Семён Кожинов - Крымская война 2014

— Правда? — с надеждой в голосе произнес один из парней.

— Конечно, правда! — ответил я. Повернувшись к Остапу, спросил: — Что в «Уралах»?

— АКМы, «ручники» под 7.62, пулеметы Калашникова. Каждый десятый АКМ с подствольным гранатометом. Станковые гранатометы. СВД. РПГ-7. РПГ-18, РПГ-22 и РПГ-26. Патроны, ВОГи, ручные гранаты РГД-5 и Ф-1, - ответил Кнуш. — Когда перегружали «ГАЗели», видел, что в них обмундирование, «разгрузки» и «бронники».

— Отлично, все кто хочет взять оружие в руки, бегом к машинам — вооружиться и переодеться. Остальные, найдите себе обувь и одежду, а потом к машинам, чтобы проверить их работоспособность. Только делайте все очень и очень быстро — у нас мало времени, злодеи могли услышать звуки стрельбы.

К грузовикам, за оружием, побежали пятеро — к первой четверке, присоединился еще один боец, на вид самый «дохлый» — худой и щуплый, шея как моя рука, зато уши — большие и оттопыренные, похожи на два вареника.

— Командир, подойди! — крикнул Енот, он стоял возле одной из «ГАЗелей» и что-то рассматривал в её кабине.

Подойдя к «ГАЗеле», я сразу заметил, что она отличается от стандартной комплектации. Колеса машины, были подняты выше, чем обычно, кабина спаренная, двойная усиленна дополнительными листами железа. Лобовое стекло забрана решеткой, а само на вид, матовое и немного тусклое — скорее всего это и не стекло вовсе, а разновидность бронированного пластика. На крыше кабины, была приварена тренога, к подвижно закрепленным станком, на которой разместилась спарка из АГСа и ПК. Задняя стенка кабины отсутствовала напрочь — теперь из кузова можно было попасть в кабину. С правой стороны кабины было приварено еще одно крепление для пулемета, рядом с креплением висела брезентовая «кишка» гильзоуловителя.

Кто-то очень сильно постарался, чтобы переделать мирную «ГАЗель» в некое подобие легкобронированной рейдовой машины.

— Командир, глянь, здесь рация, таблица частот и список позывных! — Енот показал, на заднюю часть кабины, где рядом с радиостанцией, прямо к металлу был прикручен блокнот. — У этих, деятелей был позывной — «Хазир». А, вообще, в списке двадцать семь позывных.

— Коршун, коршун. Это Испанец. Прием! — прошелестел голос Испанца, в динамике моей рации.

— Коршун, на связи. Прием!

— Коршун, у нас гости. Две машины — пассажирская «ГАЗель» и «шоха». Во всех машинах мужчины, у половины на головах зеленные повязки, с какими-то буковками. Думаю, это исламисты!

— Подпусти поближе и бей. Твоя «ГАЗель». Белка займется «шохой». Твой выход первым! Белка, ты меня услышала? Прием!

— Сделаем! — лаконично ответила девушка.

— Быстрее, быстрее! — закричал я: — У нас гости.

Я подошел к грузовику, и достал из открытого ящика, несколько снаряженных «улиток», для РПК.

Со стороны поля, донесся звук гранатного разрыва, а потом, через несколько секунд, длинные пулеметные очереди. Взрыв, еще взрыв — судя по лопающемуся звуку, это детонировали бензобаки в машинах. Пулемет стих, но через несколько минут опять разродился несколькими, короткими очередями.

— Командир, прием!

— На связи. Что у тебя!

— Все злодеи в минус, — даже сквозь, шум помех, было слышно, что Испанец очень доволен собой. — Прием!

— Испания, бери машину, и мухой к нам! Белка, держи, дорогу. Как поняла? Прием!

— Поняла.

— Командир, надо делать ноги, сейчас сюда басмачи, слетятся, как пчелы на мёд! — Енот, проверял наличие боезапаса в машине. — С этими тяжелогружеными «бегемотами» нам далеко не уйти.

Я прекрасно понимал, к чему сейчас клонил Енот — по грунтовой дороге, которая петляла через степь, мы были бы прекрасной мишенью. Это на легковой машине, можно было бы легко уйти от погони, а колонне из «Уралов» и «ГАЗелей», будет очень тяжело. Надо придумать отвлекающий маневр, который позволит уйти грузовикам. Ну, не мог, я бросить такие знатные трофеи на произвол, это оружие и патроны нужны сейчас в городе.

Ревя мотором, во двор влетела «Хонда». Испанец, выскочил из машины, радостно размахивая рукой.

— Все ко мне! — крикнул я.

Когда все, кто был во дворе, подошли ко мне, я рассказал примерный план действий:

— «Уралы», «ГАЗели» и «Хонда», уходят в город. Со мной останутся Испанец и Остап. Старшим колонны назначается — Енот, — произнес я, обводя взглядом, всех присутствующих: — Закиньте в переделанную «ГАЗель», дополнительный запас пулеметных и гранатометных лент, десяток разовых гранатометов и СВД с боезапасом. Дом заминируйте, так, чтобы он взорвался через полчаса.

