Прости, Медвежонок! - Лилия Дворянская

был роскошный, не дом, а целый особняк. С большим ухоженным садом, с прудом, с гаражом на две машины, с огромными коваными воротами. В гостиной, где стоял накрытый стол, потрескивал дровами настоящий камин. У камина дремала, свернувшись калачиком, китайская хохлатая собачка. При виде Стаса она вскочила и завертелась волчком у его ног. Он поднял ее на руки и представил Лере: «Познакомься, Лер, это Нормандия Амбер Саншайн, ну, или просто Нюра».

«Здравствуй, Нюра Саншайн», – потрепала она собачку по белокурой шевелюре.

«Раз все в сборе, давайте садиться за стол», – громко крикнул, входящий в гостиную Тимур, созывая гостей. Подойдя к столу, он рукой показал Лере со Стасом присаживаться, а сам начал откупоривать бутылки с напитками.

Стас опустил собачку на пол, подвел Леру к столу, услужливо отодвинул ей стул, затем сел сам, и они оказались за столом первыми.

Прибежали Полина с Никитой, младшим двенадцатилетним сыном Светланы, сводным братом Стаса. Они на ходу отщипнули от кисти винограда по ягоде и, жуя, уселись за стол, на противоположной стороне от Леры и Стаса. С кухни, неся в руках блюда с угощениями, пришла Карина, а за ней сама именинница Светлана.

«Сына, переставь, пожалуйста, вазу на камин», – попросила она, – «мне нужно заливное поставить».

Стас помог маме, забрал у Карины блюдо с нарезанным на ломти запеченным мясом, разместил его на столе и вернулся на свое место.

Света села по главе стола, по левую руку от нее сидел Тимур, далее Стас, Лера, прямо напротив Леры села Карина рядом с дочкой. По правую руку от Светы был Никита. Праздничный вечер в кругу семьи, тихое задушевное домашнее торжество.

Все шло, как на любом празднике: тосты, поздравления, комплименты, шампанское, вино, салаты, закуски. Тимур рассказывал какие-то истории, дети скучали и порывались сбежать в детскую, чтобы продолжить играть в Никитину приставку. Даже Карина была мила и дружелюбна со всеми, кроме Леры, которая время от времени, ловила на себе ее неприязненные взгляды и холодные нотки в разговоре.

«Да, плевать», – думала Лера, – «ты тоже мне не нравишься!»

Она осторожно рассматривала семью Стаса, которая могла в скором времени стать и ее семьей.

Света и Карина. Лучшие подруги, а такие разные. Света красивая, роскошная женщина, у нее обеспеченная жизнь, молодой муж, двое сыновей, своя вокальная студия. Карина – мать-одиночка, рядовой тренер спортивной школы. В молодости без сомнения была красива, надменно красива, но ее внутренняя жесткость и резкость отразились на ней хуже возраста, залегли морщинами и лишили привлекательности, хотя та и пыталась скрыть это агрессивным макияжем и вызывающей одеждой. Если Света с возрастом приобрела шик и элегантность, то Карина всю свою привлекательность лишь растеряла, остался только тяжелый характер.

Но их искренняя привязанность и поддержка друг друга не вызывала сомнений. Видимо, они действительно много значили друг для друга. В их отношениях не было ни зависти, ни заискивания, ни высокомерия. Только теплота и забота.

Когда-то Карина помогла Свете вырастить и воспитать Стаса, теперь Света заботиться о дочке Карины Полине и у девочки даже есть своя комната в Светином доме.

Никита и Стас. Никита копия Тимура, коренастый, темноволосый и кареглазый. Стас голубоглазый, как мама. Только нос у него не точеный Светин, а курносый.

Карина и Полина. Поля совсем не похожа на свою мать, ни внешне, ни по характеру. Она общительная, живая и непосредственная. Лишь под тяжелым взглядом матери замыкается и становится серьезной. Но стоит Карине отвлечься или пропасть из поля видимости, как Поля снова оживает. У Карины узкое лицо, нос с небольшой горбинкой, холодные серые глаза. Полина хорошенькая круглолицая девочка с яркими голубыми смеющимися глазами и длинными светлыми косами.

Лера заметила, что Поля что-то тихо сказала маме на ухо и та резко ответила: «Нет!», Полина опять что-то попросила. Карина подумала и произнесла: «Если тетя Света разрешит».

Полина подошла к Светлане и что-то сказала на ухо ей. Та не расслышала, приобняла девочку и ласково переспросила: «Что, моя хорошая?».

Полина повторила и, как поняла Лера, про остаться ночевать.

«Ну конечно можно», – разрешила Света и поцеловала девочку в висок.

Только сейчас, когда Поля встала рядом со Светой, Лера заметила… как сильно Полина на Светлану похожа. Те же голубые глаза, мягкие округлые черты, пухлые губы. Вот только нос у Полины был… курносым.

Лера похолодела и испугалась своего невероятного предположения. Даже мысленно не могла собрать его в фразу: «Как это? Как такое может быть? Да нет, нет, показалось!» – убеждала она себя – «Просто совпадение! Мало ли на свете круглолицых голубоглазых мужчин с курносыми носами?!».

Полина вернулась на место радостная, взяла яблоко и наклонившись в сторону Никиты, уткнулась в телефон, который тот держал в руках.

И чем больше Лера смотрела на Полину, тем больше начинала видела в ней черты… Стаса.

Она, стараясь делать это незаметно, поочередно смотрела то на Полину, то на Стаса, сравнивая их. Карина ее взгляд перехватила, Лера это заметила и увидела, что та напряглась и занервничала.

«Полина, а сколько тебе лет?» – уточнила Лера у девочки.

«Дешасть», – жуя яблоко и не отвлекаясь от игры на телефоне, ответила Поля.

«Ой», – промелькнуло в мозгу у Леры, – «Если Полина дочка Стаса, значит, когда она родилась Стасу было семнадцать. Семнадцать! А Карине? Тридцать восемь! Как мне сейчас! Ой, не-е-ет… А если вычесть время беременности, то ему было… Шестнадцать?! Когда… когда.... они… были вместе… Какой кошмар!»

«Нет», – мысленно запротестовала она, – «Быть такого не может! Чтобы Карина родила дочку от Стаса? Он и Карина! Карина и он! Нет!»

Картинка, которую рисовало ее воображение вызывала тошноту.

Лера, еще раз демонстративно, уже, чтобы видела Карина, внимательно посмотрела на Полину, затем на Стаса и снова на Полину. А та видела. Она не отрываясь наблюдала за Лериным взглядом.

После Лера резко повернула голову и, приподняв брови и сделав удивленный взгляд, пристально посмотрела Карине прямо в глаза, немым вопросом пробуравливая ее насквозь.

Карина все поняла и услышала адресованный ей безмолвный вопрос. Ответом на него был ее страх: она побледнела, руки ее затряслись, а испуганные глаза молили: «Нет, нет, молчи, не спрашивай».

По ее реакции Лера тоже поняла, что ее догадка подтвердилась. Ошеломленная она откинулась на спинку стула, растерянно покачала головой и после, по очереди оглядела всех остальных, сидящих за столом. Их с Кариной молчаливый разговор остался для всех других незамеченным. Света со Стасом что-то обсуждали через Тимура. Тот ел салат и изредка им кивал. Полина с Никитой продолжали играть на