Прости, Медвежонок! - Лилия Дворянская

13

«И что? Что? Было у тебя что-нибудь с Пашей?» – в нетерпении спросила Иринка у Леры.

Та закатила глаза, горько вздохнула и призналась: «К сожалению, нет».

«Ну, почему?» – расстроилась ее подруга.

«Да, представляешь», – начала рассказывать Лера, – «Все хорошо шло. Мы и за тортиком сходили, и с Альфом погуляли – это Пашина такса, ужин приготовили, поели, только чай пить начали, как мне встревоженная Алиска звонит».

«И-и-и?»

«И рассказывает, что приехал Стас. Привез кучу сладостей. Как ни в чем не бывало, сделал с ней уроки. А теперь сидит в саду и… плачет».

«Что делает?» – недоверчиво переспросила Ира со смехом, аж подаваясь от удивления корпусом вперед.

«Плачет», – всплеснула Лера руками. – «Алиса у меня спрашивает, что ей с ним делать? Я говорю: «Закрывай дверь в дом, смотри свои мультики и не обращай на него внимание. Поплачет и успокоиться».

Лера возмутилась: «Какой уж тут романтический настрой, если Алиска переживает и просит быстрее домой ехать. Поэтому я перед Пашей извинилась и домой уехала».

«И конечно же со Стасом помирилась…», – разочарованно протянула Ирина.

«Ну, когда я ехала домой, то была настроена решительно и собиралась порвать с ним раз и навсегда, а его самого растерзать на тысячу маленьких медвежат» – ухмыльнулась Лера, вспомнив, как было дело дальше.

***

Она загнала машину во двор, вышла, обняла Алису, которая выбежала ей на встречу.

Алиса молча показала пальцем в сторону сада.

Лера ласково погладила ее по голове и попросила: «Иди в дом, я поговорю со Стасом и скоро приду».

Стас сидел в саду на лавочке под старой яблоней, увешенной красными крупными яблоками, и настороженно смотрел на приближающуюся к нему Леру.

В покрасневших и опухших глазах плескался испуг. Лицо виноватое и растерянное, как у провинившегося ребенка.

«Черт!» – выругалась про себя Лера, понимая, что не сможет сказать ему всего того, что планировала, пока добиралась до дома. Злость давно прошла. Перед ней сидел глупый, влюбленный в нее до розовых соплей мальчишка, уже такой близкий, уже такой родной.

Любила ли она его, наверное, любила. Она испытывала к нему огромную нежность, ей нравилось обниматься с ним, зарываться носом в его волосы. Она таяла и трепетала, когда они целовались. Но не было состояния расслабленности и уверенности в их отношениях. Они не были равными. Кто она для него в их взаимоотношениях? Еще не мама, но уже не подруга. Старшая сестра. И она чувствовала, что несет за него ответственность. Но перед кем? Перед ним? Его мамой? Собой? Или его чувствам к ней? Понять это было сложно!

Лера опустилась рядом с ним на лавочку и с грустью спросила: «Вот зачем ты это сделал, Стас?»

Стас всхлипнул и свалился вниз. Он обнял ее ноги, уткнулся в колени и захлебываясь слезами, начал повторять: «Прости, прости, прости… я дурак».

Она заботливо гладила его по голове, вытирала мокрое лицо и говорила: «Медвежоночек, послушай, я же никогда тебя не обманывала. Ты даже пароль от моего телефона знаешь. Ну зачем ты так со мной поступил?».

Стас шмыгнул носом, взял себя в руки и с жаром сказал: «Лерочка, ну как же ты не понимаешь?! Я очень тебя люблю! Больше всего на свете я боюсь тебя потерять! И ты не представляешь, что я чувствую, когда ты оставляешь меня одного и уезжаешь к себе домой! Я не знаю где ты, с кем ты, как ты добралась до дома? В голову лезут разные дурные и страшные мысли. Я очень за тебя переживаю! Да, я сглупил. Я понял это и сам собирался убрать эту программу при первом же удобном случае».

Он заискивающе посмотрел ей в глаза и тише добавил: «Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы ты меня простила».

Да! Да! Да! Она простила его, уже тогда, когда увидела на этой самой лавочке, расстроенного, заплаканного и напуганного их ссорой.

«Стас, пожалуйста, если тебя что-то беспокоит, просто поговори со мной!» – сказала ему Лера, – «Ты мне дорог, и я с тобой предельно честна. Не нужно меня контролировать. Или ты мне веришь и доверяешь, или мучаешься сам и мучаешь меня. А мучительных отношений мне не надо, думаю, что и тебе тоже».

Стас поднялся с колен, сел с ней рядом, обнял за талию, уткнулся в шею и клятвенно заверил: «Я верю тебе, как никому другому! Обещаю, что ничего подобного больше не повторится!»

И умоляюще произнес: «Ты только не бросай меня, пожалуйста. Не уходи от меня!».

Лера извернулась, поцеловала его в нос, тепло улыбнулась и ответила: «Как же я тебя брошу, если ты мой любимый Медвежонок!».

Стас смешно сморщил нос и счастливо заулыбался.

В окно выглянула Алиска и крикнула в темноту сада: «Эй, вы там скоро? Я есть хочу!».

«Пойдем перекусим и будем спать ложиться», – сказала Лера, поднимаясь и ведя его за собой за руку в дом.

***

«Наши отношения стали только лучше. Более доверительные», – вспоминала Лера. – «Вот после этого, он и переехал ко мне. Каждый день в город вместе со мной ездил: работал у себя дома, общался с клиентами, встречался и тренировался с Кариной, тренировал своих учеников, вечером мы вместе возвращались домой. С ним оказалось, на удивление очень комфортно жить. Он и по дому что-то делал, и в саду, готовил хорошо, с Алиской шахматами и английским занимался, с Рэмом гулял. Рэм его хорошо принял и слушался. Даже пироги мне пек. Делал какие-то милые подарочки».

«Сейчас покажу», – сказала она Ирине и ненадолго вышла из кухни.

Чем-то пошуршала в коридоре и через некоторое время вернулась с ключами от машины. На ключах висел брелок – пластмассовый медвежонок в штанишках на подтяжках.

Лера сунула ключи с брелоком в руки подруги:

«Представляешь, Ир, он сам его нарисовал, на 3d-принтере напечатал и раскрасил. Не просто купил, а сам сделал! Удивительный парень! Их два медвежонка было: мальчик и девочка. Это мальчик, а девочка у него осталась».

Она рассеянно улыбнулась: «Стас даже замуж меня позвал. В новый год предложение сделал. Я согласилась. В общем не жизнь, а сказка. И вся эта сказка длилась чуть больше трех месяцев. До дня рождения его мамы».

14

В конце января Светлане, маме Стаса исполнялось сорок восемь лет. День рождения она отмечала у себя дома, в кругу семьи. Пригласили и Леру, уже как невесту Стаса.

Дом у Светланы и Тимура