Обычный день - Ширли Джексон

адреса, а потом, когда мне кажется, что им нужно дружеское слово, посылаю им короткое письмо с пожеланием добра.

– Я знаю, – кивнула миссис Гарден. – Вы сказали мне в тот день в автобусе…

– В автобусах и повсюду, – отозвалась миссис Хоуп. – Я встречаю людей везде.

– Но вы можете мне помочь или нет?

Миссис Хоуп улыбнулась и накрыла ладонью руку миссис Гарден.

– Позвольте мне кое-что вам показать. – Она снова встала и подошла к столу у кровати. Достала из ящика в нем большой альбом. – Я делаю копии всех своих писем, – поделилась она, – чтобы послать новые тем же людям, если мне кажется, им это поможет. – Она передала альбом миссис Гарден и пододвинула стул. – Подождите, пока не увидите все письма, – сказала она, раскрывая альбом на коленях. На первой странице был наклеен лист бумаги с надписью, выведенной рукой миссис Хоуп: «Мудрому достаточно слова». – Вот мое первое письмо мальчику, который хотел сменить работу. Видите, я советую ему быть осторожным в принятии решений.

– Не думайте, я не из тех, кто постоянно жалуется, – заверила миссис Гарден, повернувшись к миссис Хоуп. – Но у нас было так много планов, мы так много хотели успеть.

– Странно, – сказала миссис Хоуп, перевернув страницу. – Вот это вам непременно нужно увидеть. Была одна девушка в таком же положении, как вы. Дайте вспомнить, что я ей сказала? – Она наклонилась вперед, чтобы прочитать письмо.

– Я пишу ему через день, – сообщила миссис Гарден, – и должна написать сегодня. Мне нужно принять решение.

– Конечно, я понимаю, – кивнула миссис Хоуп. – Вот это письмо я написала мистеру Адольфу Гитлеру. Когда он впервые начал убивать и еще не совсем разбушевался. Я сказала, чтобы он заглянул в свое сердце и нашел любовь. – Она коснулась письма, наклеенного на страницу. – Я не очень часто такое пишу, но некоторым очень нужно сочувствие и милосердие.

У миссис Гарден задрожали губы, и она прижала пальцы ко рту.

– Полагаю, иногда все впадают в отчаяние, – заметила она.

– Все, моя дорогая. – Миссис Хоуп помолчала минуту, потом закрыла альбом и осторожно убрала его в ящик. – Вы не съели ни одной конфеты, – сказала она, передавая тарелку миссис Гарден, та только покачала головой. – Хотела бы я пригласить вас остаться на обед, но у меня есть только сэндвич и чашка чая.

– Я только что позавтракала, – сказала миссис Гарден. – Она встала и взяла сумочку. – Было очень приятно с вами побеседовать.

– И мне было приятно снова вас увидеть, – ответила миссис Хоуп. – Может, как-нибудь встретимся в автобусе.

– Надеюсь, что встретимся. – Миссис Гарден шагнула к двери.

Миссис Хоуп встала, чтобы проводить гостью.

– Не могу передать, как приятно мне убедиться, что мои письма помогают людям.

Миссис Гарден открыла дверь.

– Уверена, что так и есть. Что ж… До свидания.

– Подождите, – остановила ее миссис Хоуп. Вернувшись к столу, она принесла миссис Гарден письмо, которое та вынула из сумочки. – Вы же не хотите оставить его здесь. Держите его рядом, чтобы читать, когда опустится тьма. Прощайте, моя дорогая. – Она вежливо стояла у двери, пока миссис Гарден не закрыла ее за собой.

За дверью миссис Гарден задержалась, вынимая из сумочки перчатки. В комнате послышались медленные шаги миссис Хоуп, проскрипел по полу стул. «Наверное, ставит все по местам», – подумала миссис Гарден, натягивая перчатку. Она услышала щелчок кедровых бусин о что-то твердое, возможно, о стол. Минуту было очень тихо; потом миссис Гарден услышала, как слабо царапает по бумаге ручка миссис Хоуп. Не надев второй перчатки, миссис Гарден помчалась вниз по лестнице так быстро, что дамская сумочка взвилась в воздух у нее за спиной, и вскоре выскочила на улицу, к лучам теплого полуденного солнца.

Бабушка Уистлер

«Нью Йоркер», 5 мая 1945 г.

Маленькая старушка в поезде явно хотела поговорить. Она села в Олбани и устроилась на скамье у прохода.

Очаровательная, в аккуратном черном пальто и шляпе, какие носят пожилые дамы, она смотрела на женщину рядом с ней, читавшую детективную историю, улыбалась детям, которые без остановки носились туда-сюда по переполненному вагону, и ласково поглядывала на двух моряков, сидящих по другую сторону от прохода.

Наконец она повернулась к женщине, сидевшей рядом, и сказала:

– Прошу прощения, я вас отвлекаю, но мне бы хотелось узнать, долго еще до Нью-Йорка?

Молодая женщина вежливо улыбнулась.

– Мы будем там в шесть часов.

– Спасибо, – поблагодарила ее старушка. – Жду не дождусь. Я не была в Нью-Йорке уже почти пятнадцать лет.

– Вы, наверное, очень рады, что снова туда едете.

– Я еду к внуку, – поделилась старушка. – Он приехал в отпуск.

Молодая женщина, поколебавшись, закрыла книгу и откинулась назад.

– Правда? Где он служит?

Старушка неуверенно помахала рукой.

– Где-то на Тихом океане.

– Это замечательно, – улыбнулась молодая женщина. – Вы, конечно, будете очень рады его увидеть.

– У него из родных теперь только я, больше никого не осталось.

– Наверное, он тоже будет рад вас видеть, – сказала молодая женщина.

– Позвольте мне показать вам его фотографию.

Старушка открыла дамскую сумочку и вытащила складную картонную рамку для двух фотографий, обращенных друг к другу. На одной стороне была фотография солдата, стоящего перед казармой; он выглядел очень молодым. С другой стороны тот же солдат стоял перед казармой и обнимал симпатичную девушку в платье с цветами.

– Он очень красивый, – заметила молодая женщина. – Это его жена?

Мужчина на сиденье перед ними, на вид процветающий бизнесмен, явно прислушивался к разговору. Он был в светло-сером костюме. Газета, которую он читал, провисла в его руках. Старушка наклонилась вперед и коснулась его плеча. Мужчина повернулся.

– Позвольте мне показать вам фотографию моего внука, – попросила старушка. – Он возвращается домой в отпуск.

Мужчина взял снимок и серьезно кивнул.

– Прекрасный молодой человек.

– Он возвращается домой в первый раз за два года. Ко мне он приехать не смог, поэтому я еду к нему в Нью-Йорк.

– У меня двое сыновей в армии, – поведал мужчина. – Очень рад видеть этих негодяев, когда они возвращаются домой.

– Они на Тихом океане? – поинтересовалась старушка.

– На Миссисипи. Пока оба вместе. Они и записались вместе.

– Представляю, как вы ими гордитесь.

Старушка повернулась к двум морякам, сидевшим по другую сторону от прохода.

– Я не была в Нью-Йорке пятнадцать лет, – сказала она, подавшись вперед и повышая голос. – И теперь собираюсь встретиться с внуком. Он в отпуске.

Когда она протянула им фотографию, моряки подошли к старушке, чтобы посмотреть на ее внука.

– Вы едете домой? – спросила старушка.

– Нет, мэм, – ответил один из моряков, – мы возвращаемся из отпуска.

– В последнее время вам скучать