Мой прекрасный князь - Анна Евгеньевна Антонова

слегка пошатываясь под грохот аплодисментов. Похоже, те, кто проделывал это с ним, знали, когда надо остановиться, чтобы не стало слишком поздно… Но кто? Неужели Игорь?

Василисе хотелось закрыть глаза и заткнуть уши, чтобы ничего не видеть и не слышать, но прятаться в домике не время, надо действовать. Публика вокруг зашевелилась, а она, пользуясь суматохой, поднялась и направилась к неприметной дверке возле сцены, за которой скрылся Ярик.

Все оказалось не так просто – путь ей преградил охранник в строгом черном костюме, но его наряд совсем не монтировался с затрапезной физиономией.

– Вы куда это, дамочка? – фамильярно поинтересовался он.

– К Царевичу, – коротко отозвалась Василиса.

Охранник двусмысленно хохотнул:

– Все хотят к Царевичу.

Ее передернуло. Значит, и правда не показалось…

– Я его мама! – возмутилась она.

Он смерил ее недоверчивым взглядом:

– Мама? Что-то не похоже…

– Чересчур молодая? – нервно усмехнулась она.

– Ладно, подождите, я узнаю, – не ответив на провокационный вопрос, бросил охранник и скрылся за дверью.

Вскоре он вернулся и покачал головой:

– Не велено пускать.

– Кем это не велено? – воскликнула Василиса. – Игорем? Или кто тут у вас главный?

Заметив, что публика, которая не спешила расходиться, с любопытством прислушивается к их перепалке, она повысила голос:

– Я имею право видеть своего сына! Он несовершеннолетний, и вы не можете…

– Тише вы! – Охранник нервно оглянулся, схватил ее за локоть и не слишком аккуратно втащил за дверь.

Там он отпустил ее, брезгливо встряхнул руку и недовольно заметил:

– Зачем орать-то? Ничего с вашим Царевичем не сделалось.

– Почему тогда меня к нему не пускают?

– Он так сказал.

– Он? – Василиса едва не задохнулась от возмущения. – Да он, если хотите знать, сам меня сюда пригласил!

Тот пожал плечами:

– Ну я не знаю, с ним и разбирайтесь.

Василиса дрожащими руками выхватила из сумки телефон и набрала номер сына – шли длинные гудки, но он не отвечал.

– Вот видите, – назидательно заметил охранник, внимательно наблюдавший за ее манипуляциями.

– Тогда я вызываю полицию, – заявила она, совсем отчаявшись.

Мальчику плохо, а ее к нему не пускают!

– И что скажете?

– Что у меня сына похитили!

– На органы?

От таких шуток у нее потемнело в глазах. Василиса снова схватилась за телефон и стала судорожно искать номер службы спасения.

Охранник нервно оглянулся:

– Зачем сразу в полицию-то… Щас еще раз спрошу.

Она вцепилась в его рукав:

– Я с вами пойду!

Тот с сомнением взглянул на нее, видимо, понял, что проще согласиться, и неохотно кивнул. Подойдя к еще одной неприметной двери, почти сливающейся со стеной, он постучал и, не дождавшись ответа, позвал:

– Игорь, можно?

– Кто там? – Послышались шаги, дверь распахнулась, и на пороге нарисовался друг сына.

Василиса неприязненно взглянула на него и, не тратя времени на приветствия, нетерпеливо спросила:

– Где Ярослав?

– Здрасьте, Василиса Андреевна, – вежливо отозвался тот. – Он здесь, не волнуйтесь, пожалуйста, с ним все в порядке…

– Ну и?.. – нетерпеливо перебила она. – Я могу войти?

– Да понимаете, в чем дело…

Не дослушав, Василиса отпихнула его, распахнула дверь и влетела внутрь. Ярик действительно был там. Он полулежал на диване, обхватив двумя руками кружку, словно никак не мог согреться. На нем была футболка, в которой он ушел из дома, влажные волосы зачесаны назад, лицо сухое и чистое, будто только что умытое, но по-прежнему очень бледное…

Василиса бросилась к нему:

– Ярик, что с тобой?

Он мягко отвел ее руку:

– Да все нормально, мам…

Голос у него был странный – слабый и безжизненный, не похожий на тот, который она совсем недавно слышала на сцене.

– Это ты называешь «нормально»? Я же вижу…

– Что ты видишь? – недовольно поморщился сын.

– Тебе плохо! Слабость, голова кружится? Может, температура…

Василиса протянула ладонь, чтобы потрогать лоб, но Ярик отстранил ее.

– Сказал же – нормально все. Ну устал немного…

– И часто ты так… устаешь? – осторожно спросила она, присаживаясь на краешек диванчика.

– Ну, бывает после концерта, – неохотно ответил он.

– После каждого?

– Что ты пристала? – дернулся Ярик, едва не расплескав содержимое кружки. Потом он, видимо, вспомнил, зачем она здесь, спохватился и торопливо заговорил: – Да все хорошо, правда. Нормально я себя чувствую! Просто после концерта обычно есть сильно хочется…

– И он обязательно ест, – вставил Игорь.

– За счет заведения? – уточнила Василиса. – Поэтому и дома не ужинаешь?

– Ну и что…

– Все-таки работаешь за еду?

– Василиса Андреевна… – снова подступил к ней дружок сына, но она отмахнулась от него: – Да помолчи ты! Сам ничего не делаешь, а Ярослав в таком состоянии… Деньги, наверно, пополам получаете? Или в какой пропорции делите?

Повисла пауза.

– Игорь мне очень помогает, – наконец сказал Ярик. – Без него бы ничего этого не было…

Василиса тяжело вздохнула. Дорого бы она отдала, чтобы ничего этого не было!

– Зато видели, как его принимают? – похвастался Игорь, словно сам только что блистал на сцене. – А представьте, если это на принципиально другой уровень выйдет…

– Представляю, – мрачно кивнула она и нарочито спокойным голосом поинтересовалась: – Как ты думаешь, на сколько его хватит?

– В каком смысле? – непонимающе уставился на нее парень.

– Сколько Ярослав протянет в таком режиме – год, два?

– Василиса Андреевна…

– Что Василиса Андреевна? – взорвалась она. – Ты о деньгах думаешь, а я – о сыне!

– Ну и ничего страшного, – обиженно протянул Игорь. – Сейчас чаю выпьет и полегчает. А потом ужин принесут, и все пройдет.

– Даже приготовить вовремя не могут?

Василиса быстро поднялась.

– В общем, так, мальчики. Ярослава я забираю, он едет домой.

– А как же ужин?

– Дома поест, – отрезала она.

Игорь молча смотрел на нее несчастными глазами, больше не пытаясь возражать. Ярик, не принимавший участия в разговоре, словно он его не касался, стал медленно подниматься.

– Игорь, все в порядке, – сказал он. – Я и правда поеду… Завтра созвонимся.

Тот медленно кивнул. Ярик натянул куртку и нерешительно взглянул на нее. У Василисы зашлось сердце. Совсем как маленький, только что за руку не взял…

– Не дергай его, он сам тебе позвонит, – бросила она на прощание Игорю, выходя из гримерки.

* * *

Никакой справедливости не существует, бессмысленно к ней стремиться. Одни всегда будут подавлять других – просто по праву сильного.

Не стоит уповать на некий высший суд: если я ничего не могу поделать, возмездие все равно свершится, пусть без моего участия, я могу об этом даже не узнать. Бог накажет, бумеранг вернется, карма испортится – красивые слова для собственного успокоения.

Закон сохранения энергии – это физика, он применим только к материальным объектам, а не ко всяким эфемерным понятиям наподобие добра и зла.