Альберт Зарипов - Минки М.О.Н-ки

Из-за этих металлических сошек меня спустя два часа не пустили в Ан-12 бдительные таможенники, расценив их как военный груз. Пришлось мне сбегать к военному коменданту, объяснить всю историческую и боевую ценность этих железных упоров, после чего мне в командировочном листе была сделана разрешительная запись и поставлена круглая печать. Я быстро выхватил документ из рук опухшего от жары комендача и побежал на взлетку, откуда уже раздавался рев движков…

Военно-транспортный самолет уже тронулся с места и медленно выруливал к началу взлетно-посадочной полосы и мне ничего не оставалось, как просто догнать неуклюжий борт, забежать слева перед кабиной и помахать левому летчику рукой с листочком. После его вопросительного жеста я показал ему свою командировочную бумаженцию с фиолетовой печатью коменданта. Грузно проплывающий мимо меня самолет неожиданно остановился и командир борта махнул рукой и показал мне куда-то в сторону хвоста. Я подошел к задней части самолета, придерживая рукой кепку, срываемую с головы сильным потоком воздуха от работающих винтов. Спустя несколько секунд в брюхе военного транспортника образовалась небольшая щель, которая увеличилась и превратилась в рампу.

Я отрицательно помахал головой борттехнику, который собрался опускать небольшую лесенку, и быстро взобрался во внутрь Ан-12-го, где меня подхватило несколько рук.

Я радостно выдохнул и пошел в начало салона, осторожно пробираясь среди различного военного имущества и личных вещей отбывающих домой офицеров и солдат.

— Вот тебе мало приключений! И нафига тебе сдались эти железки? — негромко ругался Николай, когда я примостился рядом с нашими офицерами на каких-то деревянных ящиках.

— Колян, все нормально! Сошки я здесь не оставлю. Это ценный подарок, — сказал я и устало откинулся назад.

Но наш воздушный корабль пошел на взлет и мне пришлось выпрямиться, чтобы не завалиться на бок. Я взглянул в иллюминатор, в котором быстро промелькнули зеленые КУНГи радиотехнических служб аэродрома, слегка подлатанное здание аэропорта, чеченские холмы, поля, лесопосадки и каналы между небольших селений.

В стекле отразилось и сразу исчезло лицо какого-то пехотного командира, тоже выглянувшего посмотреть в последний раз «на Чечню», чтобы потом с чистой совестью и радостным сердцем возвратиться к жене и детям…

— Манал я в рот эту войну, — послышался его хриплый и простуженный голос. — Пусть меня увольняют, а больше сюда х приеду…

Я молча улыбнулся, заслышав далеко не официальное, но зато честное отношение младших офицеров к «наведению конституционного порядка в Чеченской Республике».

Почему-то именно сейчас вспомнился усталый взгляд старлея Олега Кириченко, который сегодня утром поразил меня какой-то смертельной обреченностью и всепокорностью своей военной судьбе.

Я тяжело вздохнул и вновь откинулся на спину, положив под голову походную сумку, и попытался уснуть насколько это было возможно сделать среди рева самолетных двигателей на постоянно вибрирующей поверхности деревянного ящика, внутри которого находилась то ли пятисотка, то ли однотонная авиабомба…

«Кажется пятисотенная фугаска», — успел подумать я и на некоторое время провалился в короткий сон.

Послесловие.

Командир разведывательной группы специального назначения старший лейтенант Олег Кириченко будет убит через несколько месяцев после нашей первой и последней встречи…

Накануне ноябрьских праздников он вместе с лейтенантом Кулинковичем и двумя женщинами-военнослужащими в сопровождении бойцов отправится на Центральный рынок города Грозного, чтобы запастись всем необходимым для торжественного застолья.

Бойцы уже принесли к БТРам все покупки и стали дожидаться своих командиров и девушек, которые задержались у какого-то прилавка…

Но спустя несколько минут, вынырнув из людской толчеи, к группе подбежал лейтенант Кулинкович, который обеими руками держался за окровавленную голову:

— Вперед!… Там нас расстреляли… Быстро…

Последние слова он проговорил уже оседая на землю. Ранение оказалось смертельным и молодой офицер умер на руках подоспевших разведчиков.

Остальная часть группы бросилась внутрь рынка. Там, на стремительно пустеющей площади лежали тела Олега Кириченко и двух его спутниц. С пояса старшего лейтенанта кто-то уже успел срезать кобуру с АПСБ и чехол с двумя магазинами к нему.

Как это принято, никто из спешно собиравших свой товар торговцев ничего и никого не видел, а выстрелов тем более не слышал…

В ярости один из разведчиков выпустил из автомата длинную очередь в пустое серое небо, которое также равнодушно продолжало взирать на очередное пиршество торжествующей Смерти…

Как после заявили медики, к двум офицерам и девушкам убийца подошел сзади и с близкого расстояния произвел четыре выстрела из 9 миллиметрового пистолета. Первая пуля пробила голову старшего лейтенанта Кириченко. Лейтенант Кулинкович смог немного уклониться в сторону, но второй выстрел все-таки настиг его. Смертельно раненый Кулинок, как его ласково называли в отряде, из последних сил добежал до разведгруппы… но было уже слишком поздно…

Третья и четвертые пули уже сразили и двух девушек…

Между офицеров батальона некоторое время обсуждалась версия, что это убийство не было случайным. Лейтенант Кулинкович последний месяц со своей группой сопровождал и охранял одного высокопоставленного чиновника из Администрации Чечни и за день до своей гибели рассказал двум своим товарищам о том, что ему стала известна такая информация, которая может произвести эффект разорвавшейся атомной бомбы, если ее передать куда нужно…

После праздничных выходных лейтенант Кулинкович и собирался это сделать… Но…

Но этого не произошло и офицеры отряда не без оснований говорили о том, что за погибшими велось скрытое наблюдение и при первой же возможности были ликвидированы как Кириченко и Кулинкович, так и двое сопровождавших их девушек-военнослужащих.

Но эти разговоры так и остались разговорами, которые никто не проверял и не отрабатывал…

После короткого прощания тела погибших были отправлены родственникам, их фамилии были исключены из списков части, а в штаб Северо-кавказского военного округа было послано сообщение о двух появившихся вакансиях на должности командиров разведгрупп спецназа 173 отряда…

Война все продолжалась и взамен убитых требовала себе новых и новых участников-жертв…

КОНЕЦ.