Отчаянная и другие рассказы - Сергей Аникин

в зал, взял сотовый и набрал номер Надежды. «Абонент находится вне зоны действия сети», – ответил снова электронный голос.

Он отложил телефон в сторону и улёгся спать. Накрывшись одеялом, он пропотел, его лицо покрывал горячий пот. Затем он прикрыл глаза и задремал.

* * *

Они распростерлись, обнаженные, на двуспальной кровати в его квартире в центре Москвы. На столе рядом с кроватью стояли огромные медные подсвечники, в них тускло горели свечи, стояла наполовину пустая бутылка красного вина. На столе также стояли полные конусообразные фужеры. В центре на подносе стояли фрукты – красные гроздья винограда, кусочками выложенный ананас и огромная красная ягода клубника. Он лежал на ней, глубоко уйдя в неё членом. Она дрожала от райского удовольствия. Будто в судорогах, тряслись её ляжки, икры. Он придавил её к белоснежным, как морозная пелена, простыням всем тяжестью своего крепкого накачанного тела, резко вздымая и опуская бёдра. Он прошёлся ласковым розовым языком по ее шее. Она почувствовала вкус клубники из его рта. Затем он спустился языком к плечам, опускаясь ниже к борозде между её грудей. Она страстно поцеловала его, губы впились в него, как нитка в иголку. Затем Кирилл припал к набухшему, возбуждённому соску и нежно втянул его губами.

Она извивалась под ним, блаженно закрывая глаза. И забилась в экстазе откровенных плотских радостей. Затем она его снова страстно поцеловала, впившись в губы. Она выгнулась и уткнулась грудью ему в рот, он взял зубами сосок и больно укусил его, она застонала и еще шире расставила свои ноги, тут же заведя их назад и скрестив на его спине в замок. Точно когтистые лапы хищника, её руки сжимали его и вонзались в спину, будто зубы впивались в плоть. Они царапали кожу, оставляя на ней кровавые следы.

Чем сильнее он бился о неё телом, тем страшнее терзала она его плоть, точно они занимались сексом, как будто в последний раз. Боль и блаженство смешались, возбуждая их обоих, как «дорога» чистейшего, как ледник айсберга, кокаина. Кровь ручейком стекала по его спине теплыми солёными струйками, пачкая белые простыни. Она выбралась из-за него и перевернулась на живот, предложив ему новую позу. Он нагнулся и приподнял её за накачанные, но в данный момент расслабленные бёдра. Затем привстал на колени сзади и стал, мягко прикасаясь губами, целовать спину, лаская её сильный пластичный хребет своим мягким розовым языком.

После он опять взгромоздился на неё и приподнял за ляжки, она забилась у него в руках и сладко застонала, когда он снова пронзил её пенисом. Она вцепилась в его затылок и прижала свои губы к его губам, глубоко целуя – их языки слились в любовной страсти, точно два плюща обвили друг друга. Они оба подходили к финалу, тяжело дышали, обливаясь липким потом, словно их тела были облиты горячей патокой. Он упал на неё и прислонил её голову к себе. Её липкие волосы упали ему на правый сосок. Он чувствовал, как от удовольствия дрожало её тело, будто его сводила судорога. Затем они оба закрыли глаза и уснули.

* * *

Лучи яркого солнечного света вползли в квартиру Владимира и осветили её. На голубом прозрачном, как роса, небе не было ни облачка. Он приоткрыл глаза, солнечный диск ослепил его. Встав с постели, он взглянул на часы. Время было полдвенадцатого. Он отправился в ванную и принялся умываться.

Умывшись, он надел рубаху и джинсы вышел на улицу. На улице стояла солнечная погода, и воздух, чистый, как хрусталь, ударил ему в ноздри, наполняя легкие кислородом. Он вызвал по сотовому телефону такси. Не прошло и пяти минут, как подъехал цвета серого олова «митсубиси».

– Мне до «Серебряного филина».

– Будем там через пятнадцать минут, – в ответ кинул щупленький дедушка шестидесяти лет.

Владимир сел в салон на передние сиденье, пристегнулся ремнем безопасности. Затем достал сотовый и набрал номер Надежды. «Абонент разговаривает по другой линии, пожалуйста, перезвоните позже».

Владимир нажал на клавишу отбоя. Водитель включил приёмник, и в динамиках зазвучал голос Гарика Сукачева.

– Можно убавить, а то голова раскалывается? – спросил Владимир.

– Конечно, – ответил водитель.

Затем убавил звук приёмника.

– Что, вчера хорошо погулял, вспомнил молодость? – сострил водитель.

– Да ничего я не вспоминал, – буркнул Владимир. И решил добавить: – Да и какое твоё дело.

Автомобиль остановился около светофора. На перекрёстке загорелся красный свет.

– Что-то ты неразговорчивый, у меня редко такие ездят, обычно наоборот не остановишь, болтают без умолку, – повернув голову к Владимиру, сказал водитель.

В этот момент загорелся зелёный.

– Ты физиономией мух не считай, а за дорогой следи, зеленый, поехали, – заявил Владимир.

Сзади кто-то громко просигналил.

Водитель отпустил тормоз и вдавил педаль газа, автомобиль резко тронулся, оставляя отпечаток на асфальтированной дороге. Затем водитель свернул за угол и остановился около «Серебряного филина». Владимир рассчитался с таксистом и пошёл в клуб. Он зашёл внутрь и прошёл в кабинет Василия Пастухова. Внутри было просторно, настежь открыты пластиковые окна, на полу был серый линолеум, огромный шкаф из красного дерева, напротив – мягкий кожаный уголок, плазменный телевизор висел в левом правом углу на стене. Около телевизора находилась барная стойка. За стойкой стояла молодая, с короткой стрижкой, голубыми глазами и в чёрном пиджаке и короткой кожаной юбке, девушка, а напротив неё сидел Василий и пил коньяк из стакана.

– Зачем пожаловал? – спросил Василий.

– Хочу обсудить оплату за бой, – заметил Владимир.

– Мы её обсуждали в прошлый раз, – осушив стакан одним глотком, заметил Василий.

– Я хочу поднять ставку, – заявил Владимир.

– Так, милочка, дай мне бутылку коньяка, и сходи припудри носик.

Повернувшись к бармену и взглянув в её глаза, резко сказал Василий. Девушка молча протянула бутылку коньяка «Александр» и удалилась.

– Присаживайся, – повернувшись и вскрыв бутылку, обратился он к Владимиру.

Владимир присел напротив него. Он разлил коньяк по стаканам. Затем они чокнулись и выпили.

– Ну, и что ты хотел? – достав из кармана пачку «Мальборо» и закурив сигарету, осведомился Василий.

Дым тонкой струйкой начал подниматься под потолок.

– Я хочу поднять цену до шести миллионов, – заявил Владимир.

– Шесть миллионов долларов? – опешил Василий.

– Да, – коротко подчеркнул Владимир.

– Мы же договаривались на один миллион, – улыбнулся, обнажая свои прокуренные зубы, Василий.

– Но ты говорил, боец будет серьёзным, и мы уже себя проявили, поэтому я хочу, пока не поздно, поднять таксу, – грубым тоном сообщил Владимир.

– А ты, я смотрю, не промах, – подчеркнул Василий и решил добавить: – Давай я дам десять миллионов, но твой боец должен проиграть.

– Нет, я всегда веду честный бой, мне