас сюрприз будем готовить».

Стас выключил воду, вытер руки полотенцем, которое держала Лера, подмигнул ей и вышел вслед за Полиной.

«Светлана, ты же именинница», – сказала Лера Свете, забирая у нее из рук посуду, – «Отдохни, а мы с Кариной все помоем. Правда, Карина?» – обратила она к той.

«Прекратите, девочки, мне не удобно», – запротестовала Света.

Карина была растерянна, она взглядом искала поддержки у подруги, но вслух ничего не говорила.

«Света, оставь посуду!» – повторила Лера. Прислушалась и указала в сторону гостиной, – «Кажется кто-то бокалами гремит».

«Ой, это Нюра наверно на стол залезла», – бросилась она в гостиную проверять не нахулиганила ли собака, оставшись наедине с недоеденным угощением.

Лера плотно закрыла за Светой кухонную дверь, повернулась и презрительно посмотрела на Карину.

«Как ты могла?» – без всяких предисловий спросила она у той.

«Не понимаю, о чем ты», – все понимая ответила Карина, съеживаясь под Лериным взглядом и глаза у нее забегали.

Проигнорировав ее ответ, Лера продолжила: «Ему же было только шестнадцать!».

Карина молчала.

«Господи, да он в свои двадцать семь выглядит на двадцать лет», – всплеснула руками Лера, – «А в шестнадцать на сколько выглядел? На десять?!»

Карина в изнеможении опустилась на кухонный стул, опустила глаза и не проронила ни слова, а Леру уже было не остановить.

«Хорошо, я могу понять его, озабоченного мальчишку. Но как ты, взрослая женщина, смогла это сделать с ним, с ребенком?»

«Это я ее попросила», – услышала Лера за спиной Светин голос.

«Что?!» – растерянно и с недоверием переспросила она, обернувшись.

«Да, это я попросила Карину…эм-м-м… вступить в отношения со Стасом в период его…эм-м-м… взросления», – подтвердила Светлана, заходя на кухню с Нюрой на руках.

«А ребенка от него тоже ТЫ ей предложила родить?» – пренебрегая чувствами Карины, выпалила Лера, приваливаясь плечом к холодильнику.

Карина вздрогнула, застонала и закрыла лицо руками.

Света подошла к ней и, поглаживая подругу по спине, спокойно заговорила: «Кариночка, я давно обо всем догадалась. Ты зря мучилась, пытаясь скрыть это от меня столько времени. Думаешь, я не вижу, как Полечка на Стасика похожа. Да нет, больше даже на меня. Я в детстве такая же была, неужели не помнишь? Не переживай так! Я очень нашу девочку люблю, она же родная мне! Ты всегда можешь на меня рассчитывать, мы вместе вырастим нашу Поленьку. И то, что я получила подтверждение именно сегодня, в мой день рождения – лучший для меня подарок!».

Она опустила собаку на пол, взяла еще один стул, села рядом с Кариной, они обнялись и заплакали.

Лера смотрела на это и не понимала, как такое вообще может быть, да еще на ее глазах, не по телевизору, не в книжке, а вот, прямо здесь.

«Зачем вы это сделали?» – на выдохе спросила она.

Светлана взглянула на нее так, как будто только что увидела. Выпрямилась, вытерла слезы и повысив голос с вызовом переспросила: «Зачем? А знаешь ли ты как это, когда твой ребенок умирает у тебя на руках?»

Лера замолчала, а Светлана начала торопливо и сбивчиво рассказывать, заламывая пальцы: «Я очень виновата перед Стасиком. Я молодая была, глупая, недосмотрела. Оставила его одного, а сама к приятельнице в соседний подъезд заскочила на примерку платья, возвращаюсь, смотрю, а он на земле под окном лежит. Выпал из окна. Вокруг люди, все кричат, галдят. Ему тогда четыре года было. Я к нему, а он глазки открывает и говорит: «Мама, больно». Выжил, мы на третьем этаже жили. Долго мы тогда в больницах лежали и здесь, и в Москву нас возили. Он позвоночник себе повредил, думали ходить не будет. Спасибо, Карине, она тогда сильно мне помогла и с врачами, и деньгами. Я же одна была, отец Стасика бросил меня, а потом, насколько знаю, погиб на какой-то бандитской разборке. Родители мои уже умерли. Нет, брат старший был, он в Шахтах жил, свою семью тащил, ему не до меня. У меня кроме Карины никого».

Светлана прижалась к подруге и продолжила: «Потом Стас рос и снова начались проблемы со здоровьем… Опять бесконечные больницы. В шестнадцать лет у него вдруг начал горб расти, а он симпатичный мальчик. Все друзья уже с девочками гуляют, хвастают друг перед другом, кто кого и как. Он тоже в девочку влюбился, а она посмеялась над ним, да еще унизила перед остальными ребятами. Он тогда таблеток наглотался, еле его откачали. И опять это: «Мама, больно». Я его спрашиваю: «Где больно?», а он отвечает: «Везде больно». Он не спать, ни есть не мог. Я и упросила Карину отвлечь его, доказать, что и его любить можно, да и чтобы он стал уверение среди своих озабоченных одноклассников и глупых одноклассниц. А потом опять больница, операция, реабилитация. А у меня уже Никитка маленький, муж все время на работе. Я не знаю, как бы справилась со всем этим без Карины».

Она вздохнула и произнесла: «Ну, а Полечка… Карина очень хотела ребенка. По-другому не сложилось… получилось так, как получилось… Спасибо Стасу. Я ей по гроб жизни благодарна за ее участие в моей жизни и в жизни Стаса. Поэтому, как только она забеременела Полиной, я уже тогда начала подозревать, кто отец, хотя Карина объяснила это мимолетным романом и даже