— Может, вместо Испанца останусь я, — предложил Енот.

— Молодой человек, а в рыло не хотите, за такие предложения? — пробурчал, подошедший Испанец.

— Нет, Енот, ты мне нужен в городе. Все-таки, ты пользуешься большим уважением среди интернатовских, чем Испанец. Надо непросто провести караван с оружием в город, надо еще и вернуться обратно, причем с поддержкой. Как только доберешься до нашей базы, сразу же свяжись со мной по рации, теперь мой позывной — Анархист. Запомнил? — я хлопнул парня по плечу: — Не бойся, Жека, повоюешь еще! Давай, быстрее, выезжайте! Времени мало! Не забудьте, Варвару с башни забрать.

Енот, кивнул головой и побежал к «Уралам». Возле машин, шла полным ходом подготовка к отъезду: в кабины рассаживались водители, а на специальных крюках, приваренных к дверцам, устанавливали пулеметы. Через несколько минут, оба «Урала» и две «ГАЗели», урча двигателями, выехали за пределы подворья. «Хонда» выдвинулась на несколько мгновений раньше, чтобы забрать снайпера с позиции.

Я посмотрел на переделанную «ГАЗель» и стоявших рядом с ней Испанца и Остапа. Оба мужчины были чем-то неуловимо похожи друг на друга, каждому под пятьдесят, глубокие морщины избороздили лица, в волосах седина, а взгляд спокойный и уверенный.

— Остап, за руль. Испанец — за пулемет, на переднем сидении. Я поеду в кузове, за спаркой. Сейчас, мы немного поиграем с противником в радио, если получиться, то подловим парочку злодеев. Прицепи к антенне вот эту тряпку, — я протянул Остапу, небольшой прямоугольный флаг зеленного цвета с вышитыми на нем надписями на арабском. Флаг я нашел, в доме.

Я сел в кузов «ГАЗели», достал блокнот с позывными и частотами, и, выбрав строку, в которой было написано: Командир — «Амир», вызвал:

— Амир, Амир. Прием! Это, Хазир! Прием!

— Амир, на связи, что у тебя случилось, Хазир? Прием! — раздался в динамике рации, чуть хрипловатый голос, с властными нотками.

— Амир, меня атаковали бойцы противника! Мы их уничтожили! Мы, вступили в бой с превосходящими силами противника и всех победили! Прием! — гордо произнес я в микрофон рации.

— Хазир, ты, что травы обкурился, какие еще превосходящие силы противника? Прием! — в голосе говорившего, проскочило удивление вперемешку с раздражением.

— Амир, мы уничтожили десант противника. Пассажирская «ГАЗель» и легковушка! — еще более гордо ответил я.

— ХАЗИР! ЧТО?! — надменный тон, как ветром сдуло. В голосе пульсировала ярость: — Что ты сказал? Какой еще десант противника? Это были местные ополченцы! Ты убил своих! Понимаешь? Придурок! Ты расстрелял своих! Дебил! Сиди на месте, я сейчас приеду! Только попробуй сдвинуться с места, найду и яйца отрежу!

Рация замолчала, а я довольно улыбаясь, махнув рукой, приказал Остапу выезжать на дорогу.

— Как это они тебе поверили? — удивленно спросил Испанец, который слышал мой разговор по рации. — Неужели у вас с Хазиром, так похожи голоса?

— Вряд ли, — ответил я: — Возможно, Амир, никогда не слышал голос Хазира, а может просто повезло.

— И какой план действий? — спросил Остап, осторожно ведя машину по разбитой грунтовой дроге.

— План простой — встречный бой. Медленно едим по дороге, и как только замечаем противника, открываем огонь на поражение. Два пулемета, с АГСом, вмиг рассчитают несколько машин.

— А если Амир, пожалует на БТРе? — спросил Испанец. — Что тогда? ПК не пляшет против БТРа.

— На этот случай у нас есть противотанковые гранатометы, — я показал головой на связку темно-зеленных тубусов.

Наша «ГАЗель», медленно переваливаясь на ухабах, выехала за пределы бывшего дачного кооператива — открылся вид на заросшее бурьяном поле. Сразу за поворотом, догорали останки, расстрелянных Испанцем машин. Остап, по широкой дуге, объехал пепелище. От огня явно тянуло горелым мясом — вот так и пахнет война: горелое мясо, раскиданные по земле кишки, запах сгоревшего пороха и взрывчатки…. и запах страха. Страх пахнет сильнее всего, им пропитано все вокруг. Но, пока, этого запаха еще нет.

Я включил радиостанцию в режим сканирования и принялся слушать эфир:

— ..ем! Гайцов дожали, двигаемся к набережн…

— Нужна подмога, у них крупнокалиберные пулеметы! При…

— …очка! Триста второй, как слышишь. Прием